Игра - DaryaK

раздался возмущенный голос. — Не забывайся, ты все так же украденная мною девушка.

— Да что с тобой чёрт возьми не так? — Снова крикнула я, и сбросила звонок. Потом с силой зашвырнула телефон в стену. Он не рассыпался на части, как я этого хотела, телефон просто отскочил от стены и экран погас.

Надо же было испортить так утро или день.

Я села на кровать, стала массировать виски. Думай, Натали, думай.

Вразумительных идей в голову не приходило. Выбить дверь мне не под силу, да и чего я добьюсь, ровным счётом ничего. Лезть через окно, тоже не вариант. Я жить хочу.

Посмотрела на телефон, который валялся на полу.

— Бесит, — прокричала я. Схватила стакан с апельсиновым соком и запустила его в стену. Туда же полетела и тарелка с круассанами, и ваза стоящая на тумбочке, и все остальное стекло находящееся в комнате.

После выплеска эмоций таким способом, стало легче.

Надеялась, что на шум хоть кто-то придет, но по всей видимости хозяин дома предупредил. Только вот ожидал ли он такого привлечения внимания?!

Стекло было везде, один неверный шаг и это грозило порезом. А если учесть, что я была босая, у меня были все шансы загнать стекло в ногу. Села на кресло, напротив всего этого безобразия. Подтянула колени к себе, и обхватила их руками. Остаётся только ждать. Ждать хозяина дома и ждать его реакции на всё это.

Не знаю, сколько времени я просидела в таком положении. Мышцы затекли. Но я упорно продолжала сидеть, обнявшись за колени.

Наконец ключ в замке провернулся и в комнату зашёл Марк. Стекло под его обувью захрустело. Он остановился посреди комнаты, напротив меня. И стал буравить меня взглядом. Я же тоже неотрывно смотрела на него.

— Что? — буркнула я.

Марк ничего мне не ответил, осмотрел ещё раз на бардак и развернулся.

— Стой, — крикнула и рванула за ним.

Но сделав пару шагов, я почувствовала острую боль в ноге.

— Аааай, — вскрикнула я. На светлом ковре тут же появилась красное пятно крови.

Марк не говоря ни слова подхватил меня на руки и вынес. Пронес меня дальше по коридору и вошёл в комнату, находящуюся в самом конце этажа.

Усадив меня на диван, Марк взял в руки мою пятку и стал внимательно смотреть.

— Может ты уже скажешь, что-нибудь? — Дернула ногу на себя.

— Да это я тебя слушаю, детка, — Нахмурившись произнес Марк, — ты что там устроила?

— Назовём это, выплеском отрицательной энергии. Почему ты меня запер?

Марк поджал губы.

— Чтобы ты не ушла.

— У тебя охрана по всему периметру это во-первых... — Я замолчала

— А что во-вторых?

— Мне идти некуда, и не к кому. Мы не в Москве. — Я опустила глаза в пол и чуть слышно произнесла. — В этом городе, кроме тебя, у меня ведь никого нет.

Марк лишь едва заметно улыбнулся.

— Надо обработать рану и перевязать, порез не глубокий. Сиди, я сейчас все принесу.

Мужчина оставил меня на диване и вышел. Я же стала рассматривать комнату. Она не сильно отличалась от спальни Марка. Но в то же время была совсем другой. Кровать застеленная черным покрывалом с серебристым узором, прикроватные тумбочки. Небольшой угловой диван. Шкаф с большим зеркалом на всю дверку. Комод на котором стояли часы. Время семь вечера. Это сколько я просидела, прождала?! Также я обратила внимание на свое отражение в зеркале. Волосы растрепаны, нога с кровоточащей ранкой на спинке дивана, платье задрано почти до середины бедра.

Сижу красавица, точнее полулежачая нимфа. Одернула платье пониже.

— Давай ногу, — от неожиданности я вздрогнула.

Марк взял мою пятку, умело обработал рану и наложил бинт.

— Голодная, маленькая? — обратился ко мне мужчина.

— Голодная.

Через несколько минут Марк уже нес меня на кухню. Усадив за стол, принялся накрывать. Стейк сёмги, салат с помидорами черри, горячий вкусный кофе. От ароматов исходящий от блюд, желудок скрутило голодным спазмом.

— Ешь, — приказал Марк.

Я не стала ничего говорить, принялась за еду. Трапеза проходила и полной тишине. Мне казалось, что в огромном доме, кроме нас никого нет.

— Марк, — позвала я мужчину.

— Что? — не отрываясь от своей тарелки ответил.

— Кто я для тебя?

Марк устремил свой взгляд на меня: — Часть игры. — Выдал он.

— А если серьезно? — С нотой обиды переспросила. — Игра закончилась ещё в Москве. И не мне тебе рассказывать, на каком этапе она закончилась.

Марк откинулся на стуле. По его лицу было видно, что он напряжённо о чем-то думает. Пытается подобрать слова.

— Я не знаю. — выдохнул он. — Я должен тебя отпустить, это я понимаю. Но как представлю, что тебя не будет рядом, будто воздух перекрывают. — Мужчина глубоко вздохнул и направил свой взгляд на меня. — Ты нужна мне, Натали. Ещё ни в одной девушке я не нуждался, так как в тебе.

Он встал. Мужчина вплотную подошёл ко мне. Я подняла голову, чтобы смотреть ему в глаза. Он едва касаясь, провел подушечками пальцев по моей щеке. От такого нежного прикосновения я прикрыла глаза.

— Я знаю, что я поступаю эгоистично по отношению к тебе, — Продолжил Марк, — Но иначе я не могу. Мне даже кажется... что я, — Марк запнулся и не прерывая зрительного контакта произнес, — Я тебя люблю.

От такого признания мои глаза стали ещё больше. Я конечно хотела услышать его объяснение, но признание.

— Неожиданно, но только вот когда любят, не ограничивают в свободе. Ты уверен в своих словах? — я сама не заметила, но голос мой заметно задрожал.

— Уверен, — тихо произнес Марк, — ты нужна мне. Твоя задача научить меня относится к тебе так, как ты этого хочешь. — его губы едва коснулись моих. — Ты мне поможешь, маленькая?

Я обвила шею Марка руками: — Помогу, — уверена ответила я. — А ты научи доверять и чувствовать.

Марк подхватил меня за бедра и я обхватила его ногами за талию.

Глава 54

Какая странная душа... после диагноза "Убита".

Встряхнулась, встала не спеша...

Опять жива, опять открыта.

(автор неизвестен)

Все последующие дни проходили как один. Марк все свободное время проводил со мной. Проводя столько времени вместе, этот человек стал открываться мне совсем в другом свете. Он, оказывается, умел шутить и не вести себя, как чурбан.

Я же в свою очередь, тоже заметно изменилась. Я стала чаще улыбаться. Даже временами смеяться, мне казалось я забыла, как звучит мой смех. Что данная эмоция давно уже атрофировалась.

Мама бы очень обрадовалась увидев, что её дочь вновь обрела вкус к жизни.