Санитары - Александр Грохт

— Дня два-три, если повезёт. Может, больше. Мне нужно секвенировать геном, понять механизм действия, найти слабое место патогена. Это сложная работа, Джей. Попробуй пораспрашивать заболевших, может найдёшь что-то общее между всеми случаями…

— Понимаю. Делай что можешь.

Она кивнула, снова надела маску и вернулась к микроскопу.

Я вышел из лаборатории. На улице уже смеркалось. Шеин стоял у входа в свою резиденцию, разговаривал по рации. Увидев меня, закончил разговор и подошёл.

— Ну что, есть результаты?

— Весьма предварительные. Аня говорит, что патоген искусственный. Биооружие, скорее всего.

Лицо Шеина потемнело.

— Биооружие? Но как? Откуда?

— Без понятия. Но ты не образец библейского святого, так что… скорее всего, кто-то по доброте душевной решил тебя извести столь оригинальным способом.

— Кто? У меня нет врагов, способных на такое. Все местные бандформирования я либо уничтожил, либо подчинил. Кто мог это сделать?

Я пожал плечами.

— Не знаю. Может, кто-то из военных? Или… скажи мне, а что случилось с лабораторным комплексом «Меднанотех» здесь? И с выжившими сотрудниками?

Шеин выругался.

— Что что… а сам как думаешь? Благодаря тебе и твоим корешам я дёрнул сюда практически с голым задом. Мне нужны были ресурсы.

— Что, ты их тут грохнул всех?

— Тех, кто выжил — да. Заставил открыть это дерьмо и грохнул. Но тут ничего такого не было, это была больше техническая база. Оружие, техника да, но всё обычное. До компьютера мои специалисты не добрались, слишком всё запаролено. Я знаю, что у них на этой базе были секретные проекты — Филимонов проболтался как-то. Но в начале катастрофы их всех эвакуировали отсюда.

— Ну, у меня иных идей нет. Но если хочешь лекарство — нужен источник заразы.

— Нужно найти место, где заразился первый. Но он уже давно мёртв. А мои ребята откровенно боятся заходить в больницу.

— И не зря, — я решил чуть посильнее сгустить краски. — Анька утверждает, что патоген заражает почти что сто процентов тех, кто контактирует с больными без защиты.

Шеин побледнел, что-то про себя подсчитывая.

— Не, вроде я не заразился. Ладно, какой у тебя план?

— Аня говорила про воду. Все заболевшие пили воду из колодцев.

— Проверили колодцы. Чисто.

— Тогда не знаю… поеду, поговорю с больными. Может, кто-то и расскажет. Других идей просто нет.

Шеин хлопнул меня по плечу.

— Не буду тебе мешать, врачи в курсе, что ты для них сейчас царь и бог. Помогут всем, чем только сумеют.

Я доехал до больницы и запросил нужные мне данные. Николай Петрович дал мне список всех заболевших с пометкой, кто когда поступил. Я начал с тех, кто ещё был в сознании — таких было пять человек. Остальные либо в коме, либо уже мертвы.

Первым я пошёл к мужчине лет сорока, Ивану. Он лежал в палате, бледный, покрытый испариной, но ещё мог говорить.

— Иван, я Джей. Мне нужно задать тебе несколько вопросов. Ты помнишь, когда начал болеть?

Иван с трудом повернул голову.

— Дня… три назад. Сначала голова закружилась. Потом температура. Потом… хуже.

— А до этого? Ты куда-то ездил? Что-то необычное делал? С кем-то встречался?

— Нет. Просто работал. На складе. Разгружали… машину.

— Какую машину?

— Грузовик. Привезли… контейнеры. Целых два. Металлические. Без надписей.

Я напрягся.

— Когда это было?

— Недели… две назад. Может, три.

— И что было в контейнерах?

— Не знаю. Мы просто… разгружали. Внутри были железные ящики. Один… упал. Разбился. Внутри… тонкие такие бутылки, с маслом кажется. Пахло приятно. Петрович, ну… тот, что уронил ящик, сказал, что это парфюмерия дико дорогая, и нам сильно влетит, если спалят разбитую тару.

Вот оно. Первая зацепка.

— И что было дальше?

— Ничего. Мы убрали… осколки. Помыли пол. Всё.

— Кто ещё был с тобой?

— Я ж говорю — Петрович. И Серёга. Серёга уже… умер.

— А Петрович?

— Не знаю. Наверное… тоже.

Я кивнул, записал информацию в блокнот.

— Спасибо, Иван. Отдыхай. Мы найдём лечение.

Он слабо улыбнулся.

— Спасибо…

Я вышел из палаты, нашёл Николая Петровича.

— Доктор, у вас есть пациент Петрович? Работал на складе.

— Да. Он в соседней палате. Тяжёлое состояние, без сознания.

— Понятно. А где этот склад, не знаете?

— Я врач, не грузчик. Ни малейшего понятия, уж простите, — доктор был сама саркастичность. Но мне на его сарказм настолько глубоко наплевать…

Тут с порога одной из палат раздался раскатистый такой, мощный бас:

— Я знаю, где этот склад, сын мой, — говоривший был одет в рясу с накинутым капюшоном. Из-под капюшона агрессивно топорщилась тронутая сединой борода. — Могу даже отвести тебя туда.

— И где же?

— На окраине города. Старый промышленный комплекс.

— Ага… так, а когда сможешь нас провести туда, святоша?

— Ёшкин кот, да хоть сейчас. Или думаешь, я найду более богоугодное дело, чем помочь спасти весь город?

— Тогда, Николай Петрович, выделите святому отцу один из защитных комплектов, я вам потом возмещу.

Я вышел из госпиталя, сел в так и стоявший у ворот УАЗик и, заведя движок на прогрев, принялся ждать странного провожатого. Честно говоря, недолюбливаю я святош. Ну вот не люблю, и всё тут. Иррационально, так сказать. Но сейчас не до жиру, быть бы живу. Это первый реальный след. А тратить полдня на поиски некоего склада только потому, что я не знаю город — план не фонтан.

Святой отец выскочил почти что бегом из здания и, быстро сориентировавшись, плюхнулся на пассажирское сиденье.

— Погнали, что ты сидишь-то, парень!

— Так куда?

— Да ты пока вперёд езжай, я дальше пальцем ткну, — усмехнулся святоша.

— Ну, как скажешь.

Я выжал сцепление и в быстром темпе начал разгоняться. Автомобиль устремился к северной городской окраине.

Навигатор из отца Николая, а именно так и звали святошу, был превосходный. Мы ни разу не заплутали и как по ниточке приехали на вполне себе классический складской блок. Понятное дело, что ворота были закрыты. А охрана спала и в ус не дула. Но тут уж я расстарался. Перепрыгнул с крыши «козла» через ограду и самостоятельно отпер их.

УАЗик въехал на склад, как к себе домой. Ни одного следа охраны, всё как вымерло. Промышленный комплекс, во дворе которого и стояли эти склады, был заброшен уже давно —