Открытая вражда - Владимир Михайлович Мясоедов

акцентом, периодически делая ошибки в словах и ударениях, однако с грехом пополам чародей его понимать мог, а большего пока и не требовалось. — Ну, так-то вроде рассказывать особо и нечего, господин магистр…Тайн каких-то за мной нет, благородного происхождения тоже. Родился в южных доках, отец на стеклоделательном заводе работал, мать по дому, а ещё торговала теми поделками, которые папаша мастерил из боя и брака… Там же вырос. Когда было мне лет двенадцать, то вместе с мальчишками дрались с другой компанией сорванцов, то получил заточкой в плечо, и то ли от боли, то ли со страху поджог рубаху…На себе, правда, а не на том придурке, который в честной потасовке за нож схватился. Чуть не сдох тогда, но зато узнал, что дар есть…От прабабки видимо достался, она в молодости благодаря своей красоте успешной цветочницей была, и понюхать её цветок да поиграться с ним многие благородные господа желали…

— А чуть не помер от чего? От ожогов или от кровопотери? — Уточнил Олег, который уже знал, что в куртуазном Париже цветы нюхали, как правило, не в компании любителей ботаники, а вместе проститутками, что в целях сохранения приличий якобы торговали всякой яркой флорой или же украшениями, сделанными из неё. Святослав на это жаловался после того как вместе с Лили знакомился с красотами французской столицы, по настоянию эльфийки завернул в галерею орхидей, разговорился там с компанией местных обитательниц, больше похожей на придворных дам, чем на жриц продажной любви и действительно окруженных множеством цветущих растений и чуть было не оказался прямо вместе с супругой обслужен по высшему разряду. Был бы он не архимагистром, мог бы и не отбиться…С другой стороны, не был бы он архимагиситром, и на него не лезли бы с такой настойчивостью и не пытались преследовать даже на улице…

— От заражения крови, заточка у того придурка была то ли в каком-то дерьме измазана, то ли просто грязная. — Пожал плечами отставной боевой маг первого ранга, который совсем недавно медленно загибался в трущобах Парижа несмотря на свой дар. Пенсия ему не полагалась, ибо чин и выслуга лет считались недостаточными, а работать без глаз и пальцев даже одаренному, мягко говоря, затруднительно…Но легче чем убивать, что доказала парочка уличного отребья, желавшая то ли завладеть невеликими пожитками ветерана, то ли прирезать его, а после сдать тело какому-нибудь черному алхимику. — Но отец зарабатывал все же неплохо, сбережений хватило на оплату визита подмастерья из гильдии целителей. Правда, кредит у ростовщика всё равно взять пришлось, но тот был из редкой породы понимающих, свое согласился получить когда я в армию запишусь и жалование получать стану, да и процент выставил чуть ли не самый низкий в Париже…

— Значит, по достижению совершеннолетия ты записался в армию, — кивнул Олег, мысленно отмечая, что этого своего сотрудника точно надо подучить математике. Ибо чувствовал оракул-самоучка, что с учетом низких процентов за несколько лет наварился тот делец куда сильнее, чем если бы попытался сразу впарить кредит по крайне высокой ставке.

— Чуть раньше, для одаренных есть исключение. — Осторожно поправил его пиромант первого ранга…Вернее второго, причем довольно сильного. Но по официальным документам он значился только лишь ведьмаком, ибо повысить свой статус в государственных ведомостях и претендовать на совсем другое жалование и обращение выходцу из трущоб оказалось сложнее, чем следующую ступень магического развития одолеть. — Нас в специальной школе учили пользоваться своим даром, стрелять, маршировать, законам Франции вообще и армейским в частности…

— А как насчет грамотности, математики, прочих наук? — Нахмурился Олег, уже заранее предчувствия — ответ ему не понравится. — Ты сам выбрал факультет магии огня или же туда заставили записаться?

— Ну, чтение подтянули тем, кто раньше букв не знал, но мне не потребовалось, — пожал плечами французский боевой маг, по сравнению с которым выпускними Североспасского училища выглядели едва ли не академиками. — А о том, чему мы хотим учиться, нас никто особо и не спрашивал. Учителям наверное было виднее, к чему таланты есть…Когда научился метать в цель огненные искры, раскалять оружие и сушить одежду, принес присягу, заключил гарантирующий мою верность присяге кровавый контракт…

— Контракт? — Уточнил Олег, невольно сравнивая Возрожденную Российскую Империю с Францией, находящейся под управлением Деспота. И общего между ними оказывалось многовато. Враги практически со всех сторон, например. Или привычка властей гарантировать лояльность магически одаренного пушечного мяса волшебным аналогом бомбы, имплантированной прямо в организм. — Расскажи подробнее. У нас обычно используют печать, которую наносят на шею, и которая эту самую шею может оторвать, если слишком долго не будешь показываться на глаза офицерам или их приказ не выполнишь. Сам такую когда-то годами таскал.

— Слышал про такие, но у нас их уже лет тридцать как больше не используют, все на контракты перешли. — Вздохнул новый сотрудник Олега, который при приеме на работу тоже подписал контракт. Обычный, бумажный, в котором максимальное количество волшебства содержалось в чернилах, которые обрабатаывались некогда алхимиками, дабы лучше держались и медленнее выцветали… — Ритуалистов в Париже хватает, а потому в прошлом не редкостью стали случаи дезертирства или блокировки подобных печатей…Вот по приказу Деспота все официальные министерства на магические кровавые контракты и перешли. Как это работает не знаю, но пергамент для него взяли кожу с моей груди, строки его писались моей кровью…Когда я пытался нарушить те правила, что были там записаны, становилось больно. А проклятия, отправленную через эту бумажку, находят предателей и дезертиров даже если они убегут куда-нибудь в Австралию. И убьют их, даже если те каким-то темным чудом вдруг станут магистрами. После моей отставки этот артефакт должны были уничтожить…Но, честно говоря, в этом как-то не уверен. Ходили среди моих сослуживцев осторожные слухи, что присяга Деспоту однажды — присяга навсегда…Ещё тише шептались про то, что если будет надо, то по таким контрактам силу, магию и жизнь из человека могут вытянуть, почти как через какой-нибудь алтарь, а потому во время штурмов Парижа щиты стояли, а вот многие ветераны или вышедшие на пенсию ремесленники и чиновники дохли, даже если рядом с ними ни пуль, ни ядер не летало…

— Благодарю за откровенность, — вздохнул чародей, порадовавшись, что темпы прогресса в Возрожденной Российской Империи довольно медленные, и верность всяких там армейских ведьмаков морально устаревшими контрольными печатями гарантируется. А иначе бы, скорее всего, уже высушили его при помощи кровавого контракта. Не Савва, так