Подводное течение - Али Стайлз

— Ты даже близко не подошел к самому низу, малыш. Позвони им. — Он снова тычет телефоном в мою сторону.

— Что ты собираешься делать? Убить меня? Я уже сказал тебе сделать это.

Я это и имел в виду. В тот момент ничто не казалось лучше, чем сбежать раз и навсегда. Это делало меня предателем, но мне было все равно. Я хотел уйти, но моя голова была слишком разбита, чтобы прислушаться к голосу своей совести.

Но решение уже было принято, и не мной. Я хотел бы работать на Монтгомери МакАртура. Пуля или рай? Это даже не было настоящим вопросом. Это был контракт. И теперь дело за Мерриком и его сообщниками — привести это в исполнение.

Но им и не придется этого делать. Они просто еще не знают.

Мой кошмар продолжается.

— Разблокируй свой телефон, — рявкает он, протягивая его мне.

Я делаю, как он говорит, и с самодовольным видом возвращаю его обратно. Он ничего не найдет. Это мой телефон для МакАртуров. Мой настоящий надежно спрятан в другом месте.

Я терпеливо жду, пока мужчина просматривает мои контакты и сообщения, выражение его лица мрачнеет с каждым движением пальца. Имена, которые он узнает из своей собственной платежной ведомости, кокетливые переписки, созданные именно по этой причине, — вот и все, что он находит. Спасибо каждому из этих главарей, которые возомнили себя всемогущими богами.

— Ладно, — ворчит он, засовывая телефон в задний карман. — Не устраивайся поудобнее. Мы здесь еще не закончили.

Мой желудок сжимается от выражения его глаз, ясного предупреждения о том, что он изобретательный и отчаянный, но я никак не реагирую. Я не буду. Все происходит именно так, как и должно было происходить. Так и должно было происходить до того, как я взбунтовался и вместо этого выбрал смерть.

Но жизнь никогда не проявляла ко мне ни капли милосердия, так что вот мы и снова на пути к моей судьбе в аду.

Я позволю им мучить меня еще один день назло, а потом позволю им победить. Они получат от меня то, что хотят. Все так делают.

Кроме меня.

Словно сознательное разложение,

смотрите, как мое сердце превращается в глину;

Я позволю гравию и грязи освободить меня.

Похоронен со словами, которые я не могу произнести

в своей собственной могиле,

мой единственный выход — перестать дышать.

Я прополз сквозь горе

и продирался сквозь камень,

чтобы оказаться на глубине шести футов

и чувствовать себя как дома.

— Джей Ди, 20 мая

4

СОЗНАТЕЛЬНЫЙ РАСПАД

Я присаживаюсь на край выдвижной кровати в гостиной в доме брата Джулии.

Адриан, самый старший. Я не знаю наверняка, был ли это тот, с кем она разговаривала в туалете во время нашей прогулки, но я делаю это предположение, основываясь на том факте, что я здесь. Бросаться на кого-то, с кем ты познакомился час назад, — это странно. Предлагать им комнату в своем доме опасно — если только ты не хищник.

После того тайного свидания, я достаточно разузнал, чтобы быть уверенным, что они не знают, что я подставное лицо МакАртура. Если бы я мог предположить то, они планируют вытянуть из меня как можно больше информации о конкурирующей организации. Возможно, использовать меня для чего-то более гнусного. Но у меня нет доказательств этого. Я не думаю, что они еще знают, что со мной делать. Джулия просто увидела возможность и набросилась.

Буквально.

Мое сердце учащенно бьется, когда я нажимаю на экран телефона — Меррик не ответил на мое СМС, а у меня заканчивается время. Сколько времени мне потребуется, чтобы переодеться и привести себя в порядок? Шесть минут. Я потратил еще десять, ожидая ответа от своего контактного лица.

Я бросил нервный взгляд на прихожую, ведущую в остальную часть дома. Пока они не пришли проведать меня, но я готов к шагам в любую секунду. Если Джулия собирается играть влюбленного подростка, то она будет постоянной тенью рядом со мной. Как только я покину эту комнату, я не смогу снова проверить свой телефон до вечера. К тому времени может быть слишком поздно.

Давай, чувак. Напиши мне ответное сообщение.

Ожидая, я проверяю свой другой телефон. О настоящем даже МакАртуры не знают. Как обычно, я просматриваю краткие официальные сообщения и задерживаюсь на нескольких от дедушки. На одном из снимков он стоит на краю бассейна, ухмыляясь в камеру и держа в руке какой-то фруктовый напиток. Я улыбаюсь и, прищурившись, смотрю на экран, пытаясь угадать, что это.

Что бы я заказал, если бы был там с ним? Я бы хотел сказать, что это было бы что-нибудь крутое, вроде текилы или виски. Но, черт возьми, если бы был свободен, я бы тоже наелся этого фруктового дерьма. Я даже не могу вспомнить, когда в последний раз употреблял алкоголь по собственному желанию.

Мой телефон от МакАртура жужжит, и я прячу телефон с фото дедушки и его коктейля обратно в тайник.

Шоколад или ваниль, жди меня в нашем текстовом потоке.

Слава богу.

Я открываю сообщение и пишу Ваниль.

Меррик: Голубая посыпка?

Я: Звучит неплохо.

Ванильно-голубая посыпка. Позвонить ему в 2 часа ночи. Соблюдать осторожность не составит труда, так как все остальные в это время будут спать в другом конце дома. С камерами наблюдения и системой сигнализации личная встреча невозможна, но быстрый поход в туалет не должен стать проблемой.

Однако, что может сделать этот непостоянный человек, когда я разорву бомбу об изменении планов.

Я кладу телефон в потайное отделение своего чемодана вместе с другим, и мой взгляд натыкается на книгу по композиции. Эти слова мучили меня весь день, громкие и яростные в голове, разрывающие на части в течение последних двадцати четырех часов. Но им придется подождать, возможно, дольше обычного, в зависимости от того, как пройдут следующие несколько часов.

Когда старые половицы скрипят от шагов, я прогоняю щемящую боль в груди, засовываю чемодан под кровать и поднимаюсь на ноги.

Поднимая рубашку с матраса, я отворачиваюсь от двери, чтобы изобразить удивление.

— Ты в порядке? — Секунду спустя спрашивает Джулия.

Я притворяюсь, что вздрагиваю от ее голоса, и поворачиваюсь, подоткнув рукава вокруг запястий, как будто она поймала меня на середине переодевания.

— Извини. Да. Почти закончил.

Нет ничего случайного в том, как я потягиваюсь, чтобы показать как можно больше своего тела, когда стягиваю рубашку через голову. Мои низко висящие шорты