Большой игрок 1 - Эрли Моури

— Лена Кудрина… — сказала блондинка и томно хлопнула ресницами, прикрыв васильковые глаза.

— Хорошо, Лена Кудрина, — я кивнул, пока неуверенный, насколько она нам подходит. — Где-то уже работала на продажах?

— Нет, господин. То есть, да, господин… Рублев, — наверное, в последний миг она догадалась, кто я. — Работала на Савойском, продавала пирожки. Только потом Карена Артушевича забрала полиция, и я вот… Без работы.

— Даша, пока нет покупателей, учи ее счету. Счету на счетах, разумеется. Если умеет, проверь, чтобы умела хорошо. Пусть выучит наизусть наш ассортимент товаров, достоинства и недостатки каждого. И цены! Покажи, где что лежит. И ты, Елена Кудрина, — я повернулся к новенькой, — при появлении покупателя в торговом зале должна не молчаливо и долго созерцать его, а быстро проявить инициативу. Вежливо приветствовать его, доброй улыбкой поднять ему настроение. Немного кокетства тоже не повредит, но с этим не переиграй!

— Я постараюсь, господин Рублев! — пухлые щечки новенькой пошли красными пятнами. — Очень-очень постараюсь!

— Ценники к распродаже приготовили? — я подошел ближе к прилавку, оглядывая мрачноватые витрины и одновременно думая о подсветке. Ни в одной из лавок, тех, где я побывал вчера, я не видел нормальной подсветки. Если эту полезность сделать достаточно грамотно, то даже хреновый товар вполне можно подать как вещицу божественную. С лампами в это мире дела обстоят неплохо. Пусть местные светильники вовсе не светодиодные лампы, а какие-то там эфирно-магические, все равно светят они неплохо, и тему с подсветкой нужно будет тщательно продумать.

— Не успели, Александр Васильевич, — прерывая мои мысли, отозвалась потенциальный менеджер. — Я вчера сделала почти двадцать штук, сегодня продолжу. Я там товар пока перебираю — управляющий сказал разложить на стеллажах.

— Даш, как он вернется, передай ему вот это, — положив блокнот на прилавок, я дописал кое-что на страницу с новыми распоряжениями. Выдрал листок и протянул его Трохиной. — И скажи, пусть сделает поскорее. Найдет подходящих людей и решит все указанные вопросы. Вечером, как освободится, пусть заедет ко мне. После половины восьмого я должен быть дома. Если меня не будет, пусть попросит у Марфы чай или ужин и усердно дожидается меня!

— Будет исполнено, господин Рублев! — Даша вытянулась, и новенькая блондинка последовала ее примеру, то отводя взгляд в сторону, то гипнотизируя меня васильковыми глазами.

— И наводите порядок! Полы и прилавки помыть. Чтобы к началу распродаж здесь все блестело, — распорядился я. На глаза мне снова попалась полка с ландышевым мылом, и тут вспомнилась статья в газете. Та самая: «Осетры моются с мылом». Статья идиотская, как и ее заголовок, но что-то в ней скрывалось такое, что мое внимание возвращалось к ней снова и снова.

В памяти завертелось что-то еще, близкое к этой теме. Пока я не мог вспомнить, что именно, но это как-то цеплялось за самую важную для меня проблему. Нет, не проблему с дуэлью — та тоже важна — а проблему, где мне взять еще денег. Ведь ясно: моих пяти тысяч никак не хватит для успешного старта «АпПельсина».

Мучаясь этой проблемкой, я вышел из конторы и сел в повозку.

— Что-то случилось, барин? — полюбопытствовал Сбруев.

— Да так, мысли… Мысли о том, как всех наеб*ть! — я рассмеялся.

— О, Александр Васильевич, это опасные мысли, — хмыкнул извозчик.

— Шучу. Но думаю, как по легкому срубить побольше деньжат. Да так чтобы по-честному или почти по-честному. Надо мне, Тимофей Ильич! Для большого дела надо! Ладно, трогай к дому Старовойтова. Может, свезет, и застану его. Если нет — договрюсь на завтра, — сунув под спину затертую подушку, я снова достал блокнот и карандаш.

Графа на месте не оказалось, но камердинер сообщил, будто его сиятельство Старовойтов Александр Петрович должен подъехать к обеду. У нас имелось почти два часа, и я решил прокатиться по Лужкам — району богатому, соседствующему с нашим и выходящему на берег Василькового моря. Рукотворное море Москвы мне тоже очень хотелось посмотреть. Быть может, этот час мне следовало потратить более плодотворно, но я попросил Сбруева ехать по самым примечательным улицам, да так, чтобы в итоге мы оказались на набережной. Извозчик несколько удивился моему желанию, но я легко пояснил его, мол, желаю видеть красивые фасады, может, что-то решусь перенять под оформление нашего торгового дома.

На деле перенять что-то в Лужках под «АпПельсин» было свершено нечего. Лавок здесь почти не водилось. Справа и слева виделись лишь богатые особняки в два — три этажа, со статными колоннами, фонтанами и статуями. За коваными оградами зеленели садики, облагороженные руками умелых садовников. Извлекая из прогулки больше пользы, я запустил Дергунчика. Трясло меня едва заметно, так, что Тимофей, оглянувшись, и не распознал бы подергивания моих мышц. Насчет эффективности хитрой техники магистра рассуждать я пока не брался, но имелось ощущение, что толк от нее есть. Я судил по усталости, которая накатывалась. А потом, когда я прекращал процедуру, довольно быстро отступала, словно в моем теле кто-то менял несуществующую батарейку.

— Туда давайте, Тимофей Ильич! — распорядился я, когда впереди справа показалась водная гладь. — Вот где площадка возле арки.

Повозка, подпрыгнув на выбоине, свернула к арке, и там Сбруев нашел место своему транспорту рядом с двумя фаэтонами, сверкавшими начищенной бронзой. Я спрыгнул на брусчатку и пошел к набережной.

Выглядела она вполне солидно и немного напоминала питерскую. Ту питерскую, что осталась в моем родном мире. Быть может, такая ассоциация приходила из-за обрамления полированным гранитом. Слева тянулась невысокая колоннада, справа раскинулся парк с мощеными дорожками, клумбами, беседками. Там прогуливались кавалеры и дамы, некоторые под ажурными зонтиками, словно майское солнце могло как-то испортить белизну их кожи.

Однако меня интересовали не дамы, а великолепный вид, раскрывшийся прямо передо мной. Васильковое море на самом деле потрясало. Другого берега я не смог различить — в самом деле широченный морской простор. Где-то вдали виделось несколько островов, и дальше снова бескрайняя синевато-серая гладь, едва подернутая волной. Чайки суетились недалеко от берега, правее виднелось несколько баркасов, яхта и крупный парусник. С востока приближался вроде как колесный пароход.

Ни хрена же себе! Как это можно такой огромный водоем создать вручную! В моей голове такое деяние никаким боком не укладывалось! Это просто невозможно, даже если вся империя соберется с лопатами на столь титанический труд! Да, Весериус говорил, что тут крепко поработали маги, какие-то ранполи. И перемещали куда-то грунт, в место, где ныне какие-то Ильины горы. Но как они все это перемещали? На телегах