Инженер. Система против монстров – 4 - Гриша Гремлинов

Жар оказался настолько мощным, что машины оплавились. Вокруг теперь шипели под каплями дождя обугленные куски мяса. Асфальт тоже нагрелся, так что от него валил белёсый пар. Дышать стало трудно, как в бане.

Получено опыта: 250 × 3 = 750

Но сообщения о новом уровне не последовало. Я хмуро сдвинул брови и практически инстинктивно вызвал интерфейс.

Уровень: 18 (Опыт: 1700/1800)

Ах ты ж чёрт! Ровно сотки не хватило! Так, стоп, у меня же есть буфер! Перебрасываем ровно сто очков!

УВЕДОМЛЕНИЕ СИСТЕМЫ:

Поздравляем! Ваш уровень повышен!

Ваш текущий уровень: 19

А теперь перебрасываем по три очка в силу, ловкость и выносливость! Сила добила до 28, а благодаря «озверину» сразу же превратилась в 56. Ненадолго, но всё же. Тратить на резкий левелап остальные очки из буфера не стал. Всё же остаётся надежда на «Кайрос», который, зараза, молчит и не помогает! Я что, не сильно в опасности?!! Или он уже разрядился, но забыл сообщить эту радостную новость?

Но «радоваться» в любом случае некогда.

Когда дым и пар рассеялись, показались Гончие. Их чёрная одежда была порвана, на бледной коже виднелись торчащие осколки, но они не обращали внимания. Капюшоны упали на плечи, открывая холодные лица с красными глазами. Серые волосы растрепались, как взъерошенная шерсть. Но они не превращались. Эти твари до сих пор не считали меня достаточно опасным!

— Ну, подходите, сучки! — прорычал я. — Посмотрим, чья шкура крепче!

Я рванул на ближайшую Гончую. Та не ожидала такой наглости. Цепь моей пилы взревела, врезаясь ей в плечо. Тёмная кровь брызнула во все стороны. Тварь взвыла, но не от боли, а от ярости, и отбросила меня мощным ударом. Я перекувыркнулся в воздухе и приземлился на одно колено, лишь чудом не выронив бензопилу и ничего себе не оттяпав.

И вот теперь Гончие не стали сдерживать зверя в себе.

Женщины моментально перекинулись в здоровенных волчиц. Они сорвались с места одновременно, двигаясь не как отдельные охотники, а как единая стая. Раненая тварь тоже присоединилась к веселью, рассечённая плоть уже срослась. Тело поросло шерстью, морда удлинилась. И она бросилась вперёд.

Четыре вектора атаки, сходящиеся в одной точке — на мне.

Я понимал, что мне не отбить эту атаку. Посмотрел вверх. Серое небо. Мокрые стены домов. Балконы. Шанс. Один на миллион.

Убрал бензопилу в инвентарь. Не стал просто стоять и ждать, пока они в меня врежутся. В тот миг, когда Гончие прыгнули, я нажал кнопку на альпинистском модуле.

Из наручного крепления с шипением выстрелил крюк-кошка. Он взмыл вверх, цепляясь за карниз пятиэтажного дома напротив. Секунда, и мощная лебёдка сработала, с бешеной скоростью увлекая меня вверх. Если бы не повышенная физическая сила, мне бы к чёрту вырвало плечевой сустав от такого рывка.

Одна из Гончих в прыжке попыталась достать меня, её клыки щёлкнули в паре сантиметров от моих ботинок. Я летел вверх, подтягиваемый тросом. Ветер и капли дождя били в лицо. Внизу, на мокром асфальте, четыре оборотня задрали головы, на их мордах горели багровые огни.

Врезался ногами в стену, оттолкнулся и запрыгнул на балкон. Со щелчком отцепил крюк-кошку. Барабан лебёдки быстро смотал трос, а лапы сложились и спрятались под корпусом. Ощутил себя Бондом, как минимум.

Я тяжело дышал, прислонившись к холодным, мокрым перилам. Сердце бешено колотилось. Посмотрел вниз. Гончие не пытались лезть за мной. Они просто стояли на залитой дождём улице и смотрели.

Владыка Падали неспешно приблизился, позвякивая обрывками цепей на поясе, как модными аксессуарами. Поднял рогатую голову и тоже посмотрел на меня. Никакой злости в мимике и взгляде я не заметил. Лишь холодное, почти научное любопытство. Он слегка склонил голову набок, словно оценивая интересный экземпляр насекомого, которое в очередной раз умудрилось выскользнуть из-под пальца.

Затем он поднял руку.

Асфальт под ногами Гончих затрещал и пошёл волнами. Из-под земли, разрывая бетон, начали вырываться гигантские, костяные шипы. Они росли с ужасающей скоростью, направляясь прямо ко мне. Откуда здесь эти кости?!! Под проезжей частью что, каким-то чудом сохранился скелет динозавра? Нет, исключено! Похоже, рогатый лич только что сотворил эту дрянь. Плохо… очень, очень плохо…

Гончие, не дожидаясь, пока их импровизированный пандус достроится, уже неслись по бело-желтоватой поверхности вверх, перепрыгивая с шипа на шип со звериной грацией.

Я выругался и, не раздумывая, ломанулся внутрь квартиры. Благо мутантов внутри не оказалось. Пронёсся через кухню в прихожую, вылетел в подъезд и ринулся по лестнице вверх. За спиной слышался рык и топот лап. Дверь на крышу был заперта на навесной замок, но сама оказалась хлипкая, деревянная. Я просто разнёс её в щепки ударом плеча.

И понёсся по скользкой, мокрой крыше. Ветер свистел в ушах, а волчицы не отставали. Я подбежал к краю. Впереди была пустота метров в десять до крыши соседнего дома. Слишком много. Не перепрыгнуть.

Гончие приближались. И это очень подстёгивало решимость!

Я снова выстрелил «кошкой». Крюк обмотался вокруг трубы на той стороне. Лебёдка взвыла, и я полетел над бездной, прочь от погони. Снова удар ногами об стену. Быстро подтянувшись, ухватился руками за край и помог себе скорее перемахнуть через низкий парапет. Отцепил трос, скрыл крюк и продолжил бежать.

Псины не отвалили! Они обошлись без снаряги. Просто прыгнули и перемахнули на новую крышу. Пришлось последовать их примеру и как следует разогнаться. Так что на следующий дом я перелетел уже без альпинистского модуля, на чистой физухе.

Я бежал, перепрыгивая с крыши на крышу, петляя между вентиляционными трубами и антеннами. Погоня продолжалась. Весь микрорайон превратился в бесконечный лабиринт, а я в дичь, которую загоняла стая хищной клыкастой нежити.

Я не знал, сколько ещё смогу продержаться.

ВНИМАНИЕ!

ПРОЦЕСС ВОССТАНОВЛЕНИЯ БАРЬЕРА ЗАВЕРШЁН НА 70 %!

РАСЧЁТНОЕ ВРЕМЯ: 5 МИНУТ.

Твою мать! Я чуть не споткнулся от неожиданности!

И в этот же момент… действие стимулятора кончилось.

Глава 18

Обманка

Отходняк.

Это слово не могло и на сотую долю описать то, что сейчас происходило с моим телом. Словно из меня выдернули скелет, заменив его набором гнущихся, студенистых трубок, которые отказывались подчиняться. Мир превратился в смазанную, тошнотворную карусель из серого неба и мокрых кирпичей. Каждый удар сердца отдавался в висках глухим набатом, а желудок пытался вывернуться наизнанку, реагируя на запредельную дозу системной химии, которую я в себя влил.

Я рухнул на колени за широкой вентиляционной шахтой, прижимаясь к её холодному боку. Дождь