Влюбленный - Луна Мейсон

спрашивает он. От этого вопроса у меня снова наворачиваются слезы, и я отчаянно пытаюсь не расплакаться.

Я смотрю на экран, превратившийся в сплошное мутное пятно из пикселей, и мои мысли невольно возвращаются в тот самый день. Я крепче обнимаю колени и задерживаю дыхание. В голове раздается голос Данте. Острая боль пронзает ключицу, напоминая об ощущениях, когда его зубы вонзились в мое тело.

– Дерьмо.

Я зажмуриваюсь. Сегодня доктор Дженкинс рассказала об упражнении «дыхание по квадрату». Сделав глубокий вдох в течение четырех секунд, я задерживаю дыхание и снова считаю до четырех, и на цифре четыре делаю выдох. В процессе я мысленно рисую квадрат, чтобы прогнать образ того человека.

Где-то вдалеке слышится голос Луки, зовущий меня по имени, но я отключаюсь от реальности. Отгораживаюсь от всего, сосредотачиваясь только на дыхании, представляя, как оно обволакивает меня и защищает от кошмара, который грозит вырваться наружу. И я отказываюсь смотреть на него.

Через пару минут я замечаю Луку, который с милым интересом наблюдает за мной.

– Что это было? – шепотом спрашивает он.

Я нервно кусаю губы.

– Это было похоже на мини-срыв, но я использовала особую технику дыхания, которой меня научила доктор Дженкинс. Называется «дыхание по квадрату».

Его лицо становится серьезным.

– По квадрату?

– Да. Оказалось, что это работает.

К счастью.

– Расскажи, как это работает? Ну, знаешь, на тот случай, если мне когда-нибудь нужно будет тебе помочь.

Сердце стучит, а щеки краснеют, но он ждет ответа. Доктор Дженкинс просила меня закрыть глаза и мысленно рисовать квадрат вокруг колена, чтобы было удобнее сосредоточиться.

– Можно я покажу?

– Конечно, давай.

Лука опускает миску на кофейный столик и ставит фильм на паузу. Я подползаю ближе и опускаю ноги на пол, чтобы наши колени соприкоснулись.

– Итак, я рисую квадрат вокруг твой коленки…

Лука смеется.

– Хорошо.

– Пока я рисую квадрат, ты вдыхаешь на счет четыре, задерживаешь дыхание на четыре секунды, выдыхаешь снова на четыре, и все заново. Ты должен представить, как твое дыхание рисует стороны квадрата, прямо как я делаю это сейчас рукой.

– Понял.

Когда я поднимаю на него взгляд, он улыбается. Мои щеки снова краснеют, и я отвожу взгляд, сосредотачиваюсь на его ноге. Положив руки на его мускулистые бедра, я начинаю демонстрацию, рисуя квадрат кончиком пальца.

Закрыв глаза, он откидывается на спинку дивана. Его волосы растрепаны, а рубашка расстегнута, и я не могу не залюбоваться им. Любая женщина будет сходить по нему с ума, и я не исключение. Кому нужен Супермен, когда рядом такой мужчина?

Он приоткрывает один глаз.

– Ты остановилась.

– Ох, прости.

Я снова краснею, но уже по другой причине: он заметил, как я его исподтишка рассматриваю.

– Все в порядке. Можешь еще немного порисовать эту штуку на колене? Это очень приятно, – довольным голосом просит он.

Я сглатываю слюну, глаза расширяются, а губы растягиваются в улыбке от осознания, что мои действия приносят ему удовольствие. Я устраиваюсь поудобнее и подаюсь поближе к Луке.

Моя голова всего в паре сантиметров от его груди, но у меня закрываются глаза. Я напрягаю мышцы, пытаясь сохранить равновесие. Он попросил меня показать этот прием не для того, чтобы я упала на него, как на мягкую подушку.

Я продолжаю рисовать квадрат, а его довольное мычание убаюкивает меня.

Когда моя голова падает на что-то мягкое, я резко просыпаюсь. Надо мной стоит Лука.

– Ты заснула на неудобном диване. Я отнес тебя в кровать.

Я закутываюсь в одеяло.

– Спасибо, – успеваю прошептать я, прежде чем вновь погрузиться в крепкий сон.

Лука ложится рядом. И в этот момент я окончательно засыпаю.

Глава 18

Лука

Я готовлю кофе и жду, когда проснется Роза, чтобы мы вместе начали привычные утренние дела. Кофе на балконе и восход солнца. Спокойное утро.

Главная причина, почему я стараюсь поскорее выскользнуть из постели, – скрыть утренний стояк. Роза всю ночь прижимается ко мне, и это весьма мучительно.

На столике вибрирует телефон, я беру его в руки, но не спешу отвечать на звонок. На экране высвечивается незнакомый номер.

Я нажимаю «Принять» и включаю громкую связь.

– Слушаю, – отвечаю я, наливая в кофе карамельный сироп.

– А, мистер Лука Руссо, – раздается хриплый голос Марко, говорящий с итальянским акцентом.

Я перевожу звук обратно на динамик.

– Черт возьми, откуда ты взял мой номер?

– Я находчивый человек. Очень пригодился телефон твоего хакера.

Мне сложно представить, что они сделали с Нико, чтобы получить пароль от его телефона.

– Ты позвонил, чтобы заключить сделку в обмен на свою дочь? Или просто тратишь мое время?

Прижав телефон плечом, я отпиваю кофе. До рассвета осталось всего несколько минут. Я не стану тратить все утро на этого засранца.

Он зловеще смеется, отчего у меня волосы встают дыбом.

– Не знаю, почему ты смеешься, Марко. Твоя бедная дочка в плену и умоляет отца о спасении. Ей осталось жить всего несколько дней, а ты даже не пытаешься что-то предпринять.

Я сочувствую Розе: ее собственный отец даже не собирается ее спасать. Хотя чему я вообще удивляюсь. Если вспомнить ее рассказы, не похоже, что у него есть желание оказаться рядом с дочерью.

– Ты стал слабым, Руссо. Ты даже не знаешь, что в твоем логове завелись змеи. Я верну Розу, но не стану заключать с тобой сделку. Когда поставлю тебя на колени, тогда-то и заберу мою дочь-алкашку. Мне плевать, что она сейчас у тебя.

Я молчу.

– Ты похитил не ту дочь. Я больше люблю Еву. Будет несложно выдать ее замуж, поскольку она чиста и непорочна. Настоящая принцесса.

Я настолько сильно стискиваю зубы, что мне самому кажется удивительным, как они еще не треснули.

– Неправильный ответ, Марко. Ты только что подписал себе смертный приговор. Это был твой последний шанс мирного решения, и ты его просрал, кусок дерьма.

Сбросив звонок, я бросаю телефон на кофейный столик. Как этот человек смеет говорить о своей дочери в таком тоне?

Для меня она значит нечто большее, нежели для своего отца. Теперь я уверен в том, что Марко нужно прикончить – не только ради собственной выгоды, но и ради того, чтобы он исчез из жизни Розы. Она заслуживает лучшего.

Оранжевый рассвет сияет над горизонтом. Прихватив чашку кофе, я поднимаюсь по лестнице. Моя кровь кипит, но я не подведу Розу.

Остановившись перед стеклянной дверью, я смотрю на девушку. Она сидит на балконе в черном атласном халате, закинув загорелые ноги на маленький столик перед собой. Роза смотрит на