Дракон из Каэр Морхена - Герр Штайн

Белое свечение окончилось, а земля вернула себе настоящий цвет.

…А перед рядам камелотских всадников гарцевал мощный белый конь, с всадником на своей спине.

Вернее, всадницей, чьё лицо было открыто и по короне давая понять, что перед наблюдателями была никто иная, как свежеиспечённая Королева Пендрагон.

Чей голос был настолько мощным, что доносился даже до наблюдателей, пусть и отрывками:

— …ыцари мои… Смет… Яды… Враг… За Кам…от! — последний выкрик был особенно громким, после чего… После чего наконец-то сделали свой ход и рыцари Камелота.

Под предводительством своей королевы, чьего коня вмиг окружило ещё пятеро, полтысячи тяжелой кавалерии устремились вперёд.

И судя по побледневшим, аналогично Августе ранее, лицам темерского графа-наблюдателя и его подчинённых, они также заметили, что конница их нового соседа разгонялась стремительнее, и гораздо быстрее преодолела примерно такое же расстояние до расстроенных рядов реданской конницы.

Последние пытались разбегаться, дабы не попасть под таранные удары, но… Несмотря на всю выучку северных соседей Темерии, было уже слишком поздно.

Едва-едва выехав из той толкучки, что случилась перед внезапно возникшим холмом, они сразу же попали под таранные удары копьями камелотцев.

Копьями, что просто сминали под собой сталь доспехов, не просто выбивая рыцарей из сёдел, но и убивая их прямо на месте.

Когда же основной конный удар прекратился, камелотские рыцари не стали делать новый кавалерийский заход, а оказавшись среди серьёзно поредевших, но из-за кучи-малы ранее, ещё довольно тесно друг к другу находящихся кавалеристов северных соседей Темерии, побросали свои пики и выхватили мечи.

После чего на сверхближней дистанции начали… Буквально вырезать своих противников.

— Твою… — оборвал своё ругательство темерский граф рядом с Августой.

А выругаться было и впрямь от чего — сверкающие рунами мечи камелотцев буквально прорезали сталь оппонентов, и обычно не особо уязвимый для меча латный доспех оказался лишь картонкой на пути таких клинков. Не говоря уже что сами мечи реданцев просто-напросто разламывались после первой парочки парирований ударов своих оппонентов.

…К шоку темерских наблюдателей, в считанные минуты знаменитая реданская кавалерия была вырезана практически подчистую, без всякой жалости и попыток брать в плен.

— Похоже… — вновь заговорил Луи Эчеверриа. — Темерии нужно срочно заняться нанесением рун на все мечи в армии…

— А Братству Чародеев пересмотреть свою позицию на счёт силы Мерлина из Камелота… — эхом отозвалась Августа, уже предполагая что скажет своей сестре Норе из Капитула.

Тем временем внизу подходила к концу Битва на Камелотском Поле, которая войдёт в историю как триумф совместного использования магии и элитной тяжелой кавалерии Королевства Рыцарей…

Глава № 40. Искусство это взрыв!.. Лес Кольев. Итоги

Прим. автора: вынужден сообщить вам пренеприятное известие, в связи с переходом автора на осадное положение… То есть, на новый курс вуза, где осаждать меня будут четырьмя парами в день, прода теперь будет выходить раз в два дня также в полночь.

Увы. Прошу понять и простить и всё такое в таком же духе.

1110 год Новой Эры.

За 102 года до рождения Геральта из Ривии.

Континент. Камелотское Поле.

В то же время.

Артурия Пендрагон.

Верный боевой конь под седлом, доспех на теле и копье в руке, именно в таком виде Артурия ранее устремилась впереди всего своего войска на расстроенные ряды врага.

План был прост — позволить врагу начать атаку и позволить ему натолкнуться на вздыбившуюся землю по воле магии Мерлина. Что, собственно, сейчас и произошло.

Однако и бесчестья в этом деле нет, ведь захватчика и врага нужно побеждать всеми методами, если они не означают гибель мирных жителей, к войне не имеющих никакого отношения. Но если ты взял копье или меч, выходя против рыцаря — изволь быть его врагом, которого нужно разить безо всякой пощады.

Тем более о плане знал буквально каждый рыцарь в их войске.

Оттого и было такое бесстрашие перед несущейся на них реданской тяжёлой конницей — каждый воин ждал и верил в придворного мага своей королевы.

Таким образом, если бы их противники не атаковали сразу, а задумались бы, почему силы Камелота не атакуют, а чего-то ждут — могли бы избежать столь подобного разгрома.

…Пендрагон до сих пор помнила минуты страшного разгрома врагов, что подло, без объявления войны напали на их земли.

* * *

Немногим ранее.

— Хаа-а! — на выдохе и полной скорости копье буквально проламливает стальную кирасу врага, сдёргивая его со стремян и отправляя в продолжительный полёт.

Но конь под её ногами не останавливается продолжая нестись вперёд и буквально телом сбитого латника скидывает ещё одного и проносится дальше.

После чего кое-как разворачивается и вскоре встречает на своём пути ещё одного противника — тот уже сгруппировался и выставил своё копье, понимая что уйти от удара не может. Но может попытаться ударить свои копьём в её и хоть как-то отразить удар.

Бесполезно — у королевы лучший доспех, лучший конь, прочнейшее копье, а также она была в разы сильного любого своего рыцаря, даже фальшивого племянника сэра Гавейна, что неофициально считался наследником престола для успокоения народа — этот ход своего наставника Королева принимала и понимала. Самой ей было далеко не до рождения детей.

О какой семье может идти речь, коли враги на пороге, а королева, первейшая защитница всего Камелота — занята какой-то там беременностью?!

С такими мыслями она снесло ещё одного рыцаря, чьё копьё, ткнувшееся ей в грудь, не поколебало даже близко — сегмент нагрудника выдержал, за ним выдержала алхимически обработанная ткань, отчего заброневое воздействие не подействовало на и так крепкое тело монарха Камелота.

Можно было бы продолжать и дальше всех поражать копьями, но Мерлин попросил протестировать их мечи.

Копьё было выброшено.

Выскочил из ножен Меч Короля, Меч Предначертанной Победы… Победы, что им была предначертана сегодня.

Изящная рукоять легла в латную перчатку, награждая свою владелицу ободряющим теплом.

Конь вновь устремился к активно поражаемых рыцарями противникам. Последние тоже не были мальчиками для битья, и попытались организовать последнюю, самую отчаянную оборону. Наставник учил — что враг, которому некуда отступать, враг забившийся в угол — самый опасный. И тогда даже крыса была готова атаковать кота — такую простую и понятную любому аналогию он проводил.

Устремившееся в её сторону копье было буквально срезано лезвием Калибурна, что словно и не почувствовал металла на наконечнике копья противника, в который лезвие её меча и устремилось… С едва заметным, быстро закончившимся звоном походя располовинив его и продвигаясь дальше, оставляя в