Мой Мармеладный Принц - Кася Дрим

— Конечно! Да и где я ещё возьму такого хозяйственного мужа?

— Принца к тому же, — подмигнул Данька.

— Сегодня на улице такая жара — чувствуется, что днём прям не по-детски припекать будет. Может к вечеру на речку сходим? Искупаемся? — вообще-то предложила я чисто лишь для того, чтобы уйти всё-таки от небезопасной темы, и только потом подумала, что для купания ему нужны плавки. А вот есть ли они у него?

— Можно, — с азартом произнес Данька и бросил на меня плотоядный взгляд.

Может он просто голодный? Так-так, душа моя. Что-то меня смущает хищный блеск твоих глазонек…

— А хотя ты ведь вроде в город вечером собирался? — небрежно поинтересовалась я.

— Поездку в город придется пока отложить, — ставя в центр стола большую тарелку, на которой горкой возвышались блинчики, помрачнел Данька.

Тут же на столе уже стояли и варенье, разлитое по розеткам, и открытая банка сгущёнки, и блюдце со сметаной. Чуть в стороне исходил паром заварочный чайничек.

— Что так? — полюбопытствовала я.

Да неужто перспектива купания прельстила его столь сильно, что он готов поступиться своими планами?

— Я вчера обдумал предложенные тобой варианты и решил, что нанять детектива — самый в моём случае — лучший. Ну, а на детектива, соответственно, заработать сперва надо. Так что вечером, Конфетка, я полностью твой.

После завтрака Данька собирался было приготовить обед, предупредив, что сам он поест у Игнатьича, но я его отправила на работу, сказав, что себе-то я уж что-нибудь соображу. В итоге так увлеклась чтением очередного романа, что обратно в реальность вернулась лишь тогда, когда время обеда давно миновало.

Немного подумав, набрала Кристи. Было желание рассказать ей историю, произошедшую в парке, но в последний момент я передумала. Зачем? Мне «вправить мозги» она всё равно не сможет. И не потому, что вправлять нечего. Как раз наоборот.

Доводы собственного разума я прекрасно «слышу», и ничего нового Кристи к ним не добавит. Равно как и ничего не сможет сделать с тем, что все они становятся второстепенными, когда Данька рядом. К тому же вероятность того, что Данькина версия вчерашних событий правдива, хоть и невелика, но всё-таки есть.

А вот историю с Ванькой и обнаруженным Данькой «Герхартом» я ей поведала во всех красках. Посмеялись. Распрощавшись с подругой, я ещё успела прогуляться с Джеки, а там уж и Данька вернулся. И первым делом поинтересовался:

— Конфетка, ты поела?

Ну и вот какие мне после этого доводы разума?

А самое интересное, что стоило Даньке напомнить мне о еде, как желудок тут же болезненно сжался от голода. Пришлось признаваться, что обед я пропустила. Однако полноценный приём пищи решили отложить всё-таки на более позднее время, ограничившись чаем с печеньем.

— Конфетка, ты не любишь пионы? — поглядывая на меня с хитринкой, внезапно спросил Данька.

С чего… ах, черт! Я ведь совсем забыла про его букет. Так и стоит бедный на веранде.

— Столько событий было, я просто забыла, — расстроилась я. — Блин. Я ж воду им не меняла!

— О воде можешь не беспокоиться: я наливал свежей. Но мне кажется, им там одиноко, — сделав соответствующую случаю грустную физиономию, вздохнул он. — Может принесешь их сюда?

Наливал! То есть, возможно, даже не один раз. А у меня вот напрочь из головы вылетело.

И ведь на веранду я заходила. Только так при этом была занята идеей вывести Даньку на чистую воду, что букет практически перед носом не увидела. Впрочем, я же говорила: есть у меня такая суперспособность — смотреть в книгу, а видеть фигу. И это при том, что пионы — мои самые любимые цветы!

Да и в принципе я люблю, когда мне цветы дарят. А уж когда мне преподнес их Данька, это было так неожиданно, так волнующе-приятно… И тем не менее!

— Я сейчас, — состроив виноватую гримаску, тут же подорвалась с места я.

Было страшно, что без моего внимания букет уже начал вянуть, но нет — стоит всё такой же красивый, как в первый день. А благоухает как — м-м! Взяв вазу в руки, я зарылась носом в нежные лепестки. Моя прелесть!

На пороге я обернулась: внезапно возникло ощущение, словно на веранде что-то изменилось.

Ух, ты ж, ё!

Я только что не вздрогнула от неожиданности: оказывается, он всё это время сидел на диванчике прямо напротив! А теперь ещё и неотрывно смотрел на меня. На мгновение даже показалось, что укоризненно.

Глава 11: Спасение

Понятно, что это у меня после брошенных цветочков просто фантазия разыгралась, а на самом деле плюшевые медведи испытывать эмоции не способны. Хотя опять же я не могу быть уверена: таких больших — в пол моего роста — у меня ещё не было. И это, выходит, мне? От Даньки? Он же меня вдруг именно сейчас отправил за цветами. А мог бы ещё вчера.

Кстати, да: цветы. Поставив вазу пока что на стол, я подхватила мишку на руки и прижала к себе. О-о, какой мягкий! Обниматься с таким — одно удовольствие. Хотя того, кто его, как я предполагаю, здесь оставил, я бы сейчас обняла с не меньшим удовольствием. И ведь с цветом угадал: мне именно белые нравятся!

Судя по лукавой улыбке, с которой встретил мое появление с медведем Данька, видел он того явно не впервые.

— Дань, а это откуда?

— Ну, если учесть, что медведь всё-таки не настоящий, то скорее всего — не из леса, — в глазах Даньки заплясали смешинки.

Ну да — нашла, что спросить. Ещё бы поинтересовалась, что это!

— Но — это мне? — на всякий случай уточнила я.

— Это — самой красивой девушке, которой нет и не будет равных. Конечно, тебе, Конфетка!

— А когда ты успел купить его?

Вообще-то и за подарки, и за комплименты принято благодарить. И не только лишь у всех — у меня тоже. Я просто немного растерялась.

— Ещё вчера, — не прекращая улыбаться, пожал плечами Данька. Похоже, ему моя растерянность даже понравилась.

Вчера? То есть накануне я умудрилась не увидеть не только свой букет, но и такого — не то, чтобы огромного, но всё же достаточно большого — медведя?! Что тут скажешь? Иногда я удивляю даже саму себя.

— А пионы-то, я смотрю, всё-таки не по душе тебе пришлись, — в глазах Даньки плясали уже не смешинки, а чёртики.

Ой-ё! Понятно, как со стороны-то выглядит: ушла за цветами — вернулась без