По воле богов. Выбор богини. Книга 4. Часть 1 - Ольга Камышинская
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
***
Верховный Оракул не просто злился, он был в бешенстве.
– И это всё?.. Всё, что вам удалось за это время узнать?! Этим россказням цена – потертый медяк! Торговки на базарной площади знают больше!
– Я отправил в Валорию самых толковых ребят, больше них всё равно никто бы не смог ничего узнать. Они собрали всё, что могли, Святейший.
– А кто ее мать?
Элан пожал плечами и для убедительности развел руки в стороны.
– Неизвестно. Дело в том, что валорийские законы позволяют…
– Да мне плевать, что позволяют валорийский законы!.. Я могу понять, когда невозможно узнать, кто отец ребенка, но чтобы мать! У лорда Сурима были любовницы, фаворитки, ну, я не знаю, содержанки, возлюбленные?! Должны же быть слухи о его похождениях, козни, сплетни, склоки обманутых и обиженных им баб…
Элан покачал головой.
– Ни-че-го.
Лорд Горлум посмотрел на Элана с недоверием.
– Никогда?
– Никогда.
– Это невозможно… Он что, святой?.. А дочь откуда?.. Вымолил у Богини? Или случайно нашел в корзинке с розовыми кружевами у ворот резиденции?
– Вы будете сердиться, Святейший, но, по слухам, так оно и было.
Оракул метнул в сторону оборотня гневный взгляд и расстегнул верхние пуговицы воротничка мантии, словно тот душил его, и тяжело откинулся в кресле.
Элан наблюдал за Верховным Оракулом и вновь недоумевал.
Второй раз у них заходил разговор о валорийской княжне, невесте Сандэра Моро, и второй раз Святейший свирепел на пустом месте. Далась ему эта девчонка? Да он ее даже не видел ни разу. А теперь еще и ее мать!
Мать ее…
Элан отправил в Валорию самых опытных ищеек, они умели добывать любые сведения. Кто ж виноват, что про невесту лорда Моро так мало известно?
– У него одна дочь?
– Да, Святейший. Единственная.
– Не понимаю… Она же пострадала от черных магов и должна была умереть… О ней много лет никто ничего не слышал. Откуда она снова взялась?
Оракул положил правую ладонь на грудь, где билось сердце, и поморщился.
– Вам нехорошо? – насторожился Элан. – Позвать целителя?
– Нет! – отрезал Оракул.
– Если она и пропадала, то ненадолго, как я и говорил, путешествовала с отцом. Потом они вернулись домой. О ней не было слышно, потому что к княжне никогда не привлекали внимание.
– Девка на выданье, а о ней ни слуху ни духу? Странно…
– Это не помешало ей найти выгодного жениха. – заметил Элан. – Однако нельзя сказать, что ее прятали. К ней сватались махитанцы, но им отказали и…
– Ты говорил, она училась? – нетерпеливо перебил помощника Оракул.
– Да, в Дарамуской Академии, на Целительском.
– А теперь?
– Моро перевел ее в Урсулан, на факультет Темной магии.
– С чего вдруг? Она маг?
– Да.
По лицу Верховного Оракула пробежала судорога ненависти.
– Только этого не хватало!.. Еще одна девка-маг? От них одни беды…
– Почему? Разве принцесса Гвендолин… – попытался возразить Элан.
Святейший грубо перебил его:
– Сама не знает чего хочет. И всю жизнь такой была… А Доминик потакает ей во всем! – гневно стукнул ладонью по столу Оракул.
Элан счел благоразумным промолчать.
Если слухи не врали, Святейший в молодости сам сох по принцессе Гвендолин, да только та никогда не отвечала взаимностью. Злые языки утверждали, что Верховный Оракул свое время убедил Доминика не идти на поводу у сестры и не выдавать ее замуж за лорда Кристиана Моро, в которого принцесса была страстно, но безответно, влюблена. Может, надеялся сам рано или поздно сломить ее сопротивление? Кристиан потом женился на Оливии Дюморэй, племяннице императора, а Гвендолин Святейшему так и не досталась. Не поэтому ли он с тех пор и ненавидел всех женщин?
Лорд Горлум отвернулся к окну, недовольно поджав губы.
– Ты свободен, Элан. И позови сюда Жуста.
– Слушаюсь, Святейший. – Элан поклонился и вышел.
Оставшись в одиночестве, лорд Горлум погрузился в тяжкие раздумья.
Недобрые предчувствия одолевали его в последнее время, и день ото дня становились все отчетливее и всё страшнее.
А вчера ему приснилась Сайянара. Она не снилась ему никогда. А тут… Такая же молодая, сильная, красивая, в платье цвета неба, какой он увидел ее впервые много лет назад в императорском саду в объятиях Доминика. Во сне она звонко хохотала, уворачивалась от Доминика, который с повязкой на глазах ловил на поляне. А чуть поодаль, прислонившись к дереву, стоял Филипп и смотрел на них с ревностью и завистью.
Оракул проснулся, задыхаясь, в холодном поту. Это она виновата во всем! Только она! Он ни при чем! Это из-за нее два родных брата превратились в соперников и непримиримых врагов. Из-за нее пробудилась черная магия. Из-за нее Гвендолин никогда не смотрела в его сторону благосклонно. Всё из-за этой дрянной девки.
Будь она проклята!
***
– Травис, почему вы в черных очках? Опять эти ваши штучки? – магистр Артефактологии Кирк Лау, седовласый сухонький старичок, погрозил Травису пальцем. – Снимите. Не положено… Красоваться перед девицами будете после занятий.
– Это не очки, – недовольно цокнув, пояснил Травис под общий хохот.
После вчерашней драки у него проявились синяки вокруг глаз, но когда он явился в лазарет, там ему заглянули в зрачки, проверили четкость зрения, обезболили и отправили на учебу. На его просьбу убрать черноту с лица ответили, что до свадьбы само заживет. И на все его угрозы нажаловаться ректору только хмыкнули и выставили за дверь. Хортовы лекаришки! Совсем страх потеряли!
– Они не снимаются… – с досадой в голосе добавил он, снова вызвав дружный смех однокурсников, и с обидой пробубнил: – Чё ржете?.. придурки…
Магистр Лау покачал головой.
– Ох, молодежь, молодежь… Ладно, – махнул он рукой на Трависа, – не хотите – не снимайте. Не драться же мне с вами из-за этого, в самом деле. – лукаво улыбнулся он, и очередной взрыв смеха прокатился по полигону. – Магистр Торет, – обратился Лау к стоявшему рядом, – можете начинать.
Магистр Торет кивнул и громко хлопнул в ладоши.
– Тихо! Внимание!.. На ближайший час следующая задача. Всем разбиться на четвер… – он осекся и покосился в сторону Вивьен, затем продолжил, – на тройки. Оттачиваем отражение магической атаки внутри тройки. На следующей
