Покорить Францию! - Константин Мысловский

Пока – мясо-молочное, теплицы. По весне – сеять будем, поля под распашку уже прикупили… Народ-то кормить чем-то надо? Газ туда тянуть было сложно, – жалуется он, – с трубами в эти времена беда, да и только!.. Еле вывернулись. Но оно того стоит, думаю… Жаль только, Бабеф, революционер хренов, в бега подался, я рассчитывал на него в этом деле – все ж таки специалист по аграрному вопросу… Если хочешь – можно поехать, осмотреть! – внезапно звучит предложение жизнерадостным голосом.

– Спасибо! Лучше в другой раз! – твердо говорю я.

Наполеон хохочет.

– Что, достал я тебя этой экскурсией по ВДНХ?

– Ну, не без того… – приходится признаться.

– А зря отказываешься!.. – вкрадчиво говорит Бонапарт.

– Это почему? – вынужден я спросить со всем подозрением. Чего-то эта вспышка энтузиазма мне не нравится.

– А там есть шанс Сен-Симона повидать. Помнишь такого?

– Это которого? Того, что: «Вставайте, граф – вас ждут великие дела?» Как он тут оказался?

– Он самый… А как оказался… Так самым простым способом: эту землю с фермами мы у него купили. Он сейчас как раз земельными спекуляциями занимается по всей Франции.

– Погоди, а это точно он?

– А что тебя удивляет?

– Так он же, вроде, один из первых социалистов – еще со школы помню… И – земельный спекулянт?

– Ну, слово «социализм» я от него пока не слышал. А вот землей он спекулирует под весьма благородным лозунгом предоставления ее наибольшему количеству крестьян. И дело идет очень даже бойко. Только шум стоит!.. Но нашим проектом комплексного хозяйства он заинтересовался и, бывает, наезжает посмотреть. Да и в Шале-Медон заглядывает. На шаре уже поднимался несколько раз. Научно-техническим прогрессом страсть как увлечен. И, кстати, заказал нам газовое освещение себе домой… Прелюбопытный дядька, доложу я тебе! В Америке за независимость Штатов воевал, орден за это дело имеет, у англичан в плену на Ямайке сидел… Перед революцией полком командовал…

– И думаешь, от него какой-то прок может быть?

– Ну, знаешь – все-таки породитель всего социализма как такового. Сколько помню, формулировка «От каждого по способности – каждому по труду!» – это на его работах основано. Подобного калибра личностей из виду лучше не упускать – нам же понадобятся идеологи для построения понятной аборигенам концепции общества? Так чего добру пропадать? Кстати, тут где-то в Марселе сейчас еще один из социалистов-утопистов приказчиком работает – Фурье!.. Не желаешь поискать?

– Нет уж – это ты сам давай как-нибудь!

Наполеон снова хохочет, довольный.

Карета лошадиной скоростью катится в сторону Парижа…

Глава 3

Из всех искусств важнейшим…

«Над нами бесконечные летят легенды,

Пред нами незабвенные идут герои.»

Михаил Щербаков

1

Нет работы вреднее придворной.

Ну пусть – дипломатической!

Что, думаете, я боюсь геморрой заработать, сидя за столом переговоров? Так это не главная опасность. Не всегда мы с Директорами общаемся весь день напролет. Даже не каждый день. Можно иногда и прерваться, выбраться в Шале-Медон, в Булонский лес или даже просто за город. И там отвести душу на тренировке. Чтобы форму не терять…

Гораздо хуже – необходимость присутствовать на всяческих приемах. Представлять собой лицо Калифорнии, высокопарно выражаясь. Ну а кого еще посылать на такое дело? Капитана Мору? Так он все еще покуда настолько англичанин, что это нам может выйти боком. Так что нафиг-нафиг!.. Вот и приходится мне самому отдуваться. Вот как сейчас, у Тальена. Раскланиваемся, целуем ручки, вежливо улыбаемся… Это вам не Испания! Там мы были хоть и экзотическими слегка, но все же провинциалами. Каких в «империи, над которой никогда не заходит солнце» просто несчитано – скромно приехали, скромно постояли в уголке, скромно уехали. Никто к визитерам из Колоний особо не приставал – кому те колонии интересны?

А здесь все не так… Не меньше двух часов меня водила по дому лично сама «Нотр-Дам-де-Термидор», Тереза Тальен. Вертихвостка еще версальского розлива… Хотя, конечно, вполне обаятельная дама, тут уж ничего не отнимешь. Но – придворную выучку не скрыть… Светская львица, блин… Еле я от нее отделался. Помогло то, что не танцую. И когда вся публика – а гостей было несколько сот человек – переместилась в танцзал, мы с милейшим Карлом Генриховичем смогли отойти, так сказать, на второй план и продолжить сомнительное веселье приватным образом.

Правда, вздохнуть свободно все равно не удалось. То тут, то там к нам так и норовили подстроиться какие-нибудь лица, заинтересованные поговорить на неотложнейшие и наиважнейшие с их точки зрения темы. Типа высадки в Англии или положения дел при мадридском дворе… Даже мое мнение о происходящем в Кобленце один тип спросил!.. Политики, так их в перехлест!.. Комнатные. Их хотя бы на один день в ту кашу на Мартинике засунуть – посмотрел бы я на результат… А здесь – ничего, улыбаюсь, отвечаю вежливо и нейтрально… Что касательно боевых действий против Англии в данный момент мне ничего неизвестно, что в столице наихристианнейшего короля я давно не был и что в настоящее время информацией из Кобленца не располагаю. Последнее, хотя и было с моей стороны вполне откровенной шуткой, спрашивающим неожиданно воспринялось всерьез. Правда, как я быстро сообразил по бросаемым собеседником взглядам на барона Рюгена, причиной вопроса был мой «дипломатический советник» – как любезный Карл Генрихович числится в протокольном списке посольства. Точнее – тот факт, что происхождение и подданство его не осталось здесь в секрете. При том, что дипломатические отношения с Российской Империей разорваны в ходе революции Екатериной II и возобновлять их она не собирается… Ну – пускай их… В принципе мы и имели в виду намекнуть всем желающим, что Калифорнийская Директория имеет связи с Санкт-Петербургом – пусть понапрягают мозги.

А барон мне конкретно весьма и весьма помог в ходе переговоров. Все-таки опыт дипломатический у него поболе моего. Да и главное – местный опыт-то. Не привозной из будущего. Ряд острых моментов он сумел сгладить мастерски, прямо по ходу дела. Без него бы я накосячил… Ну, а то, что весь ход переговоров будет им доложен начальству по прибытии в Российскую Империю – так и это не страшно. Пусть тоже подумают…

Совершенно неожиданно, завернув, спасаясь от жаждущих общения, в укромный закуток за какой-то пальмой в проходной анфиладе, мы натыкаемся на Наполеона. Командующий Внутренней армией сидит в стенной нише в полном одиночестве и с задумчивым лицом читает какой-то лист бумаги, держа его в руке. Заметив, что оказался не один, складывает лист по сгибам и засовывает в нагрудный карман.

Эк нас угораздило-то… Этот листок в окружении Бонапарта стал уже притчей во языцах. По причине происхождения. За несколько дней перед нашим прибытием