Измена. Я тебе отомщу - Анастасия Пырченкова
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
– Что ж, давайте выпьем, – произнёс он. – Ваш брак хоть и неожидан для нас, но раз уж так вышло, будьте счастливы дети. Мира и любви вам!
– Спасибо, пап, – опять улыбнулся Александр, тоже поднимая бокал.
Анна Валерьевна, всё ещё не до конца принявшая ситуацию, молча последовала их примеру. Ну и я за ней. Но по факту успела лишь намочить губы, когда самый старший из нас вдруг шумно выдохнул, а потом заявил:
– Ох и горько!
Каюсь, я не сразу поняла, к чему эта фраза, только когда Александр поднялся и меня поднял за собой следом. А потом склонился к губам.
Это он что, целовать меня опять вздумал? Здесь? При всех?
А можно не надо?!
Но Александр не из тех, кто спрашивает разрешения. Он из тех, кто действует.
И сейчас тоже быстро подсуетился. Я опомниться не успела, а уже вновь таяла в его руках. Да, именно так. Потому что этот нехороший человек снова принялся творить безобразие с моей шеей.
Пальцы ласково пробежались по позвонкам, а затем он надавил на какую-то точку, отчего у меня колени подогнулись. С губ сорвался удивлённый выдох, который мужчина поглотил.
В стороне шёл подсчёт секунд нашего поцелуя, но я не слушала, парализованная тем, как же приятно ощущались на теле чужие касания. Расслабляли и доставляли такое удовольствие, что я не могла им противиться. Я даже позабыла, что мы так-то не одни. Что за нами наблюдали. Не только его родители, но и другие посетители ресторана. Веки сами собой закрылись в какой-то момент. И я не сразу поняла, что всё прекратилось.
Пальцы замерли, а губы застыли в миллиметре от моих. Распахнув ресницы я столкнулась с небесным взором Александра и замерла, не зная, что сказать или сделать. Возможно, потому что мне отчаянно не хватало воздуха. Я с шумом втягивала его в себя, под громкий стук разошедшегося сердца и пыталась заставить себя мыслить как можно рациональней. Выходило плохо.
Интересно, если я попрошу его больше не трогать мою шею, он послушает?
Потому что это реально что-то выходящее за рамки нормальности, причём не только моей.
– Эй, молодые, отмирайте! Александр, отпусти супругу, ещё успеешь нахвататься. Вся жизнь впереди, – посетовал Лев Самойлович.
И похоже у них это семейное, доводить меня до красных щёк.
Я буквально упала обратно на свой стул. И тут же схватилась за бокал с шампанским. Не собиралась пить, но сейчас мне срочно необходимо было потушить пожар внутри. И холодное вино стало отличным помощником в этом. Выпила почти весь бокал залпом, пока Александр не отнял его у меня.
– Тебе нельзя, забыла? – хмыкнул.
И я резко порадовалась, что успела всё проглотить, иначе бы точно подавилась.
– Забудешь тут, как же, – вздохнула, проводив остатки шампанского грустным взглядом.
Видимо слишком грустным, потому что Александр покачал головой и сделал знак рукой проходящему мимо официанту, попросив у него воду с лимоном для меня. Почему с лимоном, я поняла, когда нам её принесли, а Александр с улыбкой произнёс:
– Слышал, она помогает облегчить симптомы токсикоза.
Да вашу ж дивизию! Издевался он так, что ли?
Какой ещё токсикоз?!
– Нет у меня никаких симптомов, – пробурчала, запивая своё недовольство той самой водой.
Заодно это помогало не ляпнуть ничего обличительного при его родителях. Но потом, обещаю, я ему всё-всё выскажу! Как не надо со мной поступать, если не хочешь в будущем однажды попасть в больницу с отравлением. А то ж я вот против Миши не побоялась к незнакомцу побежать за помощью, вдруг опять как-нибудь переклинит подобным образом на волне эмоций? Совсем мужик себя не жалел.
Но водичка, надо сказать, и впрямь оказалась вкусной. Холодненькой, с кислинкой, очень освежающей. Самое то для сегодняшней жары.
В общем, больше вслух я спорить не стала.
Дальше наш внеплановый обед пошёл по спокойному сценарию. Мы ели, пили, много общались. Даже Анна Валерьевна оттаяла. Не до конца, но всё же стала со мной общаться. Я же сидела рядом с Александром и только успевала себя одёргивать, напоминая себе, что всё это хоть и по-настоящему, но не совсем, а потому не стоило углубляться в момент.
Но Александр смотрел на меня с таким теплом, так чисто и открыто мне улыбался, что в какой-то момент я не выдержала и тоже поддалась всеобщему празднеству.
И так хорошо было…
Как никогда. Даже с Мишей. Я будто реально семью обрела.
Я плохо помнила детство с родителями. Но в памяти сохранилось то ощущение тепла и любви, что меня окружало всё раннее детство. Точно такое же, какое меня сейчас накрывало рядом с Александром.
Он улыбался, и я улыбалась ему в ответ.
Он смеялся, и я смеялась вместе с ним.
Приличия давно отошли на второй план, и на спинке моего стула почти внаглую обосновалась его рука. А я и не сопротивлялась этому. Более того, чувствовала себя невероятно защищённой от того, что за моей спиной находился он. То есть не прям он, а часть его, но это всё равно прибавляло уверенности. Хотя и добавляло поленьев в костёр моего смущения, когда его пальцы то и дело невзначай касались моего плеча. И пусть оно было скрыто кружевом, ощущалось это всё равно очень ярко. И жарко. А я снова и снова заливала в себя холодную воду, чтобы хоть как-то сбить повышенную температуру.
– Простите, я отойду ненадолго, – не выдержала в какой-то момент.
Отодвинув стул, я поднялась из-за стола и быстрым шагом, насколько позволяло платье и расстояние между столами, направилась в уборную. Нужна была передышка. От всего. В первую очередь от Александра. Как-то слишком много его стало за короткое время. И вёл он себя странно. Слишком естественно. Будто мы и впрямь настоящая влюблённая пара, что, конечно же, не так. Но вот вопрос: действительно ли это не так? В том плане, что раз брак настоящий, то и всё остальное тоже, получалось, реальнее некуда.
Ох, и любила я усложнять себе жизнь.
А если вспомнить, что впереди меня ждала первая брачная ночь…
Что-то мне реально страшно становилось.
В уборной никого не было, и
