Свадебное агентство в наследство - Наталья Александровна Буланова

мгновений перевариваю информацию (а она, надо сказать, переваривается труднее, чем Лулушкина кулинария), а потом взрываюсь аплодисментами.

– Вы шикарный чтец!

И кажется, я знаю, кому предложить быть ведущим на свадьбах! Надо только проверить его на стрессоустойчивость и невосприимчивость к дурацким выходкам.

Джинн грациозно кланяется (если, конечно, можно назвать грациозным исчезающее в воздухе существо).

– Завтра жду вас ровно в девять вечера, – напоминает он. – Не опаздывайте.

Что ж, за знания нужно платить. Хоть и не золотом, а своим бесценным временем.

– Спасибо, буду!

И, только выйдя из библиотеки, я понимаю, что забыла спросить: а кто, собственно, был тот загадочный мужчина? Маг? Эльф? Может, друид, который умел превращаться в того самого медведя, которого все так любят упоминать в романтических историях?

Эх, говорила мне бабуля, что свою родословную надо знать. А я все ленилась. Теперь вот разгребаю последствия, как обычно, в самый неподходящий момент.

Ну, хоть джинн хороший попался. А то могло быть и хуже. Например, если бы книгу охранял дракон-библиофил, требующий плату первыми изданиями.

Одно стало понятно: дар в потомках Небесной Свахи не соединял идеальные половинки, а просто стал усиливать те пары, свадьбу которых они организовали.

Преисподняя как-то прознала об этом и обманула бабулю. Теперь «Счастливая пара» – брачная контора плохишей, которые за заслуги увеличивают свою силу посредством свадебок.

По пути домой я сажусь на берегу реки и размышляю. Ловлю себя на ощущении, что рада своей силе потомка Небесной Свахи.

Я все время мучилась от статуса посредственности. Все вокруг такие яркие, полные сил, а я… Я была в классных компаниях только за счет веселого характера и неунывающей натуры. Никогда не показывала, что переживаю из-за того, что мне даже бытовые заклинания даются с боем, а тут вот оно что.

Я не бездарь, не посредственность и не ниже среднего. Я очень даже о-го-го, просто… узкопрофильное о-го-го.

Не хочу работать на Преисподнюю, как бабуля, корячась всю жизнь на тех, кто обвел ее вокруг пальца. Мне хочется задать им жару, утереть нос хитрому деду, который вспомнил о внучке только тогда, когда запахло жареным у него за воротником.

И я все-таки попробую с помощью лавового демона расторгнуть контракт с этой адовой конторой.

Я не сразу замечаю неладное. Сначала, по пути сюда, вижу невероятное количество влюбленных пар. Списываю все на звездопад и сбывшиеся желания, но скоро становится не до смеха.

Вокруг меня все признаются друг другу в любви, делают предложения (даже кошка собаке, да-да!), целуются и обнимаются. А особо страстная парочка троллей только что прошла мимо меня под мост и своими криками любви быстро прогоняет меня с насиженного берега.

Через несколько часов я понимаю закономерность: стоит мне задуматься, как меня начинают окружать парочки, прерывающие мои размышления своими проявлениями любви друг к другу.

Точно убедилась я в этом, когда вернулась в агентство, утонула в своих мыслях и очнулась от громкого признания Юди в любви к Лулу.

Но эти двое всегда держали нейтралитет!

Похоже, это и есть мое новое проклятие. Очуметь просто!

Хорошо, наваждение проходит, как только я возвращаюсь в действительность. И просто отлично, что эти двое не помнят, что происходило.

И тут меня осеняет, что мое новое проклятие может быть моим тайным оружием против Небесной Канцелярии.

Если с лавовым демоном не выйдет, я попробую атаковать их по-другому.

Глава 30

Новое проклятие буквально заставляет меня размышлять со скоростью магической искры – что, конечно, удобно, но очень утомительно. Голова гудит, будто в ней поселился рой особенно настырных волшебных пчел, но зато мы с Юди и Лулу за два дня находим все, что удовлетворяет некислые запросы многоуважаемого Изры.

У жерла вулкана Панфусиофиофора (язык сломаешь! И почему древние так любили все усложнять? Могли бы просто назвать его «Огнедыш» и жить спокойно) мы с помощью каменных големов создаем огнеупорное плато на подпорках.

Столы из темного камня весят как упитанные драконята, поэтому на каждый приходится вешать по облегчающему артефакту.

Зато благодаря этому я узнаю, что праздник организовывается за счет Небесной Канцелярии, то бишь Преисподней, и наш бюджет ограничен только моей совестью.

Она, разумеется, у меня в отпуске. И никак иначе.

– Жарень какая! – Юди обмахивается крыльями, летая, как полудохлая муха в сиропе.

– Жених просил самый жаркий день в году, – отвечает Лулу, расставляя гостевые композиции – клетки с огненными элементалями.

Капли пота капают с ее лица прямо на живые огоньки, и те шипят от возмущения, будто их только что обозвали искорками.

Для их поимки я отдала полсотни золотых одному очень ловкому дракону (который, кстати, тут же проиграл их в кости – но это уже не моя проблема). Транжирить бюджет – так по полной!

«Расширяй границы и властвуй» – вот мой девиз сегодняшней огненной свадьбы.

– Только рассвело, а вы уже жалуетесь, – ворчу я, ловя за уголок пастельную скатерть, которая пробирается на стол молодых. – А это еще что?

Изра очень просил обойтись без пастельных тонов, поэтому чужачку я замечаю сразу. А вот то, что скатерть оказывается с ножками, – сюрприз!

Я перебираю складки ткани, а она хохочет, будто ее щекочут невидимые домовые.

– Заколдованная, – со знанием дела говорит Лулу. – Точно подслушать отправили.

Я нахожу подпаленный угол.

– Кажется, я знаю, кто это.

Дед.

После того как я отказалась от срочного брака, кого он только не подсылал. Мышь, поющую коту дифирамбы (а тот вместо благодарности съел певицу – но это уже детали). Птицу, что восхваляла родственные связи (пока ее не сбил пролетающий грифон – видимо, не оценил гимны семье). Бабушку-ведунью, которая нагадала мне скорую свадьбу и воссоединение с семьей (а потом украла мою любимую ложку – но это опять же мелочи).

Скатерть замирает, когда я тыкаю в нее пальцем.

– Вернись к деду и скажи…

«Деду?» – появляется на ткани надпись повидлом и тут же исчезает.

– А ты не от него?

Тут же вспыхивает новая надпись, и я сразу понимаю, кто истинный хозяин заклинания: «Ты вчера не пришла. Жду сегодня. Это твой последний шанс».

И все это написано клубничным вареньем и красным вином. Ужасное сочетание.

– Передай Шакли, что я не приду. Никогда. Пусть крутится вокруг своей Агнес.

Скатерть взлетает в воздух, расправляется, как театральный занавес перед трагедией, и я вижу новые строчки: «Нетти, приходи. Это очень важно. То абортное зелье дал мне твой дед. Он заставил меня. Есть кое-что важное, чего ты не знаешь о нем…»

Не успеваю я дочитать, как ветер хватает