Мила - Альбе Альбертова

— Пожалуй, нет. Я всегда понимал, что работать до глубокой старости не буду. Отец окончательно ушел на пенсию, когда сердце перестало выдерживать. Я планирую набрать достаточно для спокойной жизни и завершить карьеру лет через десять-пятнадцать. Свободный нынешний период показал главную сложность — нужно чем-то заняться. Конечно, твой пример перед глазами нагляден, но у меня пока так не выходит.

— Завтра расскажу о своем наполнении дня и жизни, но для ясности — у нас разные стартовые условия. Это я не к здоровью или семье, или карьере, а отношению. У меня практически всегда, с самого детства, ну, с учебы в институтах, было понимание — работать ради работы нужды нет. Привычка работать, чтобы себя прокормить, — это одно, а отдавать по девять часов в день ради пропитания — нет.

— Как понимаю, разница этих понятий очевидна? — сухо уточнил собеседник.

— Прости, не хотела задеть, — Мила подняла руки, признавая капитуляцию. — Но потом, если надумаешь завершить карьеру, может пригодиться. Хотя это не к спеху.

— Нет, я бы послушал.

— Сергей, честно не хотела коснуться никакой болезненной темы. Извини.

Собеседник поднялся с дивана и прошелся по комнате, неожиданно сменив тему:

— Почему у тебя полумрак? Как пошутили соседи — сразу видно, что я в гостях, у тебя обычно темно в окнах.

— Тебе темно? Можно включить бра или верхний свет.

— Всё нормально, просто не понял. Почти везде свет неяркий, этакий полумрак. Вряд ли ты на этом электричество экономишь, — пошутил он.

— Нет, что ты. Мне не нравится яркий свет дома, особенно белый. То ли какие-то ассоциации с больницей, то ли последний год бабушки так сказывается. Она понемногу слепла и видела только при ярком освещении, поэтому везде светильники. Сейчас, как ты говоришь, выбор, а тогда зажигались всё. В общем, для отдыха глазам, да и мозгу достаточно. Здесь, на мой взгляд, светло, ты спокойно ходишь по комнате.

— Уже привык, — легко отозвался он.

— Света из коридора и с улицы хватает для не мелких манипуляций. Но если некомфортно — включи что-то еще.

— Непривычно, но не скажу, что это вызывает дискомфорт.

— Хорошо, но если вдруг передумаешь.

— Мила, свет я включить смогу, — весело сообщил он.

— Логично.

— Я не скажу, что у тебя очень тихо.

— Шум с улицы, но с учетом времени это нормально. Легкий фоновый шум от соседей, — прислушалась Мила. — Что еще?

— Не знаю, почему-то ожидал тишины леса.

— Рядом с довольно загруженной улицей? Оптимист.

— Видимо, да.

Мила снова зевнула, но постаралась сдержаться.

— Ложись, — посоветовал Сергей, — ты явно засыпаешь на ходу.

— Кстати, нет, в движении проще, а дома после еды, пригревшись в кресле, самое время поспать.

— Тем более.

— Ты прав. Тебе тут нормально? — вспомнила она давний момент.

Всё же зал у нее не предназначен для ночевки гостей. Собственно, в связи с настолько редким явлением в ее жизни, как визит гостей, квартира, в принципе, на них никак не рассчитывалась. Яр приезжал несколько раз, вполне довольствуясь залом и своими воспоминаниями. Всей семьей они выбиралась только дважды, и как-то размещались. Впрочем, тогда племянники были еще маленькие, Эли с Асом даже в помине не значилось, поэтому трех комнат оказалось для всех достаточно.

Пока Мила думала и вспоминала, как так вышло, она успела принять душ и, пожелав всем спокойной ночи, растянулась на кровати. Всё же ее личный уголок определенно удачный.

С появлением Сергея жизнь изменилась и вошла в чуть иной ритм, приобретя некоторую гармоничность и гибкость. Всё же с Милой, нужно признать, Эля жила в более строгом режиме, а с дядей стало проще. Или легче за счет наличия двух человек, как смягчающий для самолюбия Милы довод.

Во-первых, мелкая, просыпаясь в такую рань, прощалась с Асом и Милой, отпуская их одних на прогулку. Конечно, она оставалась дома одна во время болезни, но ненадолго. Это обстоятельство изрядно нервировало Милу, как, впрочем, и пса. Зато теперь они снова вернулись к давно возникшему графику — с приведением Милой двора в порядок и прогулкой разными маршрутами по району. Давно найденный десяток вариантов вполне устраивал обоих и давал ощущение разнообразия. Так как Эля оставалась под присмотром, этот час они честно проводили, как хотели.

Пирожочек, проснувшись, развлекала себя и Сергея изо всех сил, надо признать, успешно. Тот, кстати, тоже оказался жаворонком, поэтому в целом по режиму все совпадали. Но не таким буйным с утра, как посмеивалась Мила. Прогулка с псом его не радовала, опять-таки, как смеялся сам гость, «у меня поэтому кот». Эля пришла в восторг от новости о появлении у нее котенка. Она полюбила его по определению — такого меленького и хорошенького. Дядя на этой фразе обычно делал очень сложное выражение лица. Видимо, с чем-то Эля критично не угадывала.

В любом случае утро стало спокойнее — без мелкой. Дальше по возвращению начиналась суета сборов в садик и выбор самой нужной игрушки, выяснения, хочет она кушать дома или нет и прочей важной деятельности. После чего, наконец, отправлялась покорять мир.

По возвращению Мила получала завтрак в своем типичном стиле и уборку на кухне и в доме в качестве отягчающего момента. Сергей уезжал на тренировку, чтобы после нее заняться делами в конторе Павла Степановича или нотариальной палате или получении еще каких-то документов и бумаг. Переезд — это всегда бюрократично, особенно если занимаешься бизнесом, переводишь транспорт и затеваешь перепланировку. К тому же ему пришлось заниматься своим офисом и квартирой.

Зато Мила после домашних дел так же радостно впрягалась в общественные и добивала ремонты. Организация, согласование, закупка упущенного и попытка воплотить в жизнь идеи Сергея прилично отнимали время и придавали ощущение оживленности и суеты. Где-то в процессе они умудрялись вместе покупать продукты, посещать опеку, узнавшую про явную ошибку системы, и разбираться с прочими мелочами.

После обеда Мила забирала Элю спать дома, играть и идти на тренировку. Чтобы с чистой совестью вечером спихнуть ее на Сергея и заняться той же готовкой самой или что-то где-то выяснить и сделать. Вечерняя прогулка всех со всеми добавляла активности и… совместных шуток и теплых моментов. Всё же прогулка с трехлеткой — это одно, а с ней и взрослым человеком — совершенно иное.

А еще Сергей дал ей возможность вырваться вечером куда-то в культуру. Точнее, посетить несколько концертов. С появлением Эли нечастая социальная жизнь Милы сошла на нет вовсе, но теперь, когда у мелкой возник другой надсмотрщик, она смогла найти время для себя.

Мила никогда не была завзятой посетительницей филармонии или театра. Собственно,