Назову себя шпионом - Евгений Иванович Таганов
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Вволю накупавшись, вернулись на виллу. Зацепин с Зоей и Луцией готовили стол и барбекю, Мария не отлипала от Веры, а мать с сыном, уединившись за домом среди лимонов и мандарин, продолжали разговор о своем о шпионском. Выяснилось, что она вовсе не двойной агент, а переговорщик между двумя секретными службами сугубо с кубинской стороны, а дядя Петя по ее требованию переговорщик с российской стороны.
Потом их позвали к столу. Бутылка «Командарии» и литр «Метаксы» под ягнячьи ребрышки, козий сыр и маслины улетали только так.
Из-за выпитого решено было в отель не возвращаться. Зацепина с Зоей уложили на безразмерном диване в гостиной, а молодежь отправили в крохотную спальню для гостей.
3
Двуспальная кровать в гостевой оказалась жутко скрипучей, и интим у них получился «медленным и печальным». Вера не поддержала его шуток по этому поводу, зато по окончании, чуть отстранившись и привстав на локте, прокурорски потребовала:
— Почему я?!
— «Почему я» что? — притворился он непонятливым.
— Почему я? — повторила она.
— Потому что ты самая начитанная.
Удар по ребрам получился чувствительным, в этом деле Вера уже стала профи.
— Ну?
— Потому что хочу нарушить всю твою жизненную гармонию.
— Ты ее уже давно нарушил. Почему я? — И новый толчок.
— Потому что ты своим аспирином спасла мне жизнь. — Это было напоминание о первой их встрече в поезде Москва — Санкт-Петербург. — Я не был тогда простужен, просто в моем боку, по которому ты все время колотишь, сидела пуля.
— Опять врешь? — не поверила она.
— Но какая красивая романтичная ложь! Что еще бедной девушке надо?
— Бедной девушке нужна правда.
— Точно нужна?
— Точно.
— Сегодня в аэропорту в очереди на пограничном досмотре, помнишь, стояла девушка в туфлях на каблуках? Я смотрел на ее яркие губы и думал…
— Я не эту правду имела в виду, — запротестовала Вера, сильно схватив его за руку.
— Ты была сегодня молодец, — похвалил он. — Дядя Петя весь мне обзавидовался.
— Правда? — простодушно повелась она. — Но я ничего такого не делала.
— Ты органично во все вписалась, этого более чем достаточно.
— А ты смотрел со стороны и все оценивал.
— Естественно. Любовь, конечно, штука хорошая, но если мне из-за тебя будет неловко перед людьми, которыми я дорожу, я с корнем вырву тебя из своего сердца.
Минуту она пристально разглядывала его в лунном свете.
— Но ты ведь это сейчас пошутил? Скажи: пошутил?! Мне что, всегда ходить и оглядываться и каждое свое слово взвешивать? А они знают о твоих криминальных делах?
— Тише говори, — предостерег он. — Для них я разработчик коммерческих сайтов.
— Я слышала, как ты со своей тетей говорил не только на английском, но и на испанском. Но ты же в инъязе не учился? Тогда откуда?
— Теперь я учу еще и финский. Представляешь, какое счастье тебе привалило?!
— Ну, Алекс. Будь хоть немного серьезен. Как можно общаться с человеком, про которого ничего не знаешь. Полгода назад это было даже интересно, а сейчас я всякий раз чувствую себя страшно униженной. Ты ведь и про меня ничего никогда не спрашиваешь. Почему? Даже отчества моего не знаешь, ведь так?
Как хотелось сказать, что в среде, где все про тебя раскапывают до седьмого колена, просто праздник не знать про близкого человека абсолютно ничего. Но ведь не скажешь!
— Мне важен получившийся результат, а не то, как этот результат получился. У нас в классе один преподаватель как-то сказал: человек может двадцать четыре часа в сутки рассказывать о своих мыслях, чувствах и желаниях, но все равно не выскажет и десятой части того, что у него есть за душой.
— Получается, что ты не только отвергаешь всю мою прежнюю жизнь, но не даешь и как следует жить твоей жизнью. Хочешь, чтобы во мне все контакты перегорели? Ты же обещал меня встроить в свою жизнь, ну так встраивай.
— Зря я тебя похвалил. Быстро меняй тему. Неужели больше ничего не хочешь у меня спросить?
— Хочу!
— Ну давай. Только не о прошлом.
— Ты талантлив?
— Че-го?! — даже слегка опешил он.
— Ты талантлив?
— Стихи не пишу, музыку не сочиняю, картины не раскрашиваю.
— Ну, а в чем-то другом ты талантлив? На компьютере или как?
— Нет, ты все-таки со своим прибабахом. Откуда такой вопрос?
— Понимаешь, то, как ты ведешь себя в отношении меня, может позволить себе только очень талантливый человек, и я могу это позволить только такому человеку.
Вдруг он открыл рот и замер.
— Что с тобой?
Вместо ответа Алекс вскочил на ноги, натянул трусы и запрыгал на полу.
— Придумал! Придумал! Вера, я придумал!.. Я молодец у тебя, правда?!
— Люди спят, — испугалась она. — Что придумал?
— Классную вещь! Я у тебя гений! Ты не согласна?
— Согласна. А что придумал? Насчет нас?
— Ну, Вер, какая ты прозаичная. С нами все давно придумано. На двадцать лет вперед. А тут такая вещь.
— Ну так расскажи.
— Не, пока не могу. Надо ее еще как следует обдумать.
В тесной комнате места для хождения не было. Тогда он снова лег и жестом попросил его не касаться.
— Тихо, тихо. Не спугни мое озарение. Насчет моей талантливости все в порядке.
— Я и не сомневалась. — Вера чуть повозилась, потом все же уткнулась носом ему в плечо и через двадцать секунд уже крепко спала.
Он лежал и обдумывал внезапно явившееся ему озарение о «Скорпионах»: похоже, на миллиард баксов он Штаты все же обует.
4
О кипрском вояже своего фабзайца Стас узнал лишь на седьмой день после отъезда Алекса в Москву. До этого инструктор дважды звонил в учебную часть института, получая успокоительные ответы: «Да, документы Копылова все оформлены», «Да, экзамен по экономической информатике Копылов сдал». Третий ответ был не такой уверенный: «Не знаю, мне насчет этого экзамена надо посмотреть ведомость», а четвертый и вовсе озадачил: «Кажется, Копылов третий экзамен не стал сдавать». При этом оба мобильника Алекса все время глухо молчали, на эсэмэски тоже не реагировали.
Как следует почертыхавшись, Николай Григорьич нашел тверской номер
