Мой Мармеладный Принц - Кася Дрим

Я склонила голову, пристально всматриваясь в его лицо. Попутно отметила, что две из трёх свечек уже прогорели, отчего в комнате стало ощутимо темнее. Ай, ладно.

Провокационными вопросами он меня навряд ли поставит в тупик. Условие не врать ещё не означает, что нужно говорить всю правду. Это раз. А два — всё ведь зависит от формулировок. Я, например, неплохо, умею уходить от прямого ответа.

— Согласна, — кивнула наконец я и с тщательно скрытым (хотелось бы верить) сожалением забрала у него свою руку. — Поставлю ещё свечи, эти уже догорели.

На этот раз, немного поколебавшись, решила поставить четыре — должно стать немного светлее. И в итоге, с учётом оставшихся, всего вместе хватит примерно на полтора часа. Возможно, за это время я уже захочу спать — встала-то я сегодня ни свет ни заря. О том, что будет, если не захочу, я старалась не думать.

Когда свечки заняли свои места в подсвечниках, а запасные были оставлены на столе, я прихватила из серванта карты и присоединилась к Даньке, устроившемуся на диване.

— В дурака?

— Мне без разницы, — пожал плечами он.

— Ваше Высочество, а ничего что ты азартными играми балуешься? В вашем мире подобное поведение венценосных особ не осуждают? — не удержалась, чтобы не поддеть его я.

— Ты не поверишь, Конфетка, его даже поощряют. Не в плане именно для венценосных, как ты выразилась, особ, а вообще для нашего брата, — как-то загадочно ответил Данька. — Но в любом случае стоило ли бы заморачиваться таким пустяком после того, как я воспользовался дубликатором? К тому же я сейчас не в своём мире.

Я протянула ему колоду, предлагая сдать карты, но он поднял руки и покачал головой:

— Э, нет, Конфетка. Не хочу, чтобы потом, когда я выиграю, ты обвинила меня в шулерстве.

— А ты прямо так уверен в своей победе? — сощурилась я.

— Разумеется, — просто ответил он. — А зачем что-то начинать, если заранее допускать поражение?

Ну-ну! Посмотрим ещё кто — кого. Я, например, проигрывать тоже не намерена.

Впрочем, я ведь уже, кажется, упоминала, что высшие силы весь сегодняшний день явно были не на моей стороне? Не изменилось ничего и сейчас, и первую же игру я продула.

Хотя может боги тут и ни при чём? В отличие от выглядевшего расслабленным Даньки, я никак не могла сосредоточиться на картах.

Его непосредственная близость, каждое движение сильных рук, его мерно вздымающаяся от дыхания грудная клетка, каждый его то задумчивый, то внимательный и будто бы даже оценивающий взгляд, которые он время от времени на меня бросал. Я уж молчу про полотенчико, чисто номинально прикрывающее стратегически важные места! Всё это вкупе будоражило мою фантазию, уводя ее в плоскость если и игр, то отнюдь не карточных.

Ночь вдвоем

Досаду на первый проигрыш частично компенсировало любопытство, и я в нетерпении уставилась на Даньку, ожидая его вопроса. Надеюсь, он не спросит какую-нибудь херню?

— Конфетка, у тебя есть средство от укусов насекомых? — неожиданно выпалил он. — Вернее от их последствий? От зуда, короче?

Да уж… А таинственности-то во взгляде было!

— Это и есть тот самый вопрос, на который я должна ответить честно? Тот, ради которого все затевалось? — насмешливо уточнила я.

— Что? А, нет, конечно. Просто оводы покусали, пока траву косил, — сил нет, как чешется.

Я глянула на него недоверчиво: что-то я не заметила, чтобы он хоть раз почесался. Да и на человека, которому в данную минуту что-то доставляет дискомфорт, он походил весьма мало. В случае если не врёт, завидую его выдержке.

— Что-то такое было, — кивнула я.

Уже рыская в ящиках всё того же серванта в поисках нужного геля, я подумала, а не соврал ли он, и правда, чтобы получить возможность всё-таки пометить каким-то образом карты? Ай, ладно — не на деньги же играем. И даже не на желания.

Обернувшись с найденным средством к Даньке, я обнаружила его ровно в той же позе и на том же месте. Карты вроде тоже не переложены. Но за это не поручусь.

Стоило мне вручить ему тюбик, и следующие пару минут я, как завороженная, наблюдала за тем, как он втирает гель в места предполагаемых — мне в полутьме было не видно — укусов. В его исполнении даже такое простое действие выглядело ну очень сексуально.

— Так что там с твоим вопросом? — поинтересовалась я, когда он закончил.

— Вопрос несложный: если бы тебе предстояло отправиться туда, где нет людей, кого бы из них — только единственного — ты взяла с собой?

Выражение искреннего почти детского любопытства, возникшее на лице Даньки, едва он озвучил свой вопрос, меня позабавило, а вот сам вопрос насторожил. Сдаётся мне не так он прост, как кажется первоначально.

Зачем Даньке этот ответ? Наверняка ведь, он расскажет обо мне больше, чем простое перечисление собственных достоинств и недостатков. И что значит — где нет людей? На необитаемый остров что ли? Так почему бы было и не спросить именно так? Или я усложняю?

— В каком смысле взяла с собой? — осторожно уточнила я. — А мнение этого человека в расчёт не берём? Вот он поди счастлив-то будет! Жил себе жил спокойненько, а его взяли и чёрт-те куда дернули.

— Конфетка, не усложняй, — сказал Данька, а я невольно вздрогнула: он точно не читает мысли? — Просто скажи кого.

По идее я должна была назвать его имя, поскольку именно оно первым пришло мне в голову. Но я решила схитрить. Говорю ж, всё зависит от формулировок.

— Того, на кого можно положиться. Того, с кем я чувствую себя уверенно. — Я немного подумала и добавила: — В идеале того, кто имеет навыки выживания.

Как ни странно, Данька таким ответом удовлетворился. Кивнул и спросил:

— Продолжим?

И я снова проиграла. И снова Данька задал не такой вопрос, какой мне удалось бы угадать сходу. Но прежде, чем он успел это сделать, мой телефон разразился мелодией, установленной у меня на Кристи. Не выдержала значит. Моего звонка не дождавшись, сама набрала.

А я вот как-то втянулась в игру и забыла не только о грозе, которая, между прочим, до сих пор не ушла, но и, к стыду своему, — о подруге.

И теперь, вслушиваясь в очередной раскат грома, и с удивлением осознавая, что он звучит уже далеко не так громко, как прежде, я поспешила взять трубку.

— Ну что там у вас? Как дела? — бодро поинтересовалась та голосом подруги.

— У нас