Человек который чинил ВСЕЛЕННУЮ изолентой - Эльмира Шабурова

бракованная, пару раз давала сбои на вторничных перекрестках. Она покажет вам секретный путь. Отдам за полцены. Всего тысячу кредитов. Или ваш квантовый оракул. Решайтесь, завтра эта судьба подорожает втрое, планеты встают в ретроград!

— Тысяча кредитов?! — взвизгивает Тютя. — Да у меня штаны стоят дороже! То есть… неважно. У меня нет тысячи!

— Тогда камень преткновения остается прежним, — развел руками Зикс. — Без оплаты тайна мироздания останется закрытой для вас. Такова суровая экономика астральных планов.

Юрий Гагарин отвлекся от пепельницы. Он подошел к столу, оперся на него ладонями и посмотрел прямо в фасеточные глаза торговца.

— Мужик, — сказал космонавт просто. — Давай без лирики. Какой смысл продавать судьбу тому, кому она не предначертана? Логическая ошибка. Предлагаю сделку попроще. Играем в «камень, ножницы, бумагу». Три раунда. Выигрываешь ты — мы отдаем тебе этот кристалл, — он показал мерцающий оракул. — Выиграю я — ты рисуешь нам карту секретного маршрута. Чисто, честно, без посредников.

В шатре повисла тишина. Было слышно, как снаружи кто-то рекламирует мазь от ржавчины для титановых костей.

Торговец Зикс замер. Его кассовый аппарат издал растерянный звук «Кхр-р-зынь».

— Простой механический жребий? — прошипел он. — Азартная игра? Древние заветы запрещают торговать фортуной тем, кто полагается на слепой случай…

— Брось, — добродушно усмехнулся Гагарин. — Камень тупит ножницы, ножницы режут бумагу, бумага накрывает камень. Элементарная топология. Разве твои великие манускрипты не предсказывали нашу встречу? Значит, и исход игры уже вписан в звезды. Для тебя это вообще беспроигрышная сделка: либо ты получаешь артефакт, либо выполняешь свою работу. Ну так что, трепещущий перед роком? Страшно довериться математике пальцев?

Это был удар ниже пояса. Профессионального шарлатана назвали трусом, сомневающимся в собственной мистике. Лицо Зикса пошло багровыми пятнами. Маркетинг победил здравый смысл.

— Хорошо, землянин! — прорычал он, выставляя вперед свои суставчатые пальцы. — Узри же силу моего Фатума! До трех побед. Начнем!

(Камера Тюти максимально приближается к рукам игроков. Инспектор дышит тяжело, готовясь зафиксировать исторический момент мошенничества).

Раунд первый.

На счет «Три!» Гагарин выбрасывает открытую ладонь — Бумага.

Зикс со скоростью атакующей кобры показывает два пальца — Ножницы.

Щупальца торговца торжествующе извиваются.

— Ха! Ножницы режут твою жалкую бумажку! — хохочет Зикс. — Первое очко Великому Провидцу! Видишь, смертный, звезды сказали мне!

— Звезды сказали, что у тебя большой палец дернулся раньше времени, — невозмутимо ответил Юра, растирая ладони. — Еще разок.

Раунд второй.

— Три!

Гагарин сжимает кулак — Камень.

Зикс резко бросает раскрытую пятерню — Бумага.

— Ага! Бумага накрывает твой грубый камень! Два-ноль! — визжит провидец. — Чувствуешь холод неизбежности, космонавт? Это конец твоей кредитной линии!

— Это вентиляция плохо работает, — качает головой Гагарин. — Решающий раунд. Играем по-взрослому.

Тютя зажмурился. Он знал эти правила. Шансов нет. Сейчас Зикс заберет единственный в галактике рабочий предсказатель будущего, им отключат искусственную гравитацию за неуплату, и они будут вечно дрейфовать в облаках Венеры, пока их не склюют электрические чайки.

Раунд третий.

— Ри-и-и-и-и-и-и-из!

