Клуб мертвых - Шарлин Харрис

был в пятнах моей крови и ошметках ткани, – я вытащила его из мусорной корзины и унесла с собой. В конце концов, я была уверена, что смогу с его помощью причинить вред.

Небо стало немного светлее, но на лицо упали первые капли дождя, и я уверилась, что темнота продлится еще немного. Я прокралась к гаражу – конечно, это выглядело подозрительно, но я просто не могла заставить себя уверенно шагнуть к двери. С учетом гравия, которым была засыпана дорожка, сохранить тишину было почти невозможно, но я все равно старалась ступать легко.

Я приложила ухо к двери и прислушалась, пользуясь усилившимися чувствами. Я ничего не уловила. По крайней мере, я поняла, что внутри нет людей. Медленно повернув ручку, я толкнула дверь и вошла в комнату, после вернув ручку в прежнее положение.

Деревянный пол был покрыт пятнами. Запах стоял ужасный. Я сразу поняла, что Рассел и раньше использовал эту комнату для пыток. Билл был в центре комнаты, привязанный к стулу с жесткой спинкой серебряными цепями.

Спутанные эмоции, незнакомая обстановка, все случившееся в последние дни – все отошло на второй план. Я почувствовала, что мир внезапно сделался четким.

Все стало ясно. Вот Билл. Я спасу его.

И после того, как я хорошенько рассмотрела его в свете одинокой лампочки, свисающей с потолка, я поняла, что действительно сделаю все, чтобы спасти его.

Я не могла себе представить ничего настолько страшного.

Под серебряными цепями, которыми он был опутан, виднелись следы ожогов. Я знала, что серебро причиняет вампирам непрекращающиеся мучения – именно их Билл сейчас и испытывал. Его жгли – и другими способами тоже – и наносили порезы. Больше порезов, чем он мог исцелить. Его морили голодом, ему не давали спать. Теперь он ссутулился, и я знала, что он пользуется любой передышкой, какую предоставляло отсутствие мучителей. Его темные волосы слиплись от пролитой крови.

Из комнаты без окон вели две двери. Одна, справа от меня, открывалась в спальню или вроде того: в щель между дверью и косяком я видела несколько кроватей. На одной из них раскинулся полностью одетый мужчина – один из оборотней, вернувшихся с ежемесячной пробежки. Он храпел. Вокруг его рта подсыхали темные пятна, которые мне не хотелось разглядывать. Я не видела оставшейся части комнаты и не могла быть уверена, что в ней нет никого больше. Было разумно предположить, что оборотень там не один.

Дверь в задней части комнаты вела вглубь гаража – возможно, к лестнице на второй этаж. Я не могла позволить себе проверить. Я остро чувствовала, что мне нужно торопиться, нужно вытащить Билла как можно быстрее. Меня трясло. До сих пор мне сопутствовала невообразимая удача. Нельзя было надеяться, что она меня не оставит.

Я сделала два шага к Биллу.

Я знала, что он почуял меня. Что он понял, кто здесь.

Он вскинул голову и уставился на меня. Грязное лицо осветилось мучительной надеждой. Я прижала палец к губам; тихо подкравшись к открытой двери в спальню, я очень, очень осторожно прикрыла ее. Затем я вернулась к Биллу и осмотрела цепи. Их удерживали два замка, похожих на те, которыми закрывают школьные шкафчики.

– Ключи? – выдохнула я Биллу на ухо.

Один из его пальцев не был сломан – им он указал на дверь, через которую я вошла. Ключи висели на гвоздике рядом с ней довольно высоко, но в пределах видимости Билла. Конечно, они это предусмотрели. Я опустила одеяло с колом на пол, к ногам Билла, прокралась по заляпанному полу и потянулась изо всех сил. Я не смогла их достать – это смог бы сделать только вампир, способный взлететь. Я напомнила себе о крови Эрика, дающей мне силы.

На стене висела полка с интересными штуками вроде штырей и щипцов. Щипцы! Я встала на цыпочки и подняла их с полки, всеми силами стараясь сдержать тошноту при виде кошмарной корки, которой они были покрыты. Я перехватила их удобнее. Они были очень тяжелыми, но я сумела захватить ключи, приподнять их с гвоздя и опустить щипцы так, чтобы освободить ключи из их хватки. Я облегченно выдохнула настолько тихо, насколько смогла. Не так-то и трудно.

На самом деле больше ничего настолько легкого меня не ждало. Я приступила к самой жуткой части: нужно было размотать цепи, не давая им зазвенеть. Светящиеся звенья с трудом отходили от кожи. Казалось, они прилипли к Биллу, чье тело окаменело от напряжения.

Тогда-то я и поняла. Он пытался не кричать во весь голос, пока я освобождала цепи из его обожженной плоти. Желудок у меня сжался. Мне пришлось прерваться на несколько драгоценных секунд, чтобы сделать осторожный вдох. Если я едва могла смотреть на его мучения, каково Биллу было переносить их?

Я взяла себя в руки и продолжила работу. Бабушка всегда говорила мне, что женщины способны сделать все, что им нужно, и, разумеется, она была права.

Серебряная цепь была кошмарно длинной; чтобы осторожно распутать ее, понадобилось больше времени, чем мне хотелось бы. Любая проволочка была слишком рискованной – опасность дышала нам в спины, воздух был пропитан катастрофой. Я чувствовала ее в каждом вдохе. Билл очень ослаб, мучительно стараясь остаться в сознании после восхода солнца. То, что утро выдалось хмурым, помогало, но, когда солнце поднимется выше, он не сможет двигаться, и тучи ничего не изменят.

Последние звенья цепи соскользнули на пол.

– Тебе придется подняться, – сказала я Биллу на ухо. – Просто придется. Я понимаю, что тебе больно. Но я не смогу унести тебя, – по крайней мере, я полагала, что не смогу. – На улице стоит большой «Линкольн» с открытым багажником. Я положу тебя туда, накрою этим одеялом, и мы уедем отсюда. Понимаешь?

Темные волосы Билла дрогнули от короткого кивка.

И именно в этот момент удача от нас отвернулась.

– Кто ты такая, черт тебя подери? – в незнакомом голосе звучал сильный акцент.

Кто-то вошел в дверь за моей спиной.

Билл под моими руками вздрогнул. Я развернулась, наклоняясь за колом, и в этот момент она на меня бросилась.

Я убедила себя в том, что все они устроились в гробах в преддверии дня, но эта женщина всеми силами старалась убить меня.

Я бы погибла в первую секунду, если бы вампирша не была шокирована так же, как я сама. Я выдернула руку из ее хватки и отскочила за стул, на котором сидел Билл. Вампирша выпустила клыки и скалилась, глядя на меня над плечом Билла.