Жестокая любовь - Ана Уэст

— Ты сказала, что нам сейчас нужны силы. Что-то нас ослабляет? — Спрашиваю я.

Пожалуйста, не говори мне, что мой отец оставил после себя что-то ещё более ужасное.

Сиена собирает посуду и предлагает Эмилии полакомиться йогуртом, прежде чем отправиться к раковине. Я следую за ней со стаканчиком сока в руке.

— Мы с Данте подозреваем, что Киллиан был истинной целью взрыва бомбы в клубе. Вот почему мы опрашиваем как можно больше русских, чтобы подтвердить это. — Она открывает кран, пуская горячую воду, а я ставлю стакан с соком в раковину.

— Потому что он убил Григория? — Спрашиваю я, и моё сердце начинает биться чаще, когда я вспоминаю, что Киллиан сказал мне перед похоронами.

— И не только это, — продолжает Сиена тихим голосом. — Киллиан должен был быть в той машине с тобой, и хотя это могло быть местью, его убийство начало бы дестабилизировать нас. Киллиан – мой заместитель, он не из тех, кого мы можем просто заменить по щелчку пальцев. Его смерть… Столько всего навалилось, что я даже не могу представить, как мы будем вести войну и пытаться найти ему замену, обеспечивать твою безопасность, защищать клубы и всё, ради чего он работает. Мы не можем позволить себе такую уязвимость. — Сиена глубоко вздыхает, оттирая посуду, и впервые в её словах проскальзывают отголоски мафиозной жизни.

Я беру кухонное полотенце и машинально начинаю вытирать посуду, а слова Сиены крутятся у меня в голове. Моё сердце всё ещё бешено колотится, а кожа горит, когда я представляю себе эту картину. От одной мысли о том, что Киллиана убьют, меня тошнит.

Я не могу потерять его, не из-за войны и уж точно не из-за Блэр.

Я понимаю, что это семейные дела, но мой собственный эгоизм разгорается всё сильнее.

Сиена права, я должна найти в себе силы и работать с Киллианом. По крайней мере, это поможет отвлечься от горя.

Я не могу вести войну, в отличие от него, и ему нужно сохранять концентрацию. Я могу защитить его другими способами.

Я могу сразиться с Блэр. Ребёнок или нет, но я докопаюсь до сути её замыслов.

ГЛАВА 8

КАРА

Совет Сиены заставил меня многое обдумать, и новый виток жизни помогает мне справляться с горем. На следующий день я отправляю Киллиана на работу со строгим наказом вернуться к ужину.

Я не сильна в кулинарии, но если мы хотим справляться с жизненными трудностями сообща, то это хорошее начало. Тем более что с тех пор, как мы переехали, мы питаемся в основном едой на вынос и перекусываем на ходу. Киллиан крепко поцеловал меня, ничего не пообещал и ушёл, но мне удалось выманить у Арчера обещание вернуть Киллиана в целости и сохранности.

Это было проще простого. Остаток дня я провела, выискивая рецепты в интернете и отправляя Тимоти за продуктами. После двух неудачных попыток я сижу в гостиной с бокалом вина в руке, а на плите булькает карбонара.

Я официально стала домохозяйкой.

Но ужин – не единственная моя цель на сегодня. Я хочу поговорить с Киллианом о Блэр, и нам нужно сделать это вместе. Мне нужно, чтобы он знал, что я его поддержу, как бы всё ни обернулось, но мне также нужно убедиться, что он понимает: я готова принять его ребёнка в нашу жизнь, если до этого дойдёт.

Если Блэр думает, что сможет вернуть его, используя ребёнка, то она ошибается.

Хлопнувшая дверь отвлекает меня от мыслей, и я вскакиваю со своего места, разглаживая изумрудное платье, а сердце у меня подпрыгивает к горлу. Я допиваю вино, облизываю губы, и через мгновение в дверях появляется Киллиан.

— Кара? — Спрашивает он, и его грозовые серые глаза тут же устремляются на меня. Сердце снова подпрыгивает, и тепло разливается по моей груди, приятно обволакивая живот, когда он подходит и заключает меня в свои крепкие объятия. Он опоздал, но я не спешу указывать ему на это.

— С возвращением домой, — улыбаюсь я, и Киллиан прижимает меня к себе, его большие руки скользят вниз, чтобы обхватить мою попку через платье, и сжимают её, пока он целует меня глубоким поцелуем, от которого у меня перехватывает дыхание.

О, как легко было бы просто сдаться прямо здесь.

— Я скучал по тебе, — мурлычет он, и мы оба испытываем облегчение от того, что снова вместе, оба живы и невредимы. Каждый раз, когда он уходит, в моём сердце поселяется страх, и я с нетерпением жду, когда он вернётся и этот страх рассеется.

Его горячие губы скользят по моей шее, и я прижимаю руки к его плечам, слегка отталкивая его.

— М-м-м, я приготовила для тебя ужин, — слегка улыбаюсь я, и его руки снова сжимают мою попу, а дыхание щекочет шею.

— Ужин это ты? Поэтому ты так нарядилась?

— Нет, — смешок вырывается из моего горла. — Я приготовила настоящий ужин. Чтобы мы могли сесть и поесть и… ах! — Он прикусывает моё горло, и все слова застревают у меня в горле.

Я слишком слаба для него.

К счастью, Киллиан смягчается, отступает на шаг и смотрит мне в глаза, прежде чем обхватить моё лицо руками и поцеловать меня ещё раз.

— Хорошо. Давай поедим. — Он бросает взгляд на кухню, когда я чмокаю его в щеку, а затем устремляюсь туда. — Я даже не знал, что плита работает.

— Конечно, нет, — усмехаюсь я. — Ты питаешься китайской едой навынос и протеиновыми батончиками. Удивительно, что ты остаёшься таким подтянутым, как сейчас.

— Это талант. — Киллиан снимает кожаную куртку, бросает её на ближайший стул, затем берет мой пустой бокал из-под вина и несёт его на кухню, ставя в раковину. Он садится на один из табуретов у стойки, пока я быстро накладываю карбонару.

— Когда у нас будет свой дом, я хочу, чтобы в нём была столовая, — говорю я, пододвигая тарелку к Киллиану. Его взгляд смягчается, когда он смотрит на меня.

— Почему? Ты планируешь готовить для меня каждый вечер? — Спрашивает он. Я протягиваю ему вилку и поворачиваюсь к холодильнику.

— Не каждый вечер, но… но я бы хотела. И я бы хотела приглашать Данте