Сын помещика 7 - Никита Васильевич Семин

К тому же он был старше меня. Павлу около семнадцати лет. Спокойный, рассудительный. Помню его еще с первой встречи, когда только знакомился с Невеселовыми.

— Ну что вы молчите⁈ — не выдержал я.

— Я не буду привлекать сына, — тихо, но твердо ответил мужчина. — Отдам вам задаток, и ищите другого архитектора.

— Может, тогда еще подскажите, где? — язвительно спросил я.

Тот с трудом поднялся и подошел к двери.

— Клавдия! — крикнул он. И когда подошла его жена, приказал. — Отдай господам сто рублей задатка, что они мне положили за работу.

Женщина на этих словах снова едва не расплакалась. Но спорить не стала. Я же чувствовал себя мерзко. Словно обворовываю их семью в тяжелый период. Не выдержав, я прошел за женщиной в спальню, где она хранила деньги, и потребовал ответов.

— Ни за что не поверю, что дело просто в переломе, — заявил я ей. — Рассказывайте, что на самом деле произошло?

Невеселова вся задрожала от страха, а потом не выдержала и разревелась, рухнув на колени на пол.

— Успокойтесь, — присел я рядом. — И говорите.

Пусть не сразу, но она заговорила.

— Антон заказ взял у одного господина на проект какого-то завода или лавки. Я в том не разбираюсь. А он ведь в городе один, кто таким занимается. Остальные или берут втридорога, или же нос воротят — мол, учились не просто так, надо обязательно разные украшательства добавить. Что тоже поднимает цену. Вот все к Антону моему и идут, когда нужно что-то простое сделать и быстро. А тут… тут… — стала она вновь всхлипывать. — К нему один купец пришел. И пригрозил, что если он не откажется от работы, то плохо ему будет. Пожалеет о том. Антон не внял. И вот тогда-то его подкараулили и… — опять ударилась она в слезы.

— Почему же вы в полицию не пошли? — удивился я.

— Купец тот цыган нанял, — размазывая слезы по лицу, рассказывала женщина. — И они пообещали, что если Антон не поймет и тем более в полицию побежит, они Максима украдут. Или Павла. Или обоих сразу. А вы же знаете цыган, эти могут. Сколько они детей скрали? Молва ходит, что без счета. Заказ тот от господина срочный. Антон и ждет, когда тот сам его отзовет. Так те цыгане еще и насмехались, мол, у него и причина появилась — отказаться. Помогли вроде как принять правильное решение.

— А господину этому рассказать он тоже по этой причине боится?

— Да, — закивала Невеселова. — Да и смысл? Разве ему есть дело до наших бед?

Вот тут я с ней не был согласен. Раз так этому неведомому господину проект завода или чего он там запросил нужен, а купец — его конкурент, раз на такой поступок пошел, то он бы впрягся.

— Мне нужно имя того господина, — сказал я.

— Нет, даже не просите, — замотала головой женщина.

— Вы поймите, — стал я ее уговаривать, — если им сейчас укорот не дать, то они в следующий раз сами придут. Без всякого купца за спиной. И начнут вам руки выворачивать, чтобы вы деньги им стали нести. Знаю я такую породу, пока в зубы не получат, не угомонятся. Вы хотите жить постоянно в страхе?

Женщин закачала головой.

— Тогда позвольте мне вам помочь. Это и в моих интересах. И если боитесь за детей, то я могу их на время у себя приютить. Пока разбирательство идти будет.

Решать проблему надо. Тем более раз со слов Клавдии Викторовны иного архитектора найти будет сложно. Вряд ли она врала. Не в том состоянии сейчас находится.

Женщина заколебалась. Было видно, что она боится не только цыган, но и мне до конца не доверяет. С другой стороны — я уже не в первый раз делал заказ у Антона Антоновича. И всегда исправно платил по счетам. Вот как недавно за проект гостевого дома. И муж ей мог о том рассказать, но меня она точно видела неоднократно.

— Боюсь, мы не сможем вам отплатить, — покачала она в итоге головой.

— Мне нужен мой проект, — со сталью в голосе сказал я. — И платой вашей семьи будет его выполнение, когда разберемся с этими разбойниками. И задаток оставьте себе, — кивнул я на деньги, которые она хотела вручить по приказу мужа. — Так вы скажете мне имена? Того господина, чей заказ обязался выполнить Антон Антонович, и того купца, что натравил на вас цыган?

— Хорошо, — выдохнула Клавдия Викторовна. После чего продиктовала мне два имени. — А Павла с Максимом вы и правда можете к себе взять? — встрепенулась она.

— Да, — подтвердил я свои слова. — Они могут прийти сегодня ко мне.

И уже я назвал ей свой адрес. С чем мы с отцом и покинули семейство Невеселовых. Сегодня они как никогда раньше соответствовали своей фамилии.

— Зачем ты встреваешь в это дело? — спросил меня отец, когда мы уселись в бричку.

Я же в этот момент оглядывал улицу, стараясь с одной стороны заметить наблюдателя, если цыгане его поставили, а с другой — не показать своего интереса к этому делу. И как мне кажется, одного срисовал. Уж слишком внимательным взглядом меня проводил один мальчишка. Хотя может я и не прав, и тот просто ждал — подзову я его или нет для поручения. Таких десятки бегает по городу, сам не раз пользовался их услугами.

— Нам он нужен. Вон и проект лесопилки он нам делал. И гостевой дом. А если нам еще что понадобится? К кому идти?

— Архитекторов хватает, — пожал плечами папа.

— Вот только Невеселов нас не подводил. Кто поручится, что с другим человеком удастся сработаться? К тому же — тебе разве самому по нутру то, что какой-то купец себе позволяет?

— Помогая ему, ты ставишь под удар себя, — недовольно проворчал отец.

— Волков бояться — в лес не ходить, — отмахнулся я.

Хотя на деле был не так беспечен, каким старался выглядеть. Ситуация напрягала. И я понимал, что папа прав. Поэтому прежде чем бросаться в бой, я хотел выяснить все что возможно об этом купце и его противнике. Для чего думал навестить Марию Парфеновну. А вечером, когда заскочу с Волошиным о барабанщике поговорить, еще и у него спрошу.

Время было к вечеру. Еще не поздний час, но солнце уже стало ближе к горизонту катиться. Поэтому с планами посетить госпожу Аверьянову сегодня пришлось проститься. Может, и к лучшему. Вернувшись домой, я отправил Тихона договориться с ней о встрече на завтра. Спросить, готова ли она