Кодекс Магических Зверей 8 - Павел Шимуро

земле колоссальной тяжестью. Чуть поодаль стояло ещё одно, а между их стволами тянулись длинные плети колючего кустарника. Мутное, наливающееся желтизной небо над пустошью казалось низким, а воздух стал душным, как перед грозой.

Вокруг царила тишина — ни пения птиц, ни жужжания насекомых, ни свиста ветра, только наше дыхание и приглушённый трескучий топот под сапогами.

— Милое местечко, — обронил Эрек. — Всегда мечтал сюда вернуться.

— Не болтай, — бросил Тибор.

Эрек лишь пожал плечами и поудобнее перехватил нож.

Я двигался, чувствуя давление Третьего слоя. Казалось, будто кто-то шёл сзади, держа ладони на моих плечах, и давил вниз. В принципе, терпимо, но… Тянуть с повышением ранга точно не стоит.

Активировав восприятие, я пару раз моргнул и едва не упал, споткнувшись о кость. Вокруг всё кишело искрами! По количеству их оказалось не больше, чем на Втором слое, но каждая частица маны была заметно крупнее и сияла в разы ярче.

«Лепота», — подумал я.

Я старался незаметно впитывать как можно больше энергии, цепляя пролетающие мимо искры ладонью. Иногда делал вид, что чесал затылок, хотя ловил ману сверху. Пару раз наклонялся, чтобы погладить мохнатых, и между делом водил рукой у земли.

К счастью, Эрек не поворачивался, Иннар был занят сиринелