Гейша - Лиза Дэлби

Гейша-трезвенница – логическая несообразность. Спиртное занимает важное место в жизни гейши и может считаться тяжкой стороной ее дела. Даже если женщине нельзя пить из-за болезни, она все равно должна делать вид, что пьет. Достаточно просто пригубить чашечку на виду у гостя, и он притворится, будто не заметил, как остальное содержимое выплескивается в полоскательницу на столе. Пожилой гейше проще уклониться от этой обязанности: она может подозвать кого-нибудь помоложе и попросить опрокинуть чашечку вместо нее.

Итак, в глазах других гейш я прошла еще одно испытание и с полным правом заняла место не только наблюдательницы, но и работницы. Увидев, как я в точности повторяю действия моей старшей сестры, все приняли меня как Итигику. Страх прошел, и мне самой понравилось быть Итигику. Так в чем же состояло таинство обучения гейши поведению на приеме? По моим наблюдениям, никакого таинства нет. Нужно просто набраться опыта и научиться вести беседу и шутить с мужчиной, чаще всего с пожилым.

Молодые японки, вообще говоря, делать этого не умеют. Девушек не только не приучают свободно и непринужденно общаться со старшими, но даже запрещают такие беседы. Обучение молодых гейш в этом смысле заключается в том, чтобы помочь им преодолеть привитую с юности скованность. Майко обычно стеснительны. Однако, скромно сидя среди гостей, они присматриваются и прислушиваются, и ко времени выхода на стезю гейши становятся вполне речистыми и остроумными. С годами это умение возрастает. Часто гейши в пятьдесят и даже шестьдесят лет бывают главными заводилами в компаниях.

Удивительным образом мое воспитание и опыт выпускницы обычного американского колледжа, молодой представительницы среднего класса, подготовили меня к роли японской гейши. Женщины моего поколения в Америке не отличаются застенчивостью. Нас не приучают в присутствии мужчин держать язык за зубами, робкое смирение тоже не считается высшей добродетелью. Чтобы майко или молодая гейша научились вести с гостями непринужденный разговор, требуется много времени и усилий, а я, будучи американкой, с первой минуты включилась в шутливую беседу.

Лишение девственности

Вечер шел своим чередом, и в какой-то момент окасан «Дай-ити» пришлось объяснить любопытствующим гостям мое присутствие.

– Она приехала сюда изучать жизнь гейш. За границей о Японии только и знают что Фудзияму, цветение вишни и гейш. Она учится играть на сямисэне и петь. – Вполголоса она уточнила у меня: – Какая у тебя специальность, Кикуко?

– Антрополог.

– Она антрополог и будет защищать кандидатскую диссертацию по школе гейш Понтотё!

Гости рассмеялись. Кто-то из мужчин заявил, что давно пора заняться серьезным изучением гейш. Окасан поблагодарила говорившего, приняв это за комплимент на свой счет. Когда мое присутствие получило объяснение, некоторые клиенты с притворной заботливостью вознамерились сделать мое обучение полноценным.

– Вы знаете, что такое мизу-агэ? – спросил глава корпорации, бывший почетным гостем.

Молодые гейши захихикали, а некоторые сделали вид, будто шокированы.

– Только из книг, – ответила я, вспомнив, что на жаргоне квартала удовольствий это означает первый сексуальный опыт женщины.

Этимология термина, как многое в среде карюкай, связана с рядом ассоциаций и также является эвфемизмом. Мизу означает «вода», агэ – «разгрузка». Первоначально это означало коммерческий доход, связанный с эксплуатацией водного транспорта, а затем перешло в мир развлечений, который, как мы уже знаем, также именуется «водяным бизнесом». Во времена легальной проституции плата за услуги заносилась в бухгалтерские книги, которые назывались мизу-агэ тё, «отчет о доходе». Так соединились два этих далеких по смыслу понятия.

Глава корпорации, обрадованный представившимся случаем развить пикантную тему, предложил:

– Хотите, я расскажу, как происходит мизу-агэ?

Предчувствуя, что сейчас начнется самое интересное, все гейши вытаращили на него глаза.

– Что ж, не знаю, как это делается теперь, – продолжил он, – а раньше мизу-агэ занимало семь дней. Окасан дома гейш выбирала мужчину, который приступит первым. Надо иметь в виду, что дело это чрезвычайно ответственное. Молодой человек тут не годится, он бывает неотесан и слишком груб. Здесь требуется пожилой мужчина, состоятельный и добросердечный.

– Как вы, сятё-сан[21], – пропищала Итиумэ.

– Верно, я идеальный клиент для мизу-агэ. Если перед вами встанет такой вопрос, можем потом его обсудить. – Гейши разразились хохотом. – Понимаете, такой мужчина в мизу-агэ – нечто вроде трутня в семье медоносных пчел. После исполнения первичной функции он больше с этой дамой дела не имеет.

Молодые участники застолья, незнакомые с эротическими обычаями в мире гейш, оживились:

– Неужели процесс занимает семь дней, сятё-сан?

– Окасан вместе с другими опытными гейшами готовит спальню. Поверх покрывала возле подушек они кладут три яйца и выходят в соседнюю комнату. Изредка они покашливают или шуршат бумагой, чтобы девушка знала об их присутствии.

– Как интересно! – вставила Ититэру, досконально освоившая современную практику интимных отношений.

– Мужчина предлагает майко лечь, затем разбивает яйца, желток проглатывает, а белком смазывает ей заветное место, говоря: «Это мизу-агэ. Спокойной ночи, дорогая». Затем гасит свет и выходит. На следующий день процесс повторяется. И так каждый вечер, день за днем, но всякий раз мужчина смоченными в белке пальцами продвигается все глубже. К концу недели майко привыкает к процедуре и чувствует себя совершенно свободно. В этот момент мужчина, который, как вы понимаете, хорошо укрепил себя съеденными желтками, легко совершает мизу-агэ.

Старшие женщины расхохотались.

– Я прошла мизу-агэ, когда мне было шестнадцать, – призналась мама «Дай-ити», вспомнив свою бытность майко. – Несколько лет назад, перебирая с приятельницами прошлое, мы удивлялись, что у нас все происходило совершенно одинаково. А потом выяснилось, что у всех мизу-агэ проводил один и тот же клиент!

– А как это делается теперь? – спросила я, понимая, что более удобного случая разузнать побольше насчет секса в среде гейш может больше и не представиться. На эту тему, понятное дело, особо не распространяются.

– Сейчас все по-другому, – ответила окасан. – Церемония мизу-агэ больше не проводится. Майко лишаются девственности еще в средней школе; они уже всё знают, не то что мы. Правда, Итиумэ? Нынешние девушки вовсю гуляют с мальчиками и взрослыми мужчинами. О мизу-агэ и речи нет.

Я ощутила некоторое смущение взрослых гейш, тогда как молодые слушали с нескрываемым интересом. В наше время гейши и женщины вообще более сведущи в вопросах секса. Гейши постарше часто радуются, что их дочерям не грозит мизу-агэ. Но одновременно их опыт в этом отношении уже не может служить примером для молодых и даже считается «пережитком феодализма», как в Японии называют не только изжившие себя общественные явления, но и любые обычаи старого быта, вышедшие из моды, и темные предрассудки. Я часто замечала, что пожилые гейши на темы секса между собой говорят более раскованно, нежели в