Помощница антиквара - Амари Санд
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Времена изменились, Савелий Кузьмич, — я вздохнула, понимая, что будет сложно переборот его упрямство. — Не стоит грубить людям, которые приносят вам деньги. Если вы приведете себя в порядок и научитесь хотя бы здороваться с улыбкой, выручка вырастет вдвое. Никто не заставляет льстить и угождать, просто будьте аккуратны и вежливы. Это ведь не так сложно, правда?
Туров ничего не ответил, лишь сердито засопел и ушел к себе. Однако мои слова, кажется, упали на благодатную почву. На следующее утро я с удивлением обнаружила, что старик отсутствует в лавке дольше обычного. Когда он вернулся, едва его узнала.
Савелий Кузьмич посетил цирюльника, который аккуратно подстриг его бороду и уложил седые волосы. Даже сюртук, который я накануне вечером вычистила, сидел на нем иначе, придавая сутулой фигуре благообразный вид. Он все еще ворчал, но в его движениях появилось некое подобие достоинства.
— Должно быть, в молодости вы были привлекательным мужчиной, дядя, — не поленилась сделать старику комплимент, от которого он расцвел и приосанился.
Помимо внешности Турова, перемены коснулись и нашего общего быта. В лавке и подсобных помещениях я навела порядок, а также начала готовить полноценные обеды. Аромат наваристых щей и свежеиспеченного хлеба вытеснил запах затхлости, пропитавший это место.
Старик поначалу ворчал на «бессмысленные траты», но съедал все до последней крошки. А постепенно подмечала, как в его глазах постепенно гаснет тот звериный блеск, с которым он встретил меня в первый день. Теперь мы хотя бы отдаленно напоминали семью, связанную общими секретами.
Если бы не метка Клеймора висящая надо мной дамокловым мечом, я бы посчитала, что моя жизнь наладилась. Но каждый раз, когда мне приходилось снимать кольцо, магически паразит проникал в меня все глубже и глубже. Амулет Ермакова лишь сдерживал воздействие метки, но не избавлял от нее.
К концу недели, которую Клеймор отвел на проверку заклинаний из свитка, в лавку заглянул по-настоящему важный клиент. Высокий сухопарый мужчина в безупречном фраке и с манерами, не оставляющими сомнений в его высоком статусе.
Туров мгновенно преобразился, демонстрируя ту самую вежливость, о которой я твердила. Они долго обсуждали какую-то редкую гравюру, и я видела, что переговоры идут успешно. Клиент заинтересовался покупкой и потребовал документальное подтверждение подлинности, которое хранилось в личных покоях Савелия Кузьмича.
— Сашка! — позвал Туров, и я тут же высунулась из подсобки. — Сходи в мою комнату. На верхней полке секретера лежит кожаная папка с гербовой печатью. Принеси ее немедленно. — Протянул массивный железный ключ на длинной цепочке.
— Конечно, Савелий Кузьмич, — я подошла к нему и забрала ключ. — Сейчас принесу.
В тот момент я как раз работала с эхомагией, анализируя структуру старого кувшина и забыла про кольцо, рассматривая важного гостя. Как только мои пальцы сомкнулись на холодном металле ключа, реальность вокруг меня дрогнула.
В сознание мощным потоком ворвались чужие образы, от которых у меня перехватило дыхание. Перед глазами вспыхнула эта же лестница, ведущая на второй этаж. Я увидела мужчину — статного и красивого той мужественной красотой, которая присуща высшим аристократам и носителям сильного магического дара.
Я даже через видение почувствовала его мощную властную ауру. От одного его взгляда в моей душе что-то дрогнуло. В видении незнакомец, одетый в мундир, расшитый золотом, уверенно вставлял ключ в замок и входил в комнату Турова. Мужчина часто бывал в лавке и пользовался ключом, как собственным. Его присутствие в жизни старика явно не было случайным.
Образы погасли так же внезапно, как и появились. Я замешкалась, чувствуя, как бешено колотится сердце.
Кто этот человек? Почему он тайно посещал комнату простого антиквара?
Вопросы роились в голове пчелиным роем, но я заставила себя сохранять спокойствие и направилась к лестнице. Туров проводил меня чересчур пристальным взглядом. На секунду мне показалось, что он заподозрил неладное, но клиент отвлек его очередным вопросом.
Глава 14
Поднявшись на второй этаж, я открыла тяжелую дубовую дверь и застыла, пораженная до глубины души. Комната Савелия Кузьмича являла собой образец безупречного порядка и вкуса.
Натертый до блеска паркет, книжные шкафы с редкими фолиантами в кожаных переплетах, кровать с идеально заправленным покрывалом. Здесь пахло сандалом и дорогой бумагой. Вдоль стен висели картины, которые стоили целое состояние, — подлинники, которые ни за что не выставили бы на продажу в обычной лавке.
— Все страньше и страньше, — пробормотала, невольно сравнивая себя с героиней сказки, провалившейся в кротовую нору.
Я подошла к секретеру, чувствуя себя настоящей шпионкой. Каждая вещь на столе лежала на своем строго отведенном месте: серебряный письменный прибор, стопка чистых листов, запечатанные сургучом письма. Контраст между показной неряшливостью лавки и этой почти дворцовой чистотой оказался настолько разительным, что у меня не осталось сомнений: Савелий Туров вел двойную игру. Он тщательно создавал образ ворчливого бедняка, чтобы скрыть свою истинную сущность.
Я нашла нужную папку и на мгновение задержала на ней руку.
Мне безумно хотелось применить эхомагию к бумагам на столе, узнать, о чем переписывается мой опекун с тем таинственным аристократом из видения. Но я знала, что Туров не дурак.
Любая заминка могли выдать мой дар, который я так старательно скрывала. Я не могла допустить, чтобы он узнал о моей способности считывать память вещей раньше времени.
Схватив папку, я поспешила к выходу, стараясь ничего не задеть. Спустившись, с вежливой улыбкой передала документы Турову. Он быстро проверил содержимое и протянул их клиенту, не глядя на меня.
Однако я чувствовала возникшее между нами напряжение. Теперь, зная «настоящий» мир опекуна, каждое его движение казалось мне частью сложного спектакля.
Кто же вы на самом деле, Савелий Кузьмич? И какую роль в вашем плане играю я?
Клиент остался доволен и, оформив сделку, покинул лавку. Туров медленно запер лавку и повернулся ко мне. В полумраке зала его фигура казалась более массивной и грозной, чем обычно.
Он протянул руку за ключом, и я молча вернула его, стараясь не выдать своего волнения.
— Спасибо, Александра, — поблагодарил он вместо привычного ворчания. — Ты хорошо справляешься. Даже слишком хорошо для простой сироты из провинции. Иди, отдохни. Завтра будет много работы.
— Доброй ночи, Савелий Кузьмич, — кивнув старику, я поспешила к себе.
Закрывшись во флигеле, я долго не могла уснуть. Передо мной все стояло
