Рассвет проклятой Королевы - Эмбер Николь

– Черт, детка.

Я схватил ее за волосы, направляя ее голову.

– Ты богиня, акрай.

От одного этого зрелища я напрягся, и я ощутил нарастающую волну удовольствия. Я знал, что нахожусь в нескольких секундах от финиша. Еще одно движение, и я взорвался.

Дианна почувствовала первый импульс и замерла. Не в силах остановиться, я поднял бедра, продолжая движение. Сжав ее затылок, я погрузился в ослепляющее удовольствие. Мое тело сотрясалось, остаточные волны разрядки накрывали меня снова и снова. Я приподнялся на локтях, тяжело дыша, моя голова со стоном откинулась назад.

Боги, я бы умер за эту женщину.

Я отправил в рот еще одну ложку каши и ссутулился, стараясь казаться меньше. После драки я хотел привлекать как можно меньше внимания. Мужчина справа от нас закричал и перегнулся через стол, ударив другого заключенного по лицу. Надзиратели тут же бросились вперед и их разняли. Они нередко вымещали свой гнев на арестантах – так случилось и сейчас, пока остальные присутствующие изо всех сил старались не обращать внимания и заниматься своими делами. Никто не хотел повторения того, что недавно случилось. Некоторые все еще были в синяках и царапинах, а другие боялись даже выйти из своих камер.

– Я все еще думаю, что это пустая трата времени, – сказал Орим.

– Мы не можем бросить их здесь, – сказал я, с усилием проглотив ложку каши.

– Не могу поверить, что ты это говоришь.

– А я – могу, – отрезал я.

Как и по пути в тюрьму, после произошедшего другие заключенные начали подсаживаться к нам. Охранники все еще бушевали из-за драки – думаю, пленники решили, что я смогу их защитить. Во время погрома я постарался спасти как можно больше людей, поддержавших бунт. Я просто не хотел, чтобы кто-то погиб в процессе, – именно поэтому наш стол теперь был полон народа.

Они переговаривались между собой, не обращая на Орима и на меня никакого внимания, как мы им и велели. Дианна разработала новый план, и, боги, за это я ее и любил. Изучив карту, которую она принесла вчера вечером, мы узнали, что эта тюрьма была скорее зоной временного содержания с весьма ограниченной вместимостью. Здесь находились только те пленники, которых Нисмера действительно хотела оставить в живых – то есть мы. Остальные были убиты в день прибытия, а затем выброшены за пределы замка, на корм существам, обитавшим в этих горах.

Я прекратил есть и опустил ложку, мой взгляд был обращен к этажу выше. Таотль прошел по коридору над столовой – никто и не заметил, кто на самом деле скрывался под его кожей. Легкая улыбка скользнула по моему лицу, когда я видел почти семифутового[6] командира с длинным хвостом. Он взглянул на меня, сверкнув красными зрачками. Проблеск был едва заметным – я уловил его лишь потому, что смотрел «Таотлю» прямо в глаза. Неважно, чей облик она принимала. Я мог узнать ее среди миллионов, словно сама моя душа к ней тянулась. Я поудобнее устроился на скамейке, вспоминая сегодняшнее утро.

Прошло несколько недель с тех пор, как мы были в лесу, и я ненавидел каждую секунду, когда не мог к ней прикоснуться, – по взгляду, который она бросила в мою сторону, я понял, что она чувствует то же самое. Она всегда была рядом и оберегала меня – будь она воином в доспехах или крошечной мышкой. Боги, за это я любил ее еще больше.

Я никогда не нуждался в защите. Всегда первым бросался в любую битву. Еще одна черта, которая нас объединяла. Мы с ней были одинаковыми. На нас обоих в юном возрасте возложили слишком много обязанностей, заставляли заботиться об окружающих и защищать их от монстров. Правда, ее обязанности были более «физическими», чем мои. От меня зависела судьба королевства. Конечно, со мной была Рука, но в конце концов я все равно был один. Зная, что Дианна стоит за моей спиной, я не испытывал и тени страха. Я никогда не боялся ее – только за нее.

– Ты слушаешь?

Орим толкнул меня локтем.

Я отвел взгляд от Дианны и посмотрел на него.

– Ты что-то сказал?

– Да, что насчет плана? Я слышал, как вы с ней шептались прошлой ночью.

Я оглянулся на балкон, но ее уже не было.

– Она нашла карту тюрьмы, – сказал я.

– Даже с этой информацией вы сильно рискуете. Звери, которые бродят в этих скалах, по-настоящему злые. У них когти размером с твою голову, и они только и ждут, как бы схватить тебя и загрызть заживо. На сезон они улетели на север, а теперь вернулись, и у них нет еды, – сказал гном Озеан, указывая на нас ложкой.

– На этот случай у меня есть план, – сказал я, притворяясь, что смеюсь над тем, что сказал один из заключенных рядом со мной. Остальные последовали моему примеру, делая вид, что мы совсем не собираемся покидать это место.

Я кивнул в сторону выхода, и Орим встал.

Мы вышли из столовой и направились к камерам. Спускаясь по старым каменным ступеням, я заметил, что в каждом коридоре стоят охранники. Только когда мы достигли своего этажа и прошли мимо всех стражников, я заговорил.

– Нужно вырыть туннель, чтобы вывести отсюда всех заключенных, – сказал я, проверяя, не следят ли за нами.

Зайдя в нашу камеру, я сел на маленькую койку. Орим устроился напротив меня, опершись локтями на колени.

Наклонившись, я вытащил из-под кровати карту, которую украла Дианна, и развернул ее на полу. Длинный спиралевидный туннель занимал практически треть страницы и заканчивался над уровнем горы. Все выходы были четко обозначены, и было легко найти главные ворота, через которые мы сюда попали. Я открыл страницу, на которой было изображено расположение камер, – все они были сосредоточены вокруг большого центрального помещения. Я положил ее между нами, указав на то, что меня интересовало.

– В этой части тюрьмы никого нет. Думаю, они использовали ее в качестве склада, но Дианна осмотрела ее прошлой ночью и сказала, что там пусто.

– Пусто? – Орим удивленно поднял на меня глаза.

Я кивнул.

– Если мне удастся прорыть туннель для побега, то я смогу соединить его с нижними этажами, как раз возле камеры Сависа, – сказал я, прочерчивая пальцем путь, по которому планировал двигаться.

– Если ты это сделаешь, выход из тоннеля окажется у подножия горы, прямо у реки. Далеко от тех кровожадных существ, которые кружат над горами.

– Именно.

Он