Кровавый восход - Анастасия Морготта

Добрались и мысли, что я просто тело, выставленное на продажу. Я проглотила неприятную боль в сердце. Мириться с этим не хотела, но особого выбора нет.

Вернувшись к месту, смерила взглядом советников, что без интереса разглядывали уже совершенно другие бумаги.

— Мне хотелось бы уточнить условия брака.

Послы отвлеклись и переглянулись. Брат глубоко вдохнул. Видимо здесь очень много подводных камней.

— Для начала ваша личная неприкосновенность до брака, если же вы этого сами не пожелаете. Так же полный переход ваших личных владений мужу после свадьбы. Ну и при смерти одного из супругов, конечно же не по вине второго, вдовец или вдова должны будут носить траур двадцать три года.

Голова заболела от такого преизбытка непонятной информации. У меня есть лишь три варианта — он состоит на государственной службе, последний из своего рода или вообще хранителем называет себя.

Да и скорее всего они идиоты и принимают меня за бессмертную, ведь больше двадцати лет траура — это почти вся жизнь. Вот если он умрет от ранения, а мне будет всего тридцать, это получается я останусь одна на всю жизнь.

Прокрутив все условия в голове, я пыталась найти пару-тройку уязвимых мест, но информации о соглашении было мало. Брату виднее было бы, как можно обойти такой документ. Я, со своей необразованностью в законах и правах здесь гожусь только в дураки.

— Так же спешу сообщить, что из-за отсутствия или не проявлении магии в браке, семья жениха выдвинула условие.

Выпучив глаза, уставилась на мистера Вана.

— Какое? — с предательской озадаченностью уточнила у мужчины.

— Если она все же не проявиться, то за пределы вашего будущего дома вам выходить нельзя. В угоду вашей безопасности.

— Это мне всю жизнь в четырех стенах провести?

— Мой друг имеет ввиду, что земли, на которых расположен ваш будущий дом, не стоит покидать без спроса главы семьи.

Я перевела взгляд на Эрдана. Он непреклонно наблюдал за моей реакцией и оценивал поведение. Слишком расчетливый. Ждет момент, чтобы вмешаться, или ищет слабые места? Да и почему не отстаивает права нашей семьи.

Не знаю, прочитал мои мысли брат, или в нем заиграл живой интерес, но его желание вмешаться в дела меня поразило.

- Кому же выпала честь стать супругом моей сестрицы?

Мистер Ван посмотрел на брата с презрением. Я тоже обернулась к Эрдану. Возможно на-то есть причины, но оправдывать его не хотелось.

Мужчина, сидевший в кресле, встал и поднес ко мне некую книгу. «Северные. Первый порядок». О всевышний. Я легко поддела форзац и открыла первую страницу. «Древо Соган. Высший род севера.».

Если бы подомной был стул я бы определенно села на него. Семья Соган были первыми Высшими и так и оставались ими уже в течении нескольких сотен лет. Но… почему я? Не дара, не способностей. Не особого происхождения. Точно не их вариант.

— Вы ничего не путаете? Они хранители, я обычная девушка. В чем причина их интереса моей личностью?

— Это их личные причины, которые они не раскрывают. — проговорил со спины господин Шевар, который то и дело мерил колким взглядом Эрдана. Что происходила за моей спиной, я не знала, но хватило пару шепотков, чтобы по спине прошлись неприятные мурашки.

— Пожалуй, вам есть что обсудить. — господин Шевар прочистил горло, привлекая внимание мистера Вана. Тот ему кивнул. Послы вышли из кабинета, оставив нас на едине. Брат молчал, даже не удосужившись посмотреть на меня.

— Что все это значит?

Эрдан обнял меня и положил голову мне на макушку в своей манере.

— Как я понял, отец видел в них выгодных сотрудников в торговом деле и заключил сделку. Прости, я тогда был бессилен…

— Я была уже в оковах — На глазах начали наворачиваться слезы. Слезы горечи и обиды. Меня просто поставили перед фактом. — Почему не рассказал раньше? Ты же наверняка знал об этом и позже.

Эта сделка была заключена давно, и теперь требуюсь только я для полноты картины. Одно, «но» засело в голове — зачем сюда приехали государственные послы с кучей стражи, если можно было прислать лучших купцов или того же главу рода Соган для подписания пары бумаг.

— Я не мог сказать тебе об этом. Отец просил молчать. Мне жаль, что приходиться выкладывать все перед тобой вот так.

В голове были мысли, что отец любил меня своеобразно. Но отдать маленькую дочь в руки высшим — это надо додуматься. Слезы медленно скатились по щекам. В неведении девятнадцать лет. А ведь они могли мне рассказать…

— Мы надеемся вы все уладили, — двери скрипнули, сообщая о входе послов в помещение — в коридоре стоять не в наших обязательствах… Ну что, каков ваш ответ, леди Дарм?

Вопрос был риторическим. Здесь ничего кроме «да» быть не могло. Хотя я и понимала все риски, это было заключено давно. Отказ равносилен — взять силой или отложить на потом. Но почему-то тешила мысль, что избежать этого всего возможно.

— А если я не дам своего добровольного согласия на брак?

Мужчины переглянулись. Господин Шевар пожал губы. Мистер Ван сделал шаг назад и протянул руку, якобы уступая дорогу господину Шевару.

— Тогда леди Дарм, прошу меня простить, но либо вы будете сосланы в монастырь под Эрхиомом, либо выданы замуж силой.

Я поперхнулась слюной.

— Таково условие высшего рода. Так как договор заключился на кровной основе, то факт расторжения не предусматривался.

— Но почему монастырь, а не родительская усадьба?

— Это исключит шанс на другое бракосочетание. То, что вы сейчас не замужем за наследником, еще не значит, что высший род не имеет прав на вас в данный момент. В договоре указано, что родителям жениха переходят все права на невесту в преддверии свадьбы и непосредственно после нее.

Эрдан смотрел на меня выжидающе и немного нервно, передирая рукав рубашки. Я сглотнула. Меня ставят перед фактом, я даже не могу понять, зачем вообще нужно мое присутствие, если все уже решили.

— Что от меня требуется?

В комнате повисло молчание. Мужчины вновь переглянулись в сторону брата, а после предоставили перо и бумаги.

— Я надеюсь, у вас чистые мысли. Вы понимаете, что при любой попытке противостоять договору, вы будете обречены на казнь, либо, полагаясь на милость рода, понесете другое наказание.

Кивнула и мельком взглянула на брата. Его глаза сияли, и меня это радовало. Может так я пойму, на что он шел все эти годы ради меня.

— Если так, то вы должны подписать эти бумаги по вашей свободной воле, леди.

Дальше все