Гагарин делает молниеносное движение кистью. Кулак. Твердый, уверенный Камень.

Торговец Зикс ухмыляется во все сорок своих зубов. Он плавно, театрально раскрывает пальцы. Его рука превращается в классический жест Ножницы. Победа почти в кармане. Щупальца уже тянутся к лежащему на столе оракулу.

Но в последнюю миллисекунду происходит нечто странное. Средний и указательный пальцы торговца внезапно сводит судорогой. Суставы хрустят. Пальцы самопроизвольно сгибаются, перекрещиваются и смыкаются в плотный, тяжелый кулак.

Два камня встретились над столом.

Ничья.

Правила внезапной смерти подразумевали четвертый раунд. Но Зикс сидел неподвижно. Его фасеточные глаза смотрели в одну точку. Кассовый аппарат в груди издал жалобный писк и выплюнул чек с надписью «Ошибка системы: Парадокс».

— Что это было? — просипел торговец. — Я хотел показать ножницы. Я всегда показываю ножницы против новичков! Это моя стратегия, одобренная Высшей Палатой Мер и Весов Преисподней! Почему мои пальцы сложились в камень?!

Юрий спокойно разжал кулак.

— Сухожилие, — пояснил он. — Старая травма. Когда спускался на парашюте после орбитального полета, защемило нерв при резком торможении. Теперь иногда, когда волнуюсь или делаю резкое движение, пальцы сами в кулак идут. Профессиональная деформация.

Он наклонился через стол к побелевшему лицу Зикса.

— Видишь ли, товарищ коммерсант. Ты спрашивал, чувствую ли я холод неизбежности? Нет. Я чувствую биомеханику. Никакой мистики. Просто твоя жадность заставила тебя играть слишком азартно, мышцы перенапряглись, моторика сработала по рефлексу. Рефлекс толкнул руку в дефолтное положение.

Гагарин выпрямился и потянулся.

— Значит, так было предначертано, — вдруг тихо добавил торговец. Голос его потерял всю громкость и стал похож на шелест старых газет. — Линии судьбы пересеклись. Мой проигрыш был записан в книге времен еще до рождения первого атома. Я лишь перо в руках космоса…

Юрий удовлетворенно кивнул. Словно услышал подтверждение своей любимой теоремы.

— Ну вот, — сказал он Тюте, хлопая инспектора по плечу так, что у того клацнули зубы. — А ты боялся. Видишь, судьба — это просто когда ты вовремя сыграл правильно. Или когда у оппонента защемило спину. Несем карту.

Тютя смотрел то на блаженное лицо Гагарина, то на полностью раздавленного, философски смирившегося с банкротством торговца. Зикс дрожащими щупальцами вытащил из-под стола рулон дешевого пергамента, поставил печать «ОПЛАЧЕНО СУДЬБОЙ» и протянул космонавту.

Когда они вышли из шатра обратно в шум рынка, Тютя остановился. Он перевел камеру на свое лицо. Взгляд инспектора был пуст.

— Запись… четыре-двенадцать-дробь-десять, — монотонно произнес он. — Промежуточный итог экспедиции. Мистика на Венере мертва. Окончательно и бесповоротно. Ее убили конкуренция, инфляция и плохая растяжка сухожилий.

Он помолчал, глядя, как мимо пролетает рекламный аэростат с надписью «Купи свою смерть заранее! Скидки пенсионерам!».

— Знаешь, Юра, — очень тихо продолжил Тютя, выключив официальный тон диктора. — Этот гад ведь прав. Он проиграл нам карту, потому что твои старые кости сыграли за него. Но он обставил это так красиво… Он превратил свою биологическую поломку в акт божественной воли. Он продал нам наше собственное спасение под видом подарка небес.

Тютя похлопал себя по нагрудному карману, где теперь лежал бесполезный квантовый оракул.

— На Венере не предсказывают будущее, — выдохнул инспектор, и в его глазах впервые за долгое время