Восстановленная - Джеймин Ив

и радость, которые может принести только молодость. Согласны они с этим или нет, но хорошо, что я вошла — ладно, меня втянули, но это семантика — в их мир.

Кристоф все еще смотрел на меня, его древние глаза пронизывали меня насквозь, пока он изучал все мои особенности. Удачи, приятель.

Его улыбка стала шире, будто он услышал безмолвный вызов.

— Проходи, присаживайся, — сказал он. — Я найду что-нибудь поесть для того, кому еда нужна как топливо.

Я даже не хотела знать, как он собирался достать еду, но все же опустилась в одно из толстых, золотистых, пышных кресел. Было бы неплохо когда-нибудь нормально выспаться, поесть нормальной еды, принять душ и…

— Что вы здесь едите? — спросила я, желая отвлечься. Я никогда не видела, чтобы Тень ел, и, хотя знала, откуда Ангел черпает энергию, я не была уверена насчет членов королевской семьи, фрейлдов, существ или кого-либо еще в этом мире.

— На самом деле нам не обязательно есть, — сказал Тень. — Как и Ангел, мы эволюционировали, чтобы получать энергию от взаимодействия с землей и туманами. Но мы можем есть, если нам это нравится.

— А ты когда-нибудь ел?

Он не ответил, пересаживаясь на стул напротив меня, так, чтобы мы оба были поближе к камину. Я заметила, что нас обоих, естественно, привлекали тепло, искрящиеся угли и сила пламени.

Мы оба были явными пироманьяками, и нас это вполне устраивало.

— Я иногда балую себя, — признался он. — Люди одержимы своей любовью к еде, и я жаждал того же чувства.

И это было все, что я от него добилась. Возможно, когда-нибудь я выясню, какие блюда ему хотелось попробовать, но не сегодня.

— Я просто буду придерживаться своего подхода к еде, — сказала Ангел, усаживаясь на один из стульев в глубине комнаты.

Я фыркнула от смеха.

— Твоя жуткая привычка нюхать яблоки.

Она сморщила нос, глядя на меня.

— Ты тоже нюхаешь свою еду. Я это видела.

Я пожала плечами; тут она меня определенно раскусила.

— Часто запах лучше вкуса, что является фатальным недостатком в чьем-то плане.

Мы расслабились, пока наш хозяин занимался своими делами, и я обнаружила, что все глубже погружаюсь в мягкую поверхность — она обнимала меня, как самое надежное одеяло. Миднайт придвинулся ко мне, добавляя своей энергии к моей собственной.

Спи. Я буду присматривать за тобой.

— Спасибо, — пробормотала я, протягивая руку, чтобы расчесать волосы. Это был именно тот сон, в котором я отчаянно нуждалась: восстанавливающий, целительный, обновляющий.

Моя волчица высунула нос из того места, где она была с тех пор, как мы обратились, но я тут же надела на нее ошейник. Здесь она почувствовала свой единственный вкус свободы, по крайней мере до тех пор, пока я не выясню, что же заставило ее сойти с ума в этом царстве.

«Я люблю тебя, Волчонок», — сказала я ей. «Ты — часть моей души, и я ненавижу это делать, но мы не можем снова так распускаться. Из-за нас всех чуть не поймали, и мы с тобой чуть не погибли».

Она не смогла мне ответить, но, похоже, поняла и, к счастью, перестала скулить и дергать меня. Она снова легла, и я заснула.

Было приятно, что даже в присутствии таинственного рыжеволосого незнакомца я чувствовала себя в достаточной безопасности, чтобы отправиться спать.

Спасибо Миднайт, Инки, Тени и Ангел.

Моя стая.

Глава 22

Когда через неизвестное время сознание вернулось ко мне, я поерзала на подушке, наслаждаясь ощущением расслабленности в конечностях. Мне потребовалось несколько минут, чтобы окончательно проснуться, а когда я это сделала, то открыла глаза и обнаружила, что огонь в камине был такого же размера, как и в тот момент, когда я ложилась спать, и… в комнате было тихо. Неестественно тихо.

Проведя рукой по лицу, я огляделась: даже Миднайт не парил в вышине на своем обычном месте.

— Они охотятся для тебя. — От его низкого, проникновенного голоса я чуть не свалилась с подушки. Как, черт возьми, я могла не заметить Тень в комнате?

Он оторвался от стены, к которой прислонялся, бесшумно, как подкрадывающийся камышовый кот.

— Ты всегда наблюдаешь за мной, когда я сплю, — сказала я, слегка задыхаясь, когда приподнялась. — Что с тобой такое?

Он не стал этого отрицать, просто подошел ближе, и когда остановился около краешка моего мягкого кресла, я резко повернула голову, чтобы не пропустить ни одного выражения его лица. Только по мимическим изменениям на его лице я могла понять, что он чувствует.

Он никогда не показывал много, но иногда я находила что-то ценное.

Прямо сейчас его глаза горели, брови были сведены вместе.

— Ты — загадка, которую я должен разгадать, — сказал он мне, и я была удивлена, когда он присел передо мной на корточки. Тень никогда не опускался до моего уровня, всегда подтягивая меня к себе. — Меня притягивает твоя энергия. Я чувствую… — Он остановился. — Я чувствую, Солнышко. Это проблема, потому что любая слабость может встать между мной и моей жаждой мести.

Я глубоко вдохнула, раздраженная сухостью в горле.

— Ты сводишь меня с ума, — прошипела я. — Ты такой непредсказуемый, то вверх, то вниз, то относишься ко мне как к питомцу, то как к другу. Человек или вещь? Кто я для тебя, Тень?

В его глазах вспыхнуло пламя, и он был ближе, чем когда-либо… Кажется становилось очень жарко?

— Разве ты не можешь быть одновременно и личностью, и собственностью?

Я затрясла головой.

— Нет, не могу.

Он потянулся ко мне, поднял меня с кресла, — ах, вот это уже было похоже на правду, — и встал так, что я оказалась в его объятиях.

— Тогда почему я так сильно хочу обладать тобой, волчонок?

Господи Иисусе. Черт. Черт!

— Это самая восхитительная пытка, — выдавила я. — Желание подчиниться тебе, зная, что я никогда не смогу себе этого позволить. Альфа-оборотень в моей душе восстает против того, чтобы быть чьей-то собственностью, независимо от того, какие выгоды это приносит.

А это принесло бы столько пользы. Я уже поняла это, попробовав всего один раз.

Тень сжал меня еще крепче, так крепко, что у меня заболели ребра, что только усилило мое желание обвиться вокруг него и позволить ему вытрясти из меня всю жизнь.

— Как же нам разрешить нашу дилемму? — задумчиво произнес он, его рука скользнула вниз по моей спине и обхватила ягодицы. Хватка была слишком крепкой, когда он начал массировать каждую из них, и я не смогла сдержать тихий стон, пытаясь вывернуться из его захвата.

Он не давал