Ферма - Елена Федоровна Янук

Я притормозила, закрыла глаза, выдохнула, потом спокойно отозвалась:

— Я тороплюсь. К детям. На занятия. Там наверно уже все собрались… — Сообщив это, я выскользнула из-под его руки и вновь быстро пошла по тропинке. Казимир, словно переваривая услышанное, остался на месте, я уже обрадовалась, что еще немного и войду в амбар к детям, но он снова догнал меня.

— Да подожди! Дети и без тебя посидят, с ними кто-то из родителей будет, приказ хозяина не оставлять их одних, а мне с тобой поговорить надо.

— Давай после уроков поговорим, хорошо? — вежливо улыбнулась я. — Мне на самом деле некогда.

— Давай без давай, — раздраженно отозвался Казимир, и потащил меня по траве в сторону от амбара.

Я несколько раз дернулась, вырываясь, но этого не помогло, он усилил нажим на предплечье, так что стало больно. Подтащил меня к какому-то строению, — сейчас я не могла даже понять куда, — и прижал спиной к стене, пытаясь обнять.

— Не трогай меня! — чуть не завизжала я, в бешенстве отталкивая его руку.

— А ты не вырывайся! Мне поговорить с тобой надо!

— Поговорить? Тогда убери руки!

— А не хочу! — Он притянул меня к себе и впился поцелуем. Я из-за всех сил толкнула его и, часто ударяя кулаками в грудь, попыталась вырваться. Но единственное, что получилось, сдвинуться немного вбок.

— Отстань! — прорычала я, едва не задохнувшись от омерзения.

— Сама виновата, я хотел только с тобой поговорить. Сегодня хотел прислать мать к хозяину, чтобы он отдал тебя мне в жены. Но теперь еще подумаю…

Я на миг потрясенно застыла, забыв дышать… Он подумает?! Подарочек, тоже мне!..

— Что?! Да ты хуже упырей, урод! Даже не вздумай присылать Милану, я никогда на такое не соглашусь!

— Да кто тебя спросит! — насмешливо фыркнул он, силой прижимая меня к себе.

Я в отчаянии забилась в его объятиях, не давая себя целовать, мотая головой и пытаясь вырваться. Казимир, казалось, веселился, бесстыдно шаря ладонями по спине, приподнимая сарафан и лез, куда только захотел. Я уже теряла остатки разума, когда вдруг все изменилось, Казимир отлетел в стену, ударился, и упал, потеряв сознание.

Несколько мгновений, тяжело дыша, я не могла прийти в себя от шока и осознать, что случилось, когда до меня дошло, что надо мной навис взбешенный Георг и пристально смотрит на меня.

В ужасе от происшедшего прошептала:

— Как мерзко… Я чувствую себя сейчас такой… — Он поднял руку, собираясь до меня дотронуться, я торопливо прибавила, отступая.

— Не трогайте меня! Прошу вас! — Опустив голову, я пыталась прийти в себя.

Георг молча подошел и склонился над Казимиром, разглядывая его лицо.

Когда он поднялся, тут же побелел как мел. Опершись ладонью в стену, внезапно пошатнулся и начал заваливаться влево.

Как я успела поймать его, сама не понимаю. И осталась стоять над бессознательным Казимиром с потерявшим сознание Георгом в руках, не зная, что делать.

Георг

Несмотря на все неудобства и тесноту эту ночь я, наконец, спал. Не помню, когда уснул, но просыпался только раз, когда Ивета, пытаясь выпутаться из одеяла, вытянула вторую руку и положила на меня. Это было неудобно, я сдвинул ее вбок и вновь уснул.

Проснулся от того, что притянул и обнял ее, целуя волосы и совершенно недвусмысленно собираясь продолжать… Я отпрянул и отодвинулся. Этого мне еще не хватало! Я беззвучно хмыкнул. Тронул девушку за плечо:

— Проснулась? Вставай и беги, сейчас Милана придет. Обещала до рассвета за тобой явиться.

Ивета, со сна пытаясь сообразить что происходит, с изумлением меня рассматривала.

Я поторопил ее еще раз и, освободив себе место, укрылся одеялом, намереваясь спать дальше.

За Иветой захлопнулась дверь.

Я полежал еще минут десять, чтобы окончательно осознать, что спать не хочу.

Вообще. Поднялся к себе. Наблюдая, как забавно раздражается на меня не выспавшаяся Ивета, проводил их с Миланой и сел за стол. Несмотря на то, что впервые после возвращения удалось выспаться, сил, как и раньше, не было. Это злило больше всего, я не привык сидеть без дела.

Едва рассвело, пришла Марина, которая три раза что-то измеряла в моей крови. Всматриваясь в результаты, она недовольно цокала языком, при этом качая головой, словно я уже при смерти,

— Что там? — недовольно поинтересовался я.

— Причину не знаю, уже не раз переливали кровь, но твоя не восстанавливается, — озабоченно отозвалась Марина, приступив к утомительной обработке кожи рук. — Любое напряжение, сразу потеряешь сознание и упадешь. Осторожно ходи по лестнице. Побольше спи… Я подумаю, что еще можно сделать с тобой.

Я промолчал. Смысл ей говорить, что спать вообще не могу. Сегодняшняя ночь не в счет. Но она сама спросила:

— Ты вообще спишь? Или все также? — Я молча отмахнулся. Она уже добавляла в питьевую кровь всевозможные травы для сна, эффекта не было.

— Как я поняла, все плохо… — устало вздохнула Марина.

Я вновь сухо кивнул. Мне ее версия, что дело в психологической травме, не нравилась. Терпеть не могу мозгокопателей и их бредни, и то, что теперь их днем с огнем не сыщешь, моего отношения к ним не меняло.

Марина, словно что-то для себя решив, присела на стул у дивана.

— Я подумаю и над этим. Что с ногами?

— Нормально.

Марина насмешливо фыркнула.

— С твоим составом крови?.. Очень сомневаюсь! Давай проверю…

Я вздохнул, стягивая короткие ботинки…

В итоге я освободился почти одновременно с Иветой. Слышал, как она купалась, как собиралась на занятия, как спустилась по лестнице и вышла из дома.

Подошел к окну, наблюдая. Увидел, как к ней возле дома подошел Казимир, как с каждым шагом Ивета пытается от него уклониться. Когда они пошли по тропинке, казалось еще немного, и она просто побежит.

Он что-то ей сказал, даже отсюда я видел, как она побледнела.

Тут Казимир дернул ее за руку и куда-то потащил.

Черт, я мысленно ругнулся и выскочил из дома. Пришлось пробежаться.

Увидев, что творилось за пустующим сараем, в котором были ясли для новорожденного скота, я окончательно взбесился и почти не раздумывая врезал Казимиру в челюсть.

Внезапно в голове взорвалась вспышка. Кажется, уже в третий раз за неделю.

Кривясь от резкой боли в голове, склонился