Я тебя изменю?! - Алена Февраль

Андрей в списке есть, а это значит я буду находиться с ним в одном помещении около двух часов. Вроде немного времени, но как пережить эти часы?

* * *

К шести вечера большой зал коворкинга «Планета» наполнился звуками современной музыки и гомоном мужских голосов. Кто-то ещё стоял у стендов и слушал презентацию Виталия о новых продуктах компании, а большинство гостей уже расселись за столами и ждали начала официальной части. На столах были только фуршетные блюда и шампанское, до ужина было далеко.

Приехали все гости, кроме Андрея. Свиридова не было и я постепенно впускала в голову мысль, что он не придет. Наверное, было бы лучше, если бы он не явился, но…

Но ровно в 17.59 двери распахнулись и в помещение вошел Свиридов. Хорошо, что я уже сидела за столиком, потому что колени задрожали настолько сильно, что шпильки туфель стали биться о кафель. Боже!

— Встреть последнего, Жень, — подлетела ко мне Ева, — я пошла Виталия на сцену звать. Видишь, как разошелся, а надо соблюдать регламент. Эй, ты чего? Снова в астрал ушла? — шипит подруга, — иди, встречай!

Осушив бокал с шампанским, я топаю к выходу. Пол под ногами кажется мягким, а стены всё сжимаются-сжимаются… И голос! Его голос в голове кричит: «я увезу тебя к родителям»

Сука. Козел. Ненавижу тебя. И люблю. Люблю.

Слава Богу Андрей стоит ко мне спиной — вешает куртку в шкаф. Стиснув зубы, я надеваю на губы фальшивую улыбку и громко говорю.

— Рады приветствовать вас на нашем мероприятии. Как добрались? Плохо, раз последним пришли.

Он еще не повернулся, но я вижу как его спина каменеет и выпрямляется. Словно в замедленной съёмке, Андрей разворачивается и смотрит прямо в глаза. Сразу глядит в глаза. Не отрываясь.

Выглядит так себе. Темный свитер и джинсы кажутся ему великоватыми. Словно с чужого плеча. Бледное лицо и заостренные черты лица добавляют ему возраста.

— Женя? — шепчут его губы и внутри меня словно мину взорвали. Хочется расплакаться и кинуться к нему на шею, но я сдерживаюсь. Кое-как держусь и не бросаюсь к мужчине.

— Она самая, — не снимая с губ улыбку, выдавливаю я, — проходите за стол, дорогой гость. Только вас ждем. Остальные были более пунктуальны.

Свиридов моргает, а потом скользит по мне долгим задумчивым взглядом. Когда его глаза снова сталкиваются с моими, я отчетливо читаю в них пронзающую сердце тоску.

— Рады вас видеть! — раздается голос Виталия и я инстинктивно делаю два шага назад.

Не хочу анализировать его тоску. Вообще ничего не хочу.

— Я помню, что сегодня вы написали мне об опоздании, Андрей. Мы еще не начинали, поэтому будем считать, что вы ничего не пропустили…

Виталий уводит Свиридова, а я решаю охладиться. Выхожу на несколько минут в холодное фойе и пробую дышать.

Воздух. Мне нужно подышать морозом и охладить тело. Как мне пережить официальную часть?

* * *

Я его не вижу. Чувствую его взгляд, но не вижу. Стол администрации стоит впереди и чтобы посмотреть в зал мне нужно развернуть стул или пересесть. Я это, конечно, не делаю. И так еле сижу на месте, а встречаться с ним взглядом было бы настоящим самоубийством.

А потом всё резко прекращается… Я перестаю чувствовать жар и тут же пересаживаюсь. В зале его нет. Ушёл. Даже часа не отсидел, трус.

Подхватываемая злостью и диким возбуждением, я подрываюсь с места и иду к выходу. Достаю из шкафа пальто и выхожу из коворкинга. Останавливаюсь на крыльце и, охватив взглядом освещенную стоянку, сразу вижу его. Андрей садится в машину.

Закутавшись в пальто, стараясь не растянуться на заледенелом асфальте, я иду прямо к нему. Машина стоит далековато, но сейчас я готова кинуться ему под колеса — настолько внутри меня все кипит. Когда наконец приближаюсь — распахиваю водительскую дверь и ловлю его удивленный взгляд.

— Убегаешь? — шиплю на Андрея и поддавшись новому порыву — лезу в машину, чтобы оседлать мужчину.

Глава 49

И сразу ищу губы. Дрожу и ищу своими губами его рот. Натыкаюсь на сухую, горячую плоть и замираю.

Дышит часто, но даже малейшего намека на ответные действия не чувствую… Нашла его губы и толку? Горячий, но чужой. Он чужой.

Не решаюсь на поцелуй. Пугаюсь. К тому же он в глаза мне не смотрит. Я оседлала его на водительском кресле, а он головы не поднимет. Не реагирует.

Зажимаю в руках лацканы его расстёгнутой куртки и наигранно скалюсь.

— Приветственного поцелуя двух... давних знакомых не вышло… Испортила тебе побег, да?

Свиридов впервые смотрит мне в глаза и я давлюсь воздухом, когда понимаю КАК он на меня смотрит.

— Я не собирался уезжать. Вышел покурить и вспомнил, что сигареты в машине остались. Решил забрать…

Его голос звучит глухо, зато взгляд горит и цепляет каждую зазубрину моей разорванной души.

— Сексом займёмся? — срывается с губ вопрос и я шалею от собственной смелости и очевидного безумия.

Я точно чокнулась!

Тело мужчины напрягается и он откидывает голову назад. Словно пытается увеличить между нами расстояние и за это я еще сильнее его ненавижу. Снова унижаюсь перед ним. Снова….

— Ты… ты не переживай так, — скороговоркой шиплю я, — большЕго я не прошу. Просто секса хочу… и ты хочешь… по глазам вижу… Так чего отказываться от возможности…

— Женя-я, — обрывает мою сбивчивую речь Андрей, — хуже сделаем…

— Кому? — нерво кричу я, — считаешь, можно ещё хуже сделать?!

Дернувшись, я не с первой попытки, но выхожу из машины и подставляю пылающее лицо ледяному воздуху.

— Забудь! — бросаю Андрею перед тем, как захлопнуть за собой дверь.

Теперь я уже никуда не тороплюсь. Иду до здания коворкинга совсем не быстрым шагом. Охлаждаю мозги и тело. Впускаю холод в горящую грудную клетку.

— Ничего, бл*ть, нового, — говорю себе тихо, — еще от одного унижения не сдохну. Выберусь.

Сзади раздаются шаги, но я не увеличиваю темп. Еще бы я убегала от него! И без побега достаточно унизилась.

— Женя, — слышится его голос, — подожди минуту.

С губ соскакивает нервный смешок и я отвечаю его же словами.

— Не-е. Хуже сделаем.

Андрей настигает меня у крыльца и перегораживает дорогу. В свете фонарей его глаза блестят и выглядят ещё темнее. Щетина на щеках цепляет мелкие снежинки, которые тут же тают, оставляя крошечные капли. Капли тоже блестят на свету. В голове отчего-то всплывает детская сказка Андерсена о Снежной королеве. Вспоминаю ледяной облик Кая. Вроде и сердце у него было тоже ледяным?

— Я ходил