Мгновения вечности - Ева Эндерин

закрыла крем, ее руки все еще пахли пряным ароматом трав, но этот аромат совсем его не успокаивал.

– Может быть, он приревновал? – предположила Рейнхарт и отложила на столик лекарство и пластырь; последний ей так и не пригодился. Закончив с ними, Кейт посмотрела Кайросу в глаза в поисках поддержки: – Я не знаю. Он поступил отвратительно.

Что-то было не так. Ее лицо, дрожащие губы. Он хотел схватить ее за плечи и заставить высказать ему все, но, как обычно, Кайросу оставалось лишь сжать со всей силы собственные колени.

– Переживаешь, что узнал, что я девственница? – вдруг вырвалось у Кейт с истерическим смешком.

Она, должно быть, спятила. Неужели ее всерьез волновало, что он поменяет мнение о ней только потому, что она невинна? Или она боялась, что он вдруг испугается дополнительной ответственности?

– Совсем нет, – со всей серьезностью ответил ей Блэквуд.

Воздух в комнате активно сгущался, но она, сгорая от любопытства, не смогла остановиться:

– А ты?

– Что я?

Он просто дразнил ее. Кайрос прекрасно знал, о чем она спросила, еще до того, как ее очаровательный ротик открылся.

Играючи ударив его по плечу, Рейнхарт задержала там руку.

– Ты девственник? – попробовала она еще раз.

– Нет, – без лукавств произнес он.

Ее брови едва заметно нахмурились в недовольстве.

– На самом деле я совсем неопытная, – поделилась переживаниями Кейт. – Я даже целоваться нормально не умею.

Его руки еще больше напряглись. Она точно почувствовала это, потому что по необъяснимой причине ее ладонь все еще лежала на его левом плече.

– Глупости. Целоваться умеют все, это встроенная функция.

Он говорил это довольно убедительным тоном, хотя сила воли постепенно оставляла его.

– Научи меня.

Кайрос переместил ладони подальше от нее и сжал покрывало. Послышался шорох.

Ничего из этого диалога не было случайно брошенной фразой. Рейнхарт была слишком умна, чтобы предлагать такие вещи без всякого умысла. Самая банальная причина: Патрик искал себе опытных девочек и Кейт об этом знала.

– Что?

– Научи меня целоваться.

Ему следовало отказать ей, следовало объяснить, что этот кусок дерьма не стоил ее внимания. Но вместо этого Кайроса словно прошибло током. Он жадно обхватил ее талию второй раз за вечер и притянул к себе, заставляя упасть ему на колени. Кейт успела раздвинуть ноги в последний момент. И черт… Их поза… Слишком страстная для двух друзей, закрывшихся в спальне для девочек. Она его буквально оседлала.

– Что ты делаешь?

– А как ты собиралась целоваться? На расстоянии?

Румянец залил ее лицо целиком, будто винный след – белоснежную скатерть.

– Нет… – задыхаясь, защитилась Кейт. – То есть ты согласен?

– Это несложно, – заверил ее Кайрос. – Сначала просто губы.

Запах ее сладкого шампуня просочился в легкие, и Блэквуд, сдавшись, нежно поцеловал ее. Это было скорее долгое прикосновение к ее теплым губам, чем полноценный поцелуй, но его глаза все равно закатились от наслаждения. Ему повезло, что Рейнхарт закрыла веки и не заметила, как пульсировала жилка на его шее. Кровь шумела в ушах с такой силой, будто внутри бил набат, и Кайрос всерьез опасался, что его перепонки не выдержат этого грохота. Их дыхание было сбитым, они почти касались друг друга носами. Перед тем как отстраниться, Блэквуд осторожно провел языком по ее нижней губе, увлажняя.

Он почти чувствовал ее мурашки под тонкой тканью оранжевого платья и точно знал, что они там есть, по тому, как Кейт задрожала.

Вероятно, ей было мало, но Кайрос готов был дать еще. Еще и еще, сколько она попросит.

– Все в порядке?

Рейнхарт замешкалась на секунду, но смогла тихо ответить согласием:

– Да.

К черту все.

– Теперь с языком?

Один ее кивок – и они потянулись друг к другу одновременно. Их губы столкнулись в более сбитом ритме, но Кайрос не отказался от своей затеи. Он повторил то легкое движение языком, на этот раз слегка надавливая, чтобы она пустила его внутрь. Ему нравилась тяжесть, с которой он поглощал ее губы, однако Кайрос хотел большего. Он позволил их языкам столкнуться и скользнуть друг по другу в медленном причудливом танце. Из Кейт вырвался тихий стон, и Блэквуд притворился, что его не заметил. Его пальцы побелели от напряжения, пока он пытался удерживать ее верхом, а язык продолжал таранить ее мягкие полные губы.

Этот поцелуй стремительно превращался в нечто большее, чем просто мгновение. Она была невозможно вкусной, как настоящий клубничный пунш, а не то безобразие, что наливали внизу.

– Борись с моим языком, – хрипло пробормотал Кайрос прямо в губы. – Глубже.

Нетерпеливо запустив руки в его волосы, она случайно царапнула макушку и сама проникла в его рот языком.

Блэквуд простонал в ответ на ее вольность, и вибрация от этого звука прошла через все тело, вызывая уже знакомое чувство горячего натяжения внизу живота. Ей следовало все прекратить уже сейчас, но в итоге они начали одержимо бороться. Он грубо укусил ее нижнюю губу, а она провела языком по ровному ряду его зубов, ища возможность снова проникнуть внутрь. Их обоих ломало, и никто не понимал, как остановить эту лихорадку. Кайрос мог поклясться, что бессильна оказалась бы даже ее аптечка.

Кейт дорвалась до его языка и начала его посасывать, при этом в открытую ерзая на его коленях в поисках трения. Опустив руки на бедра Рейнхарт, он крепче прижал ее к своим ногам, но, как ни старался, их поцелуй слишком сильно отвлекал. Она без конца раскачивалась с сумасшедшей амплитудой и вскоре коснулась твердого бугра на его брюках.

Тогда Кейт замерла сама:

– О боже, прости меня!

Вскочив на ноги, она зарылась в свои волосы и спрятала от него глаза.

– Кейт, я…

– Ты можешь уйти, когда захочешь! – перебила она его неестественно высоким голосом. – Мне пора!

Вся красная, она с позором выбежала из собственной спальни, оставляя его одного.

Кайрос выругался, посмотрел на часы и три раза вымученно повторил:

– Меня это устраивает.

Глава 13

Мечты сбываются?

Кейт

– Потом Нейт отправил его спать на пол, – злорадно хохотнула Пэм. – Поверь, это было великолепно.

Все время, пока они набирали завтрак, Уэльс подробно рассказывала ей о том, как Патрик поплатился за свою пьяную выходку. Кейт все еще злилась и не собиралась прощать его так быстро, но она соврала бы, если бы сказала, что думала об Уэльсе чаще, чем о Кайросе. То, что они делали вчера на ее кровати, без всяких преуменьшений, изменило многое. Она буквально попросила Блэквуда научить ее целоваться! Рейнхарт до сих пор не понимала, что на