Не сглазь и веди - Джульетта Кросс

доживали до пятисот лет или около того, большинство ведьм – до трехсот. Иногда чуть дольше. Единственными, о ком мы этого пока не знали наверняка, были мрачные жнецы. Но только потому, что их жизнь веками была покрыта тайной. И им это нравилось.

Едва хлопнула входная дверь, как Вайолет обмахнула лицо рукой.

– Блин, какой же этот вампир сексуальный.

– А кто, по-твоему, не сексуальный? – огрызнулась я.

Вайолет рассмеялась, но Ливви покачала головой, попробовала шоколадное тесто и пригвоздила меня к месту прищуренным взглядом.

– Изадора. Ты не можешь притворяться, что это не так. Даже ты со своим отношением «ни-один-мужчина-меня-не-достоин» не можешь делать вид, что не течешь от одного его взгляда.

Я шмыгнула носом и выпрямилась, по-прежнему сидя на диване.

– Какая разница, сексуальный он или нет. Он высокомерный осел, который сбил меня на дороге. – Я стянула со спинки дивана покрывало из искусственной шиншиллы и накрыла им ноги. – Кроме того, у мужчины на такой навороченной машине наверняка комплекс неполноценности.

Вайолет расхохоталась, резко и громко.

– Ты шутишь? – Она неторопливо подошла к Ливви и попыталась обмакнуть палец в миску, но сестра шлепнула ее по руке. – Если кто-то и уверен в себе на все сто, так это Деврадж Кумар.

Ливви ухмыльнулась, дернув своими красными губами, и повернулась к Вайолет.

– Даже имя у него сексуальное.

– Верно?

Предательницы.

Мне захотелось закричать от радости, когда в комнату вбежала Клара и принесла хозяйственную сумку с анютиными глазками. Она поставила ее на кофейный столик и опустилась на колени рядом со мной. Ее глаза блестели от возбуждения.

– Он сказал, что занес тебя в дом на руках. Это правда?

Я пожала плечами.

– И что? Я не могу ходить.

– О боже, Изадора! – Она сложила руки на груди, в ее небесно-голубых глазах появился мечтательный блеск. – Это же как Уиллоуби и Марианна в романе «Разум и чувства», когда она вывихнула лодыжку, а он ее спас и отнес в дом на руках.

– Уиллоуби не сбивал Марианну на автомобиле, – запротестовала я.

В разговор вмешалась Вайолет:

– Уиллоуби оказался полным придурком, который бросил Марианну ради богатенькой мамочки.

Клара нахмурилась.

– А, точно. – Вдруг ее лицо снова прояснилось. – Тогда он похож на полковника Брэндона, когда он спас Марианну от дождя.

– Эта Марианна настоящая недотепа, – добавила Ливви и скрылась на кухне. – Есть фильмы и получше, Клара.

– Я не Марианна, – прорычала я. – А он, этот мужчина…

– Вампир, если говорить чисто технически. – Вайолет приподняла мою ногу и подложила под нее еще одну подушку.

– Неважно. – Я тяжело вздохнула и сдула с лица прядь волос. – Меня не нужно спасать.

– Говорит Проводник, который не использовал магию для самоисцеления на месте происшествия.

– Вайолет, – отчитала Клара свою близняшку, – не расстраивай Изадору, она и так ранена.

Сестры являлись полными противоположностями друг другу практически во всех отношениях. У обеих были платиновые волосы, но Вайолет постоянно с ними что-то делала. Например, недавно покрасила их в ярко-бирюзовый цвет.

– Я не расстроена, – заверила я Клару. А язвительные комментарии Вайолет никогда меня не задевали. Во всяком случае, не сильно. – Я хочу отдохнуть, полежать на диване, полечить лодыжку. Мне нужно побыть в тишине.

Она кивнула.

– Я принесу горячего чая. Тебе сразу полегчает.

Я улыбнулась, когда они обе удалились на кухню, оставив меня одну, и вздохнула с облегчением. Я бы ни за что не призналась, что замечания Вайолет задели меня гораздо сильнее, чем должны были. Этот вампир так меня потряс, что лишил магии. Мужчины никогда не действовали на меня подобным образом. Честно говоря, они вообще никак не влияли на мое состояние и самоощущение. На мои потребности, желания или интересы. Я не испытывала к мужчинам неприязни. Просто они мне были не нужны. Со всеми своими потребностями я отлично справлялась сама. Вот почему Деврадж Кумар не должен был вывести меня из равновесия. Но он это сделал.

Ну ничего. По крайней мере, он уехал, и я его больше не увижу.

Глава 2. Деврадж

Стоя в своей новой прачечной, я держал в руке белую рубашку и смотрел на нее, как на бомбу. Или на ядовитую змею. Или кокаин. Или как на все сразу.

– Не надо, не делай этого, – пробормотал я себе под нос.

Я стоял и вел разговор со своей рубашкой. Одно это свидетельствовало о том, что происходило что-то в корне неправильное. Наезд на ведьму, катающуюся на велосипеде, не просто перевернул мой мир. Он проделал в нем дыру размером с город.

Почему?

Потому что Деврадж Кумар никогда не терял контроль. Никогда не поддавался искушению. Черт возьми, я даже никогда не испытывал искушения. Я – Стигорн[2], элитный воин-вампир, десятилетиями работавший над тем, чтобы избавиться от любых слабостей. Я отточил свои выдающиеся способности до остроты бритвы, так, что запах крови или запах женщины не отравляли меня, не одурманивали разум настолько, чтобы вскакивать посреди ночи в поту из-за горячих снов. Но ее запах сотворил это со мной.

– Всего разок.

И потом я ее постираю.

Я снял рубашку, когда переступил порог своего нового дома две ночи назад, сразу после аварии. Странно, но непреодолимая потребность – нет, отчаянное желание – вдохнуть аромат маленьких пятен ее крови возникла только на следующий день. То есть вчера.

Весь день прошел за распаковкой вещей. Знакомое чувство, которое я испытывал за эти годы десятки и сотни раз, вновь гулко отдавалось внутри. Позже оно обязательно настигнет меня снова, и так по кругу. Характер выбранной работы заставлял меня переезжать из страны в страну, с континента на континент. Я всегда ехал туда, где была работа, требовавшая моих навыков и внимания. Оказавшись в родном городе Рубена, я спрашивал себя, утолю ли когда-нибудь тоску по собственному дому. Найду ли я место, где смогу глубоко пустить корни.

Мой «Ламборгини» стоял в автомастерской, ведьмин велосипед ремонтировали, и Рубен велел мне потратить время до нашей встречи на то, чтобы обустроиться на новом месте. А что я? В перерывах между распаковкой вещей я бродил по прачечной, как свихнувшийся серийный убийца. Наверное, я заходил туда сотню раз, но все никак не мог избавиться от соблазна, тянувшего меня к корзине для белья.

– Ах, к черту!

Я наконец-то поднес испачканную часть к носу и глубоко вдохнул.

Запах идеальный. Божественный.

Стоп. Это была плохая идея. Бесконечно плохая идея.

Я бросил рубашку в стирку, добавил две капсулы моющего средства, налил три колпачка кондиционера, захлопнул дверцу