Дроу для мести - Оливия Грош

значение только убийство ее семьи, а я дроу, который был там. Кажется, этого было достаточно для алтаря.

– Это не полный ответ, – спокойно сказала жрица, – но я приму его. Ты знаешь, что значит служить жрице?

– Меня готовили к этому, но я не успел выучить ваш язык, госпожа.

– Это не самая большая проблема, многие стражи не знают язык или знают не тот, – она улыбнулась каким-то своим мыслям.

Зан посмотрел на нее внимательнее. Ее вопросы и поведение были странными. Она не подходила на иномирянку, только что попавшую сюда и изучающую правила. Он ошибся? Чего-то не знал?

– Госпожа, сколько времени я был без сознания? – осторожно спросил он, проверяя границы дозволенного.

– Чуть больше суток. Тело исцелилось от прикосновения белого пламени, но душа…, впрочем, это уже не важно, – она снова улыбнулась. – Ты уже отмечен, так что ты в любом случае будешь стражем. Это не изменить. Но вопрос в том, готов ли ты к этому?

Зан опустил взгляд, неуверенный стоит ли отвечать на этот вопрос. Рядом с этой женщиной он чувствовал себя юнцом, не понимающим мир. Неприятное ощущение.

Он снова посмотрел на свою руку. Рисунок был белым. Но сама сложная вязь линий осталась прежней. Это все еще был след той самой брачной клятвы, что он так опрометчиво дал Лавинии. Надеялся пережить человечку. Пережить жрицу тоже реально, но куда менее вероятно. Жизнь жриц, поддерживаемая Пламенем, могла быть и дольше, чем жизнь обычного дроу.

– Что ж, если ты не хочешь меня спросить о чем-то …

– Что случилось с моей госпожой? – выпалил Зан.

– С той, что положила тебя на алтарь? – на лице жрицы появилась злость, мешающаяся с отвращением. – Нам не известно. Она пропала прежде, чем явилась жрица и исцелила тебя.

Зан закрыл глаза, стараясь смириться с этим. Пропала. Ему не позволено даже узнать жива ли она. Столько усилий он приложил, чтобы спасти эту девушку. Он на самом деле хотел быть с Лавинией. И все бездну! Пламя никого не отпускает. Не стоило и пытаться избежать его касания.

– Но это ведь к лучшему, – продолжала жрица. – Ты будешь жить. Полагаю, самое время тебе познакомиться с твоей новой госпожой.

Зан резко открыл глаза. Так значит он ошибся и принадлежит другой жрице? Это у них такие испытания для слуг?

Дальняя дверь снова открылась. В нее вошла хрупкая черноволосая девушка в белом платье. Зан боялся моргнуть и не верил своим глазам.

Это была Лавиния. Но какая-то другая. Холодная. Спокойная. Она смотрела на него как на незнакомца.

– Он не сможет тебе навредить, милая, – первая жрица теперь обращалась к Лавинии, – он умен и уравновешен. Но ты не обязана воспринимать его как мужа.

– А если я захочу? – голос Лавинии был таким же холодным и спокойным как и ее лицо.

– Ну… – рыжеволосая жрица расплылась в довольной улыбке, – никто тебя не осудит, Лави. Развлекайся, он весь твой!

Она приятельски хлопнула Лавинию по плечу и покинула комнату.

Ореол ее силы рассеялся, и пространство заполнила другая, новая сила, которая как ураган окружила Зана, едва не сбивая с ног. Но она не казалась чужеродной, наоборот, она очень походила на те искры, что Лавиния посылала в его тело, когда хотела помочь его ранам затянуться.

– Лавиния? – собственный голос показался Зану испуганным, надтреснутым, слишком низким и опасным. Хотя у него не было никакого желания пугать девушку, кем бы она ни была.

Она обернулась на дверь, убедилась, что та закрыта и резко вся расслабилась, ее плечи опустились, руки задрожали, на глазах выступили слёзы и ее затрясло от начинающейся истерики.

Зан шагнул к ней, прижимая к себе, не думая – его это Лавиния или уже какая-то другая. Все внутри требовало защитить ее, помочь.

– Я так рада, что ты жив, Зан! Ты не представляешь, как я испугалась!

Ее маленький кулак стукнул его в грудь, почти с той же яростью, с какой она била его, когда узнала, что он был в ее деревне.

– Как ты посмел залезть на алтарь? Как тебе вообще такое в голову пришло?

– Лавиния, это все еще ты? – он чуть отодвинулся, чтобы заглянуть ей в глаза.

Они посветлели. Все еще были серые, но теперь больше походили на толстый лед, способный выдержать что угодно, но под которым видно темную воду в глубине.

– Я, – как-то неуверенно ответила она, – и не совсем я. Мне пришлось притвориться…

– Жрицей? – вот теперь он не на шутку испугался за нее. Обхватил лицо ладонями вглядываясь в слишком светлые почти незнакомые глаза, стирая большими пальцами слезы с ее щек.

– Нет, – она совсем по-детски шмыгнула носом, осторожно высвободившись из его рук, села на диван и поманила его за собой.

Зан не был уверен кто ей сейчас нужнее – партнер или раб. И какую роль ему теперь нужно играть. А еще он опасался, что вернется рыжеволосая жрица или служитель храма. Или кто-то еще. Притворяться он умел отлично. Поэтому скользнул на пол к ее ногам, обнял ее колени, поймал руку и положил ее ладонь себе на щеку.

– Это все еще я, госпожа моя, твой Зан'тал, – прошептал он, – расскажи мне, пожалуйста.

– Я не провела ритуал, Зан… Я просила Пламя спасти тебя, – она наклонилась, запустила руку в его волосы. Зан растерянно отметил, что кос на голове снова не было. – Вместо этого Пламя дало мне то, чего я хотела столько лет. Открыло всю правду о жрицах. Обрушило на меня столько знаний! – она зажмурилась и снова заплакала, – я видела… я пережила сотню смертей других жриц. Оказывается, у жриц есть коллективная память… избирательная… но… теперь я знаю слишком много! Я могу легко притвориться, и я теперь не понимаю, что осталось от меня самой! Чужие воспоминания… многие ужаснее моих собственных. Мои прошлые обиды и страхи кажутся ничтожными в сравнении! Но это была моя жизнь!

Слезы безостановочно текли из ее глаз. Зан хотел что-то ответить, но ей явно нужно было выговориться.

– Ты был прав, жриц призывают. Пламя сделало исключение для меня… И еще для нескольких…