Жажда бессмертия. Том 13 - Морфиус

я слушал. Слушал, как в километрах внизу трещат горные породы, смещаясь на микроны. Слушал шелест крыльев птиц на другой стороне горного хребта. Слушал реакции Сарулан и ее движения. Слушал свет, снова раскладывая тот на составляющие. Спектр, доступный глазам, снова расширился, позволяя видеть на порядок больше оттенков и цветов, которым не было названия. Вернее были, в древних записях были тысячи названий для цветов. Вот только в каждом отдельном мире, и даже каждый отдельный повелитель, мог иметь свои собственные названия и даже свое личное видение. Так что общих терминологий никто не использовал.

— Когда станешь повелителем, то это будет вкуснее… — Заметил я, как девушка морщится от дегустации моего очередного кулинарного шедевра.

— Если стану… — Осторожно заметила она.

— Надеюсь, ты вытравила мысли о том, что я собираюсь тебя убить?

— Уже да, учитель. Старые установки разума сложно стереть. Но каждый день я стараюсь. И даже так сложно переделать себя после стольких лет другого воспитания. Кроме того… — Она задумалась.

— Моя основа слаба. Всего пять сотен звезд. — высказала она очевидное.

— С этим реально даже стать бессмертным. — Усмехнулся я своей безумной улыбкой, в которой из глубин души наружу глянул хаос. Это было столь мощно, что Сарулан дернулась.

— Реально. Но шансы этого все равно что у мышки победить волка. Будь у меня другой, более подходящий набор стихий… Или будь у меня много времени и… — Она снова запнулась…

— И безопасность, чтобы пройти регресс. Или захватить чужое тело. Договаривай всегда. Потому что сейчас тебе помешало твое чувство вины, будто твои слова обвиняют меня в том, что я не даю тебе эту безопасность. — Завершил я за нее то, что она хотела сказать. И то, что говорить не хотела, но чувствовала. Иногда проницательность была даже вредна.

— Все точно так. — Склонила она голову.

— А ты этого хочешь? — Наконец, спросил я.

— Пройти регресс? Да. — Не сомневаясь, ответила она. — Моя жизнь до этого была четко определена. Я не могла вырваться выше того, что мне уготовали. Сейчас же, когда вы дали мне такую надежду, я просто не имею права останавливаться. Не имею права замирать в возвышении, ибо теперь проклятье осколка парагона лежит и на мне. — Закончила она, дополняя голос и духовными отсветами эмоций. А я вновь погрузился в себя, проверяя не слишком ли сильно внутри меня осколок парагона плавит мне мозги, подталкивая к желанию заполучить еще кусочек.

В этот момент ко мне подошел доспех. Заново созданный. Доспех, выкованный из тысячи сожженных душ. Сарулан проводила тот взглядом. Я тоже не отказал себе в удовольствии посмотреть на обновленное творение. В том бою бессмертный шелк сплавился вместе, как пластик, став местами тоньше, а местами наоборот, приобретя плотность. Пластины же из металла пришлось делать заново. Скреплять, паять вместе. Только вместо сварочного аппарата работали пленные, выжимаемые осколком парагона досуха. Вместо дуги искрилась воля, сплавляя материал шестого этапа и дополнительно его закаляя.

Через несколько секунд я был уже внутри, ощущая привычную удобность. Без этой второй кожи я чувствовал себя уже не особо в своей тарелке. Так что сейчас лишь лицо осталось свободным, а шлем опал сзади, как капюшон. Духовная плоть, во внутренней части доспеха, уже тоже была пятого этапа, причем кристаллизованная. С вплавлением микрочастиц металла шестого этапа. В следующем серьезном бою мне доведется узнать, защитят ли они меня от излучения, или, наоборот, станут наношрапнелью, что нашпигует мое тело и взорвет звезды в хлам. В чашке появился новый отвар. С растворенной пряной смолой из запасов говорящих. Сарулан тоже предпочла его, как более знакомый.

— Ты пытаешься избавиться от наследственных признаков драконов. Прямо как Сатронафцы-Утар, что при становлении владыками превращаются в Нокта. Зачем? — Наконец, спросил я, видя, как красные полосы на руках, голове, да и на всем остальном теле медленно, но верно исчезают. Другие черты, даже лицо, тоже начали медленно меняться. Наверное, с волей вообще можно было изменить свой геном как угодно. Но в такие дебри не лез даже я. Ибо в наследии клана и трактатах было немало случаев, когда даже владыки ломали свои тела тонкими воздействиями духа. Так что или умирали или долго восстанавливались. А уж волей можно накуролесить вообще не пойми чего.

— Так… Я стану более красивой. — Небольшая заминка в попытке подобрать обоснование. Но все же она дала честный ответ.

— Ха-ха. Не думаю, что становление обычной сделает тебя красивее. Скорее даже наоборот. Твоя внешность привлекательна. — Рассмеялся я, отчего кружки задрожали.

— Тогда… — И снова проницательность сработала быстрее, чем девушка продолжила. — Если Карасса все же исчезнет из ваших слуг, я буду рада занять ее место. — Осторожно произнесла Сарулан. И я знал, что такие намерения в глубине души у нее были и раньше.

— Эх… Как минимум мы осколки парагона. А потому нам не стоит привязываться. Это кончится плохо. — Ответил я то, что первое пришло в голову. И это же было правдой. Я чувствовал истинность этих слов. Да и Сарулан я уже хотел куда-нибудь сплавить подальше, чтобы жажда слияния осколков перестала мне капать на мозги. Кроме того, привязывать ее к себе только после того, как она освободилась от своей участи вечной рабыни клана, выглядело как-то не очень.

— У тебя есть вопросы по обучению? — Наконец, после долгой паузы спросил я.

— Я бы хотела еще раз ощутить ваш звук. Узнать ваше его понимание. — Попросила она.

— Хорошо. — Я встал, убирая стол и все принадлежности. Сарулан тут же вскочила в боевую стойку, сжав в правой верхней руке меч, а в нижней и левой-верхней копье. Я считал, что истинное познание стихий возможно только в бою. А она предпочитала встречать опасность с оружием в руках, даже если оно против меня было бесполезно.

— Омммм… — Едва слышно затянул я, медленно выдыхая. И этот выдох преобразился в крик баньши. Давно утратившую свою актуальность технику. Хотя стоит и в нее вдохнуть новую жизнь. Воздух вокруг начал взрываться. А Сарулан встретила атаку выставленными клинками, разрезая мою силу своими концептами.

Хлопок в ладоши. И я добавляю свое понимание пустоты и пожирания. Бесконечной пустоты в виде тьмы космоса