Шеф Хаоса. Книга 1 - Юрий Розин

потел — мелкие капли выступили на лбу, на переносице, и это было хорошо, это было правильно, потому что горячая еда должна выгонять из человека всё лишнее.

Мы очистили сковороду будто бы минуты за три, доев последнюю корку хлеба, вымоченную в остатках соуса. Я отломил свой кусок, собрал оставшиеся капли томата и масла, отправил в рот, чувствуя, как хлеб впитывает всё до последней капли. На дне остались только оранжевые разводы — следы масла, смешанного с томатом, — и едва заметные прожилки желтка, которые уже начали подсыхать на тёплом чугуне.

Виктор откинулся на спинку стула, выдохнул. Положил руки на живот, расслабился.

— Вот теперь я точно живой, — сказал он. — А то вчера эти подонки аппетит перебили. Драка дракой, а жрать охота всегда.

— Рад стараться, — усмехнулся я, вытирая губы салфеткой.

Виктор помолчал, собираясь с мыслями. Потом подался вперёд, положил локти на стойку.

— Ладно, — начал он. — Что дальше? Орбы? Я помню, ты сказал — нельзя вторую магию, пока не освоил то, что есть. Рискованно. Но если мы просто заберём Орбы с собой? Проглотим потом, когда будем готовы, когда сила подрастёт?

Я кивнул. Логичный вопрос.

— Мысль здравая, — ответил я, отодвигая пустую тарелку. — Орб реально можно сохранить. Но есть нюанс.

Виктор подался вперёд, слушая внимательно.

— Если забрать Орб из аномалии, зона начнёт смещаться за ним. Медленно, но верно. Аномалия — это не просто место, это сгусток маны, который держится на Орбе. Забрал центр — вся конструкция поползёт следом. Даже если мы возьмём Орб за пару сотен километров отсюда, через несколько дней аномалия доползёт до Москвы. До нас.

— И? — не понял брат.

— И начнёт ржаветь всё железо вокруг. Не только кастрюли и сковородки. Арматура в стенах. Проводка в перекрытиях. Трубы водоснабжения. — Я обвёл рукой ресторан, потолок, стены. — Этот дом просто рухнет нам на голову через пару дней максимум. А если аномалия сильная — то и быстрее.

Виктор присвистнул.

— Так что никаких Орбов про запас?

— Пока нет, — подтвердил я. — Может быть в будущем, но пока что-либо сразу жрать, либо не трогать. Но у меня есть другая мысль, чем заняться ближайшие дни. И, судя по тому, что я прикинул, поспать нам вряд ли удастся.

Глава 12

Решение окончательно утвердилось после вчерашнего.

Не то чтобы я сомневался раньше — мысль о том, чтобы превратить ресторан в базу появилась ещё в аномалии. Но когда я выдавал свой монолог Сохе, все стало ясно окончательно.

«Семнадцать вкусов весны» перестанет быть просто рестораном. Это наследство родителей, последнее, что от них осталось. И оно должно стать тем местом, где мы закрепимся, когда мир рухнет.

Но в текущем виде ресторан годился только для того, чтобы кормить посетителей. Я обвёл взглядом зал, прикидывая уязвимости. Панорамные окна от пола до потолка — красиво, светло, уютно. Но любой, кто захочет войти, просто разобьёт стекло булыжником или ногой.

Входная дверь — обычная, алюминиевая, с хлипким замком, который можно вскрыть консервным ножом. Чёрный ход — вообще фанера, обитая дерматином. Запас продуктов — на неделю максимум, и это если готовить на двоих-троих.

Я мотнул головой, отгоняя картинки того, во что это превратится через неделю, если не подготовиться сейчас.

— Вить, — повернулся я к брату. — Где ты живёшь?

— Снимаю квартиру на юге, в Жулебино. Почти час ехать на машине, если без пробок.

— Один живёшь?

— Один, конечно. — Он усмехнулся.

— Деньги есть? Накопления?

Он посмотрел на меня с лёгким прищуром, но ответил без запинки, даже не задумываясь:

— Дома, в заначке, миллион рублей с копейками. И ещё два в другом месте. В схроне, за городом. На чёрный день копил.

Я присвистнул.

— Если я попрошу пустить их на общее дело? Не будешь против?

Витька пожал плечами. Спокойно, будто речь шла о пачке сигарет.

— А на что ещё? На фиг они мне сдались, если через неделю тут такое начнётся, как ты говоришь. Забирай все, если надо.

Я кивнул. Спорить и уговаривать не пришлось, и это радовало. Значит, он реально в деле.

— Тогда так, — я встал из-за стойки. — Ты сейчас едешь к себе. Собираешь все личные вещи, всё, что можешь унести. И перевозишь сюда. Вопросы?

— Нет. — Витька тоже поднялся, потянулся, хрустнув позвоночником. — А ты?

— Я пока за телефоном схожу. Мой в аномалии сдох, надо новый. Потом грузчиков найду, надо мою квартиру сюда перетащить. Всё, что можно вывезти. И продать её к чёртовой матери.

— Продать? — Витька удивился, брови полезли вверх. — Прямо сейчас? Срочно?

— Думаешь подождать, пока рухнет рынок? — усмехнулся я. — Конечно, квартиры начнут цениться еще больше чем сейчас, ведь там можно будет оставаться в безопасности и покое. Вот только вопрос будет в том, что это за квартира. А наш дом особо укрепленным никак нельзя назвать. Скорее уж отсюда люди побегут ближе к центру, где выше безопасность и больше военных. И для нас лучше будет получить деньги и закупить на них то, чем потом можно будет выгодно меняться, а не держать квартиру, куда мы все равно не будем ходить, ведь я хочу по-максимуму обустроиться здесь.

Он хмыкнул, признавая мою правоту, и направился к выходу. Дверь за ним закрылась, звякнул колокольчик.

Я постоял секунду, собираясь с мыслями, потом вышел следом.

Новый телефон я купил в первом попавшемся салоне связи. Взял самый дешёвый китайский смартфон — на нормальный денег жалко, да и на фиг что-то дорогое, если через несколько месяцев связь ляжет по всему миру. Главное — батарея ёмкая.

Кстати, связь потом восстановят. Но до этого