Голос из Тьмы - Настя Полос

— Игнар, может быть, ты попросишь свою Госпожу нам помочь? — она сделала особое ударение на слово «свою».

— Я не думаю, что мы сможем… — заговорил Игнар, но женщина его перебила.

— Мой сын. Ему хуже. Ты так давно с ним не разговаривали. Пока церемония не началась, может быть, мы могли бы его навестить.

— Насколько все плохо?

— Он даже не поднимается с постели.

Игнар глубоко вздохнул, а потом повернулся ко мне. В глазах читался вопрос, который он собирался сказать вслух, но я его опередила.

— Я пойду.

Между нами вновь засияло то связующее чувство.

Я не могла его оставить. И к тому же, эта женщина, первая кто из всей Инуры посмотрела на Игнара с любовью.

Игнар что-то быстро прошептал Имрану, но тот отмахнулся и сказал, что пойдет с нами. Скрывшись от Лиасы, мы двинулись за женщиной, которую звали Кальта. Раньше она служила при Храме, но забеременев покинула службу и поселилась в городе со своей семьей. На этом рассказ оборвался. Все с мрачным лицом шли вперед. Во мне зарождалось нехорошее предчувствие.

Мы двигались по темным неосвещенным улицам мимо захудалых домов. Старость и мрачность сильно бросались в глаза, после яркого и дорого украшенного двора. На милю вокруг ни одного деревца или кустика. Казалось, местные трущобы выгорали вместе со своими жителями под палящим солнцем.

Подойдя к одному из таких криво заваленных сооружений, Кальта постучала несколько раз. Дверь приоткрыла маленькая худенькая ручка с бледной пурпурной кожей. Это была девочка в платке, скрывающим волосы, и стареньком коричневом платье. Осунувшееся личико растянулось в улыбке, когда она увидела братьев. Девчушка с визгом прыгнула Игнару на шею, и тот крепко сжал ее в объятиях. Девочка также бросилась на шею Имрана. Но когда ее взгляд скользнул по мне, а затем перешел на мою руку, она ошарашенно сделала шаг назад.

— Все в порядке, Бильсан, Меках хочет познакомиться с вами, — уверенно сказал Имран и улыбнулся. Но в этой улыбке помимо тихой радости притомилась печаль.

Некоторое время девочка молча стояла, а затем сделала решительный шаг ко мне и протянула руку, а второй коснулась своего Нешама. Как только наши ладони сплелись, меня тронули ее эмоции. Такие светлые и чистые. Она была в замешательстве, видя меня, но приход Имрана и Игнара сильно обрадовали ее.

Вдруг из комнаты за ней послышался стук, и эмоции девочки утекли в другое русло. Ей стало страшно. Кальта поманила нас вперед.

Помещение скромное, но чистое. Мебель хоть и старая, но без единого пятнышка или дырки. Видно, что рука хозяйки в этом доме заботлива. Пахло чем-то вкусным, и у меня свело живот. Я даже не помню, когда ела в последний раз.

Кальта прошла чуть дальше и приоткрыла занавеску, которая, видимо, служила дверью. За ней небольшая комнатка с двумя кроватями, столом и окном. На удивление здесь оказалось очень много детских игрушек.

На одной из кроватей лежал маленький мальчик лет восьми. В руках он сжимал деревянную игрушку незнакомого мне животного. Мальчик безотрывно смотрел в потолок. Он, такой же худощавый, как и его сестра, но с кучерявыми волосами, выглядел как мертвец.

— Травели, малыш, смотри, кто со мной пришел, — ласково позвала его мать.

Мальчик не отреагировал.

— Сынок, посмотри на нас, — в голосе Кальты звучали слезы.

— Ты так и будешь оставлять без внимания своих друзей, мальчишка?! — строгим голосом спросил Игнар.

Я настолько изумилась, что сама подскочила на месте. Захотелось огреть его чем-нибудь. Но мальчик оторвался от потолка и посмотрел на Игнара. Мгновение его лицо ничего не выражало, а затем с ним произошли изменения. Он кое-как приподнялся, и уголки его губ поползли наверх. Кальта всхлипнула, прикрыв рот руками, но осталась стоять на месте.

— Вы вернулись, — хриплым голосом ответил Травели.

— Конечно. Мы же обещали, что тебя не оставим.

Они оба подошли ближе, но Игнар позволил себе сесть к мальчику на кровать и обнять его.

— А это кто? — настороженно спросил он, оглядев меня с ног до головы, прищуренным взглядом. Я невольно улыбнулась.

— Это наша Меках, Травели, — ответил ему Имран.

— Это правда?! Ты пришла спасти нас? Ты вернешь моего папу! Я так скучаю по нему! Он на войне, его долго нет. Но раз ты здесь, значит, он скоро вернется!

Улыбка глупо приклеилась к лицу. Мальчик говорил громко и возбужденно, он засветился радостью. Но мне с каждым его пропитанным надеждой словом становилось все трудней находиться здесь. Маленькая комнатка сжалась сильней, давя на меня со всех сторон. В душе ширилась черная дыра. Кальта тоже глядела на меня, смахивая слезы, а из-за бока матери на меня глядела Бильсан.

Я могла продолжать стоять молча, могла развернуться и уйти, могла сказать, что не все может пойти так радужно, как им это видится. Но чего я добьюсь, кроме разрушения? Иногда стоит солгать, чтобы дать возможность прожить еще один день. Пусть слепо, но так есть хоть какой-то шанс выжить.

Я присела на колени, наплевав на красивое платье, что теперь испачкано. И, отбрасывая страх, взяла ладошку Травели в свои.

— Я сделаю все, что в моих силах, чтобы вернуть твоего папу и остановить эту войну.

Все затихло, мир перестал существовать, и я остро ощутила связь с этим народом. Боль и отчаяние, и острую потребность их защитить.

Мы вернулись тем же путем. Травели захотел отправиться на праздник, отчего Кальта вновь не смогла сдержать слез. Она благодарила братьев и меня. Мы ушли вперед, чтобы не вызывать подозрений.

Оказывается, у мальчика серьезная болезнь духа. Как мне объяснил Имран, это чем-то напоминало депрессию. Когда началась война, отец Травели Бильсан ушел. Мальчик сильно скучал. А потом пришел голод. Он каждый день видел, как мать плакала. Отца не было, как и еды. И его дух надломился.

Кальта никому не говорила о состоянии сына, пока не встретила на улицах Игнара. Он шел с одной из многочисленных вечеринок и был жутко пьян. Он не сразу узнал бывшую служанку, которая заботилась о нем долгие годы. Когда же Кальта рассказала о Травели, он без промедления пошел за ней. Игнар с мальчиком быстро подружились, и болезнь духа потихоньку сходила на нет. Братья стали тайно навещать семью по очереди. Они приносили еду и лекарства, одежду и игрушки. Кальта всегда отказывалась от денег, но эти дары принимала. Женщина делилась припасами с некоторыми соседями, но те не знали, откуда Кальта все это берет. Они догадывались