Наша родная - Лев Леонидович Сорокин

опять закурил и надел картуз. Мне не хотелось уходить отсюда. Я смотрел на берег, невольно искал затерянные следы отважных краснофлотцев и думал о высокой и святой любви народа к своим героям, о любви, которая рождает легенды.

С. Гершуни

ЮНГА

Я был тогда в морской пехоте… Мы, автоматы зарядив, Вошли на старом мотоботе В дождливый Керченский залив. До берега минута ходу. Мы навели стволы во тьму… Но свист прорезал непогоду, — Шальной снаряд разбил корму, И до последнего патрона В пучину наш запас ушел… Как час, секунда обороны, Когда остыл ружейный ствол. Огонь противника все чаще. Изрыта влажная земля… Но вдруг приполз в одной тельняшке Промокший юнга корабля. Принес патроны и гранаты В мешке тяжелом паренек… И точно русские солдаты Задачу выполнили в срок. А о патронах после боя Ответил юнга просто мне: — Их было много под водою, Не пропадать же им на дне…

С. Гершуни

НА СТАДИОНЕ

Праздничное поле стадиона… Снова гром приветственный неистов, — Там букеты юношам из Бонна Преподносят наши хоккеисты. За оградой русские березы Легкий иней медленно роняют… На трибуне тысячеголосой Я сижу, былое вспоминая. Как сегодня, пред собою вижу Ржавчиной покрытое болото, Где пригоршнями гнилую жижу Лил в горячий кожух пулемета, Где густой камыш, от гари рыжий, Раздвигал распухшею ладонью… Мог и я, как многие, не выжить, — Но опять сижу на стадионе. Слышу, как над городом задорный Ветер носит радостные звуки. Вижу, как с улыбкой непритворной Капитаны пожимают руки… Чувствует ли гость, что пожимает Сильную, но дружескую руку? Вот свисток… Снежинки поднимая, Шайба покатилася по кругу. Хочется, чтоб верил гость: Сражаться, Атакуя яростно ворота, Лучше, чем в недобрый час встречаться У того проклятого болота.

Л. Татьяничева

СНЫ

Трудно бабушке понять: Почему Сережа спать Нынче лег не на кровать? Лег он спать не на диване, А, придвинув к стулу стул, В коридоре возле ванной Не раздетым прикорнул. Может, мальчик нездоров? Может, вызвать докторов? Брат с завода возвратился: — Ишь, улегся где, пострел! — Над братишкой наклонился, Сон Сережин подсмотрел. Улыбнулся.     В детстве он Часто видел этот сон. …А Сереже снилось море, Гром разрывов,                        Бури вой. На стальном своем линкоре Он ведет последний бой. Захлебнулись вражьи пушки, Бой окончен.                    Гром затих. …На перине, на подушке, Не увидишь снов таких. Потому Сережа спать Нынче лег не на кровать, А, придвинув к стулу стул, Где играл, там и заснул.

В. Кузнецов

В ДОБРЫЙ ЧАС!

Оля в школу собирала Брата Митю в первый класс. Умывала, одевала, Все ли в ранце — проверяла, А потом поцеловала И сказала:             — В добрый час! А потом спросила Оля:             — Хочешь,             Я с тобой пойду? Я тебя до самой школы, До подъезда доведу. Митя ей сказал:         — Не надо, Лучше я один пойду. Школа тут, За детским садом, Я не маленький, — Найду. И пошел. Идет он смело И уверенно идет.