Фантастика 2026-54 - Рейн Карвик

но штаны оставил. Не лезть же при дамах в прозрачную воду с голой задницей? Но признаю, что в большинстве азиатских стран такое вполне в порядке вещей. Вспомнить хоть общие термальные купальни в Японии.

— Э-это наслажде-ение… — простонал я, опускаясь по шею в горячую воду.

Температура была подобрана идеально: и не обжигало, и максимально расслабляло все мышцы. Я с наслаждением окунулся пару раз.

— Ли-сицинь, мы принесли отвары трав и мыльный камень. — Девушки поставили на бортик поднос с кучей бутылочек и плошек. — Ты позволишь вымыть тебе голову?

— Ну, в принципе, я и сам справлюсь.

— Прости нас за бестактную просьбу, — тут же повинились обе, — но оказать услугу танскому монаху, следующему путем Будды, значит сделать хороший вклад в карму, чтобы в будущем заполучить себе достойного мужа…

— А, ну, если вы так ставите вопрос… Тогда что ж, мыльте!

И вот не надо заранее упрекать меня в глупости. Тут любой нормальный мужик сразу бы согласился. А я даже подумать ничего неприличного не успел, как одна девица уже взбивала пену у меня на голове, а другая массировала мне шею.

То есть тот факт, что они обе уже были голыми, сидя рядом со мной в одной бадье, до меня лично дошел далеко не сразу! А лишь когда я почувствовал, что упругие девичьи груди методично и нежно толкают меня то в левое, то в правое плечо.

— Почему ты вдруг так напрягся, о Ли-сицинь? Расслабься, ты нужен нам чистым и мягким.

Мгновением позже еще две голые девочки нырнули в горячую воду.

— Не волнуйся, монах, мы передали обещанные продукты твоим друзьям, и они будут очень заняты не менее получаса. Но что это? На тебе штаны?! Как не стыдно, ай-яй-яй…

Их было четверо, я один. Все молодые, крепкие, скользкие от пены. Мой автомат лежал под моим же халатом, не дотянуться никак. Звать на помощь унизительно, да и бессмысленно: мне же закроют рот поцелуями прежде, чем я всерьез доорусь до кого-то из наших. Оставалось одно…

«Ах ты, гадкий, ах ты, грязный,

Неумытый поросенок!

Ты чернее трубочиста,

Полюбуйся на себя:

У тебя на шее вакса,

У тебя под носом клякса,

У тебя такие руки,

Что сбежали даже брюки…»

— О ком это ты? — еще успели удивиться девушки, дружно пытаясь снять с меня штаны.

Я сопротивлялся целую вечность, пока неведомая сила вдруг не перебросила через забор упоенно вопящего Чжу Бацзе — без граблей и абсолютно голого! О, это было то еще зрелище…

Брызги выше дома! Четыре красавицы визжат как электродрель! Брат-свинья не верил в свое счастье, а грязь с его тела быстро заполняла бадью! Я успел чудом выскочить, но наш вечно озабоченный кабанизде счел своим долгом представиться:

— Милые девы, меня зовут Чжу Бацзе! Я демон-свинья и очень рад знакомству! Как приятно, что вы встречаете меня уже раздетыми! Уверен, что правильно понял ваш намек, хр-хрю…

Даже не хочу знать, что там дальше началось, потому что я подхватил свои вещи и, как был, в мокрых штанах, припустил к воротам. Распахнул калитку и, обернувшись, увидел невероятное зрелище! Четыре абсолютно голые невинные сестры одним прыжком перемахнули через забор, скрывшись в лесу…

— Учитель, ты повсюду умеешь находить приключения на свою задницу, — завистливо выдохнули Ша Сэн и Сунь Укун, в тот момент как раз перекладывающие в два мешка те продукты, что нам дали в качестве пожертвования.

— Заткнулись оба, ничего не было! — грозно предупредил я.

Но появившийся через пару минут Чжу Бацзе, розовый и чистый, как младенчик, после ванны, самодовольно заявил, что вот у него-то, в отличие от меня, как раз-таки все было!

Врал. Понятное дело, что врал.

Но облапать мог успеть запросто, кабаны — они такие…

Пока я, матерясь и проклиная женское коварство, натягивал халат и думал, как мне ехать дальше с мокрыми штанами, наш Мудрец, равный Небу, быстро осмотрел пустующий дом. К моему удивлению, никаких следов оборотней, бесов или лис он не обнаружил, но вернулся с поникшей головой:

— Здесь нет злых духов, все четыре сестры — обычные люди. Вот только…

— Не томи, брат-обезьяна, — попросил Ша Сэн.

— На заднем дворе я нашел яму, там не очень глубоко под землей спрятаны человеческие кости. Эти девушки просто ели людей. Заманивали, убивали и ели. Они не демоны, они гораздо хуже нас.

После короткого совещания мы не задумываясь подпалили проклятый дом с четырех сторон. Когда пламя взвилось над крышей, мне на минуточку показалось, что освободившиеся души благодарят нас, взмывая в чистые небеса.

Возможно, я все это себе напридумывал, да? Критик редко применяет критический взгляд к себе же любимому. Но в том, что мы поступили правильно, лично у меня не было ни малейших сомнений! А у тройки моих ребят — тем более. И да, у коня/дракона тоже…

Примерно час спустя наш брат-свинья вновь начал ныть о том, что хочет есть. Спорить было трудно: судя по солнцу, уже давно настало время обеда, а мы и не завтракали, как вы помните. Проголодались все, но для Чжу Бацзе это было особенно проблемно, он не привык ограничивать себя в еде, а тут… как жить?!

— Привал, — объявил я. — Тормозим прямо тут, полянка чистая, и ручей есть.

Что нам там накидали в мешки сестры-каннибалки на обед?

Слава всем китайским богам и лично Нефритовому императору, продукты оказались постными: рис, пшеничная мука, репа, орехи, хлеб, пригоршня специй. Наш брат-свинья тут же сказал, что если ему не будут лезть под руку и помогут собрать некоторые травы, то обед он подаст в течение получаса!

Пока царь обезьян и синий демон-рыба метались туда-сюда в поисках съестного, у меня было пять минут свободного времени для элементарного осознания того, что со мной произошло и что могло бы произойти, не прочти я вовремя Чуковского…

Неудивительно, что четыре девушки приглашали гостей принять ванну. Расслабленного и хорошо вымытого человека гораздо проще и убивать, и готовить. Скорее всего, они просто топили любого гостя: четверо на одного при неожиданном нападении — это всегда победа. Ну, меня бы они завалили уж точно!

С другой стороны, а чем питаться в лесу, в стороне от больших городов и проезжих дорог, скромным девицам, оставшимся без попечения родителей? Торговать собой? Невыгодно, тут хорошо, если два-три путешественника с деньгами попадутся, остальные — случайные путники или крестьяне, идущие по делу.

Их проще