Десятая невеста. Драконья печать - Лиса Райс

где касались его губы. И часть меня отчаянно желает забыть про все голоса, про все невест, про весь мир за пределами этой комнаты…

Но я не могу.

Вестар кивает, его глаза медленно теряют золотистое свечение, возвращаясь к обычному янтарному оттенку.

— Это Лиара, — говорит он тихо. — Четвертая невеста.

Я неохотно приподнимаюсь на локтях, и Вестар помогает мне сесть. Его руки жгут меня даже сквозь ткань платья. Боги, как трудно думать о чем-то, кроме его прикосновений!

— Нам нужно идти? — спрашиваю, но это скорее утверждение, чем вопрос. Хотя мне так хочется, чтобы он ответил «нет».

Конечно, головой я все понимаю, но кто бы сказал мне раньше, что бывает так упоительно сладко отдаться такому мужчине… в его руки, объятия, поддаться его поцелуям…

Приходится зажмуриться и тряхнуть головой, чтобы прийти в себя. И отчаянно сжать колени, потому что внизу все тянет теплом.

— Да, — его голос хрипит, он с видимым усилием отодвигается. — Ктулах ослаблен, думаю, поэтому его магия больше не держит души невест так крепко. Вероятно, это наш шанс.

Я поправляю корсаж, немного неловко, и одергиваю юбку, чуя, как щеки пылают румянцем. Мысли беспорядочно мечутся — одна часть меня все еще ощущает жар от его прикосновений, другая вспоминает уроки благородных девиц, где нас учили, что подобные вещи недопустимы до брака.

Но какой смысл сейчас в этих правилах? Я в замке дракона, с мужчиной, который наполовину зверь, и мы пытаемся спасти души девушек, давно мертвых. Обычные правила больше не имеют значения.

Вестар мягко поворачивает меня к себе спиной и снова затягивает шнуровку платья. Я сижу к нему спиной, кусаю припухшие губы.

— Мы… мы продолжим потом? — вырывается у меня, и я тут жмурюсь, смущенная собственной смелостью.

Пальцы дракона на моем платье замирают, он подается чуть ближе, почти касаясь грудью моей спины. Я чувствую его дыхание на собственной коже.

Снова.

О боги…

— Обязательно, — обещает он так, что я совершенно точно верю ему.

«Поспешите…» — голос Лиары становится настойчивее. И это словно ушат холодной воды.

— Мне кажется, она в Башне Звезд, — говорит Вестар, поднимаясь и протягивая мне руку. — Меня тянет ее голосом именно туда. Но вряд ли я сумею найти ее сам.

По дороге из комнаты я нахожу свои туфли, наспех надеваю их. Хотя после бесчисленных лестниц и коридоров я уже почти не чувствую боли в натертых ногах — адреналин и возбуждение притупили все другие ощущения.

Мы спускаемся по широкой винтовой лестнице, держась за руки. Простой жест, который еще вчера казался мне невозможным. Что-то сломалось в нас обоих за последние сутки. Перевернуло все, что есть с ног на голову. Мы стали опорой друг для друга, увидев каждый другого с иной стороны.

И это странным образом будоражит.

— Что ты знаешь о ней? О Лиаре? — спрашиваю я, пытаясь отвлечься от ощущений.

— Не много. Я почти не помню тех, кого приводят ко мне, но она… пела. И я вспомнил маленькую артистку, что когда-то выступала в моем замке. Говорят, она была известна своим голосом по всему королевству.

Я вздрагиваю.

— Та самая Лиара? Но ее же обвинили… — я замолкаю. Когда понимание доходит до моего разума, хочется еще сильнее наподдать Ктулаху. Уничтожить его магию ко всем чертям. И его самого.

— В измене короне? — продолжает за меня Вестар с горькой усмешкой. Я киваю.

Мне не нужно спрашивать, что случилось дальше. Я и так знаю. Лиара стала одной из жертв, ее душа заключена в кристалл, а тело… я вздрагиваю, не желая думать о том, что стало с ее телом.

— Жрецы специально выбирали тех, от кого хотели избавиться, — говорит Вестар с мрачным видом. — Неугодных. Талантливых. Тех, к кому люди могут прислушаться. Раньше Ктулах любил приходить к завесе и дразнить меня своими речами. Рассказывать о своем величии, тешил, видать, свое самолюбие. Глупый жрец.

Мы минуем множество коридоров. Они будто специально запутаны, чтобы сбить с толку случайного гостя. Но Вестар уверенно ведет меня, а его рука крепко держит мою ладонь.

— У Башни Звезд особое значение? — спрашиваю я, иначе мысли снова начинают течь не в ту сторону.

— Когда-то это была обсерватория. Место, где наши придворные астрономы изучали звезды и составляли карты небесных тел, — он хмурится, словно пытаясь вспомнить что-то. — Похоже, Ктулах как-то использовал ее. Я не раз ощущал, как его магия бьет туда снаружи, но сколько ни обследовал ее изнутри, не смог найти ничего необычного.

Мы поднимаемся по широкой винтовой лестнице, которая выводит нас в восточное крыло замка. Чем выше мы взбираемся, тем прохладнее становится воздух и тем громче слышится голос, зовущий меня.

«Мистра… Скорей.»

Наконец мы оказываемся перед массивной дверью, инкрустированной странными символами и изображениями созвездий. Она выглядит очень древней, с потемневшей от времени бронзовой отделкой.

Вестар толкает ее, и та открывается с тихим скрипом. Нас встречает круглый зал с куполообразным, полностью прозрачным потолком, через который видны звезды — удивительно близкие, словно можно дотянуться рукой. Это тем более странно, что я помню — за окнами живет только черная мгла, только мрак, что окутывает замок.

В центре залы стоит огромный медный механизм, что-то вроде планетария — сложная система колец и полусфер, вращающихся вокруг центральной оси. Вся конструкция покрыта пылью и паутиной.

— Это звездный атлас, — поясняет Вестар, замечая мой интерес. — Он показывает движение небесных тел.

Я осматриваю комнату. Повсюду странные инструменты, карты на пожелтевшем пергаменте, подзорные трубы на треногах. И тишина. Странная, неестественная тишина, словно само время замерло здесь.

— Где же она? — шепчу я, боясь нарушить эту тиш громким голосом.

И словно в ответ на мой вопрос, полупрозрачная фигура материализуется у окна — силуэт молодой женщины в старинном платье с высоким воротником. Ее волосы собраны в сложную прическу, украшенную жемчугом.

— Лиара, — произносит Вестар, напрягаясь.

Призрак поворачивается к нам, и я вижу красивое лицо с тонкими чертами. Но глаза ее пусты, в них нет ни зрачков, ни радужки, только белизна.

— Мистра, — голос звучит словно издалека, эхом отражаясь от стен. — Ты пришла.

— Я пришла помочь, — говорю я, делая шаг вперед. — Освободить тебя.

— Ты знаешь, кто я? — спрашивает призрак.

— Лиара, — отвечаю я. — Певица, обвиненная в измене короне.

Призрак