Контракт с грядущим 1 - Михаил Никитич Ишков

далекой планете Хорд, что есть правда, а что есть кривда, вот тогда передо мной забрезжил слабый отголосок исхода.

Это случилось в тот самый день, когда мой отлитый из бронзы скелет, местные жители или поселяне, как называла себя раса, обитавшая на Хорде, поставили в маленьком провинциальном городишке, расположенном на одном из материков планеты. В нем оказались сосредоточены те, «кто обречен жить долго». Так была устроена их генная структура. Я как бы стал их небесным покровителем.

Наступило молчание.

Принц отважился спросить:

– А теперь?..

– Дали надежду… Надежда крепнет. Уже не просто пойди туда – не знаю куда, принеси то – не знаю что…

– В чем надежда?

– В догадке, – многозначительно сообщил дед и неожиданно улыбнулся. – С чем ты собираешься явиться пред очи своего родственника, чтобы хотя бы на первых порах законно вернуться в королевскую семью? Подарить ему Хирон, ледяной астероид?

– Да.

– И это правильно! Если не считать, что Гордон сделает все возможное, чтобы уничтожить этот подарок, а у него такие возможности есть. Помнишь, астероид Окироя длиной в двести километров обратился в пыль. Я такого никогда не видывал. Если это дело рук Гордона, нам туго придется. И сражения за трон нам не миновать. Ты готов к сражению?

– Да.

– Легковесно отвечаешь. И это правильно! – еще раз поддержал его дед. – Только узнать, в чем секрет Гордона?

– Этим делом занимается Мишаня.

– Пусть даже так. Этот кого хочешь расколет и так победу опишет, что лучше некуда. Даром, что ли, его из небытия возрождали? Только вот вопрос – что я, скудный умишком ветеран, получу в награду?

Тута отрицательно покачал головой:

– Не знаю.

– Смерть! Гарантируешь?

– Даю слово.

Глава 6

Следующим пунктом нашей с Нефертари ознакомительной поездки по поверхности Меркурия была походная аркология профсоюза Танцоров. Она была составлена из множества транспортных средств – от гигантских транспортеров до мелких разведывательных и охранных БТР. Туда мы отправились на вездеходе Путупхеты, который поджидал нас в келейном городе космопорта Нехебтауна.

Отправились вчетвером вместе с Мурком.

Когда мы выбрались на поверхность планетоида, сквозь узкие продольные иллюминаторы нам открылся пугающий пейзаж Меркурия.

За несколько веков Танцоры сумели привести в приличный вид отведенную им зону терминатора. Отсюда, плотно вцепившись в крепкие, не поддающиеся самым критическим нагрузкам скальные породы, они по мере необходимости отправлялись к уже изученным карьерам, подземным шахтам или к богато усыпанным полезными ископаемыми каменным, слегка выровненным полям.

…Мы двигались в ночь.

Безжалостный, непомерно широкий диск Солнца почти наполовину погрузился в причудливо изрезанный горизонт. На глазах застывали в своих руслах металлические реки, и в лучах закатного, на глазах багровеющего светила твердеющие потоки минералов начали посверкивать цветами побежалости. Превращались в камни оплывшие валуны, шелушились скалы-останцы.

Вездеход все глубже погружался в сумерки. Путупхета включила фары, и рубанувшие полумрак лучи света уперлись в каменистую почву.

Трудно поверить, но за все время после встречи с Нефертари она не сказала мне ни слова.

Присматривалась?..

Я тоже не лез с вопросами, только осторожно поинтересовался у Нефертари, куда мы едем.

– К Эбену Мюлузу, главе профсоюза Танцоров, – промолвила она.

Внезапно из сгустившейся темноты выполз широкий провал, по которому струилась извилистая река расплавленного свинца, и Путупхете пришлось резко повернуть руль. Когда мы объезжали ущелье, в этот момент вездеход едва не налетел на отвесную стену, круто уходящую вверх, в черное звездное небо. Скала высотой в несколько сотен метров как бы нависала над окружающей равниной, и край солнца еще теплился в промежутке под ее вершиной и уступами рельефа.

Путупхета осторожно приблизилась к нависавшему подножию скалы, закрывавшей три четверти небосвода.

Здесь притормозила и подала голос.

…голос у нее был резкий. Я бы назвал его крикливым. Она сообщила, что вместе с Мюлузом намеревается посетить Меркурий-прайм, где скоро должен собраться Конституционный совет королевства Солнца, на котором обязан присутствовать принц Тутанхамон как попечитель профсоюза Танцоров.

Она обратилась ко мне:

– Принц Тута готов принять участие в заседании Конституционного совета?

– Судя по сообщениям охраны, он уже летит в сторону Меркурия.

– А ты? – поинтересовалась Путупхета. – Ты как-никак являешься послом из прошлого.

Я пожал плечами.

– Этот вопрос будет решать принц.

– В таком случае для понимания местной политики, – с прежней резкостью и на повышенных тонах продолжила она, – тебе следует побольше узнать об устройстве власти на Меркурии.

– У тебя есть санкция на подобную откровенность? – на всякий случай поинтересовался я.

Нефертари сказала:

– По статусу Путупхета как дочь председателя профсоюза Мюлуза является законной невестой принца, однако Гордон сумел от нее избавиться, когда отправил принца в военную академию на Марсе.

Путупхета решительно прервала подругу.

– Внутренняя политика королевства Меркурий определяется советом. У каждой аркологии есть квота на голоса в зависимости от густоты населения. Вопросы планетарной важности решаются голосованием большинства. Король-Солнце ведает всей внешней политикой и торговлей и выступает арбитром при спорах между аркологиями. При их финансовой поддержке он содержит космический флот, который обеспечивает безопасность планеты, пресекает контрабанду и поддерживают связь с дальними колониями.

Я удивленно заявил:

– У Меркурия есть свои колонии?

Путупхета словно не услышала моего вопроса. Она продолжала вещать:

– …профсоюзы и аркологии выплачивают налог на содержание флота, таможни и планетарного торгового кооператива, торгующего всеми товарами Меркурия, предлагая лучшие цены на открытом рынке. Эта системе была устроена еще во времена Балама Первого и без сбоев просуществовала более двухсот лет, однако в последнее время, после того как власть захватил Гордон Гавилан, начались проблемы.

На Меркурии не всем нравится царствование Гордона Гавилана. Он старается подмять под себя все больше и больше властных полномочий. Теоретически свергнуть его возможно, если все профсоюзы и аркологии проголосуют против короля. Тогда Гавилану конец, однако практика показывает, это практически невыполнимо.

Музыканты обычно голосуют за Танцоров, Шахтеры почти всегда поддерживают нас. Пещерники и колейные Города-аркологии прочно связаны с королевской властью, поскольку по закону Короли-Солнце ведают складированием, оборотом и транспортировкой всех товаров с поверхности планеты. Правда, статус городов немного отличается от этой схемы. Эти поселения состоят в кооперативе по доброй воле и при желании могут выйти из него. Например, Садки по конституции имеют право развивать собственные рынки и продавать известную долю товаров вне кооператива.

Некоторые из них, особенно Меримде и Хеменуорг, требуют свободной торговли, как будто это панацея от всех бед. Они забыли, как обстояли дела на заре нашей цивилизации, когда каждая аркология торговала сама по себе, а крупные коммерсанты с Марса сеяли меж ними раздор, чтобы сбить цены.

Нехебтаун и Меримде располагаются в