Современный зарубежный детектив-14. Книги 1-22 - Себастьян Фитцек

У Гарри зазвонил сотовый. Это был Эдди.

– Забирай Кейт, Энди и Патрицию и немедленно сваливай из отеля! Я всего в нескольких кварталах отсюда.

– Что происходит? – спросил Гарри.

– Это Фрэнсис Эдвардс. Он и был целью всего этого плана. Они убили его дочь и жену, чтобы сломить его. А затем подсунули ему врага. Он сейчас в фуре с таким количеством пропилена, что хватит поднять на воздух полгорода. Я не хочу, чтобы он добрался до своей цели, поэтому мы должны…

– Он у входа. В тягаче с этой самой цистерной. Прямо сейчас, – сказал Гарри.

– Что?! Забирай Кейт, клиентов и сваливай оттуда ко всем чертям!

– Тебе нужно позвонить Кейт, – сказал Гарри. – Она в своем номере.

– Гарри, что бы ты ни собирался сейчас сделать, просто выбрось это из головы. Забирай Кейт и…

Гарри отключился.

А потом ненадолго опустил голову, вспомнив про свой пиджак, наброшенный на спинку барного табурета позади него, и про «Кольт» модели 1911 года во внутреннем кармане этого пиджака.

В жизни, безусловно, бывает всякое. В некотором смысле, ход человеческой жизни могут определять решения, принятые в мгновение ока. У Гарри таких моментов более чем хватало. Когда в пятнадцать лет он солгал о своем возрасте в вербовочном бланке армии США. Когда прислушался к совету своего преподавателя в вечерней школе, посоветовавшего ему получить юридическое образование в колледже, за обучение в котором платила армия. И, конечно же, тот момент, когда он пригласил некоего молодого жулика на обед, восхитившись тем, с какой ловкостью тот отвертелся на суде от ответственности за ДТП, которое сам и подстроил [329].

Гарри допил свой стакан, встал со своего места и зашел за барную стойку. Взял с полки бутылку бурбона, свободными пальцами той же руки зацепил два чистых стакана и двинулся к выходу.

Оставив пиджак висеть на том же месте, с пистолетом в кармане, он пересек пустой вестибюль и вышел на улицу. Фрэнсис вроде даже не заметил Гарри – был слишком занят, разглядывая маленький черный телефон. Гарри открыл пассажирскую дверцу кабины и, не говоря ни слова, забрался внутрь.

– Эй, ты чего? – вскинулся Фрэнсис.

Слезы смешивались с по́том у него на лице, глаза были красными и влажно поблескивали. На маленьком телефончике Гарри увидел высветившийся номер. Это была древняя мобила с обычной клавиатурой, где зеленый символ в виде телефонной трубки служил для совершения звонков, а красный – для отбоя. Большой палец Фрэнсиса лежал на кнопке вызова. Гарри знал, что где-то в этой фуре есть еще один такой же одноразовый телефон, который сработает в качестве пускового устройства, как только на него поступит звонок. Итогом будут замыкание и взрыв, достаточно сильный, чтобы пробить цистерну и воспламенить ее содержимое.

Гарри закрыл дверцу, поставил один стакан себе на колени и начал наливать бурбон в другой. По крайней мере, стакан был достаточно большой, рассчитанный на двойную порцию. Поставив наполовину наполненный стакан под ветровое стекло перед собой, налил еще один. Этот стакан он поставил посередине приборной панели.

– Составишь компанию? – спросил Гарри.

– Ты из этих сволочных нью-йоркских адвокатов, которые приехали сюда, чтобы освободить человека, убившего мою дочь! Я не пью с такими, как ты!

– Как хочешь, – сказал Гарри, залпом опрокидывая свой стакан.

– Ты понятия не имеешь, что происходит, – продолжал Фрэнсис. – Может, это и хорошо, что сейчас ты здесь, со мной.

– Я знаю, что теперь вся эта фура превратилась в бомбу, – отозвался Гарри. Он посмотрел вниз и увидел, что между его ногами и ногами Фрэнсиса лежит большой портфель. Наверняка начиненный взрывчаткой, которой самой по себе было недостаточно, чтобы нанести серьезный ущерб, но вполне хватило бы, чтоб пробить цистерну и воспламенить ее содержимое. К чему это способно привести, Гарри не хотелось даже думать.

– Я знаю, что ты можешь активировать устройство у тебя под ногами, нажав на кнопку вызова. А еще я знаю, что оставил свой пистолет в баре, в пиджаке. «Кольт» модели девятьсот одиннадцатого года. Мое бывшее табельное оружие. Сегодня вечером я сделал свой выбор. Я знал, что ты затеваешь, и мог бы всадить тебе пулю в глаз, стоя в холле отеля. Но я этого не сделал. Я пришел сюда с бутылкой и не собираюсь выпить ее в одиночку.

Судя по выражению его лица, Фрэнсис явно не знал, что сказать.

Налив еще, Гарри продолжал:

– Знаешь, я вижу, насколько тебе больно. И очень сожалею о том, что случилось с твоей женой и дочкой. Из того, что я прочитал о твоей дочери, она представляется мне особенным человеком. Хорошим человеком. А это не берется из ниоткуда. Так что я думаю, что и ты хороший человек, и твоя жена тоже была хорошей женщиной. Боль, горе, несправедливость – все это может изменить людей.

Тяжело дыша, Фрэнсис выпалил:

– Вся система направлена против нас! Нас, белых! Я был слишком слеп, чтобы заметить это раньше.

– Ты сам знаешь, что это не так. Люди, которые внушили тебе эту идею, люди, которые подсунули тебе этот портфель, этот телефон, – им на тебя наплевать. Они живут одной только ненавистью. Это все, что у них есть. Я просто не могу поверить, что в вашем доме царила ненависть, когда в нем росла Скайлар. Люди не начинают ненавидеть друг друга с самого начала. Этому учат. И этому учатся. Ты не учил этому свою дочь. Она дружила с Энди, и ей было неважно, какой у него цвет кожи. И для тебя тоже это должно быть неважно.

– Важно то, что он убил ее, а ты помогаешь ему! – бросил Фрэнсис.

Гарри налил себе еще и сказал:

– На днях ты был в суде, и я уверен, что окружной прокурор, газеты и телевидение держали тебя в курсе событий. Теперь ты знаешь, что касательно ночи убийства Скайлар есть целое множество вопросов, на которые прокурор не способен ответить. Скайлар погибла не на той площадке – кто-нибудь обязательно услышал бы шум борьбы. А спину Энди оцарапал Ломакс. Кровь Энди нашли на обрезках его ногтей, а не ногтей Скайлар…

Фрэнсис перебил его:

– Ломакс знал, что Дюбуа виновен. И просто хотел убедиться, что он не выйдет сухим из воды.

Гарри опустил голову:

– Ломакс увидел возможность легко произвести арест. Он не озаботился найти того, кто на самом деле убил Скайлар, – ему был просто нужен кто-то, кого можно было бы осудить. У Ломакса тоже были свои проблемы. Его жена и полный