Записки акушера. Истории из роддома - Анастасия Седова
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Людмила пришла за результатом. Ни один мускул не дрогнул, когда этот результат озвучили. Было такое странное ощущение, что она уже знала. Знала и смирилась.
Мы были готовы, что беременность Людмила прервет. Потому что работает с такими детьми и видит реальность без прикрас. Людмила не появлялась. Мы ждали.
Она пришла через неделю после получения результата инвазивной диагностики.
– Мы приняли с мужем решение сохранять беременность. Такой наш путь.
Сказано это было таким уверенным и твердым голосом, что ни у кого не появилось мыслей женщину отговаривать. Сохранять так сохранять.
Диана родилась на тридцать восьмой неделе беременности. Это были партнерские роды, такие, какими они должны быть в идеале. Синдром генетики подтвердили. Иных проблем неонатологи не обнаружили. Маму с дочкой выписали домой.
Сейчас Людмила еще больше углубилась в инклюзию. Она хочет стать тьютором для своей дочери, когда та пойдет в детский сад и школу.
Жалеет ли она о своем решении? Внешне не скажешь. Она растворилась в воспитании дочери, при этом продолжает совершенствоваться в профессии.
Недавно мы снова пересеклись. Разговор как-то сам собой вышел на тему Дианы.
– Знаете, чего я боюсь больше всего на свете? Умереть раньше дочери…
Отсутствие менструации
Лизе было 15 лет, когда она впервые обратилась к гинекологу в областной центр. До этого в течение двух лет девушка наблюдалась у врача по месту жительства.
Жалобы за эти два года не менялись: отсутствие менструации. Рекомендации врача в районе тоже не менялись: ждем до 15–16 лет, динамически наблюдаем.
15 лет пришли, а месячные – нет. Лиза вместе с мамой поехала в областной центр на обследование.
Объективно половое развитие не соответствовало возрасту. Хорошо развита грудь, правда, ареолы чуть бледноваты. Но оволосения подмышек и лобка практически не было. И месячных нет.
Доктор просит у Лизы результат последнего УЗИ. В этот момент выясняется, что УЗИ Лизе никто не назначал – ни первое, ни последнее. Вообще ни разу никто не сказал про это исследование. А мама не догадалась. Да и почему вообще должна была догадываться?
Перед направлением на УЗИ гинеколог смотрит девушку на кресле. Наружные половые органы развиты правильно. Пациентка уже живет половой жизнью, поэтому доступен осмотр в зеркалах. Тут возникает первая проблема – никак не получается вывести шейку матки. Такое ощущение, что влагалище заканчивается слепо и этой шейки нет вообще. Пальпаторно матка тоже не определяется.
Врач пишет направление на УЗИ. Заключение: матка и яичники не визуализируются.
Гинеколог уже догадывается, какой диагноз он поставит. Но для полноты картины назначает МРТ.
На МРТ картина аномалии развития половых органов: агенезия матки и яичников. Их нет. Зато было кое-что другое.
Гинеколог отправляет пациентку к генетикам. Лиза с мамой пока не понимают зачем, но такое повышенное внимание их радует. Значит, врачи действительно хотят разобраться!
Генетики берут кариотип, и вся картина укладывается в единое целое.
Кариотип Лизы – 46XY.
На медицинском языке это звучит как «нарушение формирования пола, тестикулярная феминизация, полная форма».
Генетически Лиза – мужчина. И кое-что другое на МРТ – это зачатки яичек в малом тазу.
Диагноз, который ставит в тупик. Ибо вся жизнь, все планы, все вообще рушится в один момент.
Насколько мне известно, Лиза решила остаться девушкой. Вполне логичное решение, на мой взгляд, после 15 лет проживания в своем теле и своем женском мире. У нее никогда не будет своих детей – увы, так распорядилась судьба.
Я просто не вытяну, понимаете?
– Анастасия Сергеевна, там на прерывание…
Мы не проводим аборты по желанию женщины – только по медицинским показаниям.
Однако есть одно исключение: несовершеннолетние девочки.
Все они проходят через нас.
Тане исполнилось 17.
Ее партнеру было столько же.
«Порвался презерватив».
Вместе с Таней пришла мама.
Плачут обе. Таня как-то сдержанно, аккуратно смахивая слезинки.
Мама размашисто трет щеки.
– У меня трое, не считая Танюшки, понимаете? Младшему 3 года. И мужа нет. Так получилось. Я просто не вытяну, понимаете?
Смотрю внимательно на них. Не асоциалы. Одеты чисто, опрятно. Речь хоть и простая, но без мата и довольно грамотная.
Рассказываю о вреде аборта. Хотя все уже понимаю. И они понимают.
Но регламент надо соблюсти.
Сейчас на УЗИ еще и плод им продемонстрируют. И сердцебиение дадут послушать – по новому приказу. Я очень люблю жизнь, не люблю аборты, не стала работать там, где они на регулярной основе.
Но по мне, когда у семьи нет выхода, все эти «демонстрации» – это чистой воды издевательство над чувствами женщины.
Особенно, если ей 17 и она отказывается рожать только потому, что нет денег.
С семьей беседует психолог. У нее уже стандартные отработанные вопросы и ответы. Предложения. Мотивационное анкетирование. Листовки кризисного центра.
Парень Тани жениться не предлагает. Да и вообще вот-вот в армию уйдет. Ему не нужны сейчас ни семья, ни дети. Танина мама говорила с его родителями:
– Что ж, любились оба, а последствия только моей Тане разгребать?
– Так никто не заставлял их, Нинка! Все по обоюдному согласию. Себя-то в их годы вспомни.
И Нинка помнила.
Потому что Таню она родила в 16.
И не хочет, чтобы дочь повторяла ее судьбу.
Они идут на УЗИ. Выходят оттуда снова зареванные.
Теперь я обязана дать «неделю тишины».
Что ж, так положено. Вдруг передумают…
Нет, не передумали. Снова приехали. Снова Таня, ее мама и трехлетний малыш – видимо, младший брат Тани. Хотя в присутствии мамы нет необходимости. Но она рядом – для поддержки, видимо. Опять плачет. Почему-то извиняется перед Таней.
На это ужасно больно смотреть. Здоровые девочки вроде Тани не должны делать аборты только потому, что нет денег. Даже в 17 лет. Особенно в 17 лет.
Даю направление на госпитализацию. Остается лишь надеяться, что прерывание пройдет медикаментозно и без последствий. Срок 10 недель.
Через 5 дней Таню выпишут. Забирать ее никто не приедет. Ее трехлетний братик заболел, и маме не с кем его оставить. Она прислала Тане деньги на автобус до района. А к остановке подъедет сосед на мотоцикле…
Мама против!
Катя была моей пациенткой меньше года.
В их семейной паре было бесплодие – проблемы и у мужа, и у жены.
У Кати были проходимы трубы, но, увы, не было овуляции. Нерегулярные месячные, синдром поликистозных яичников…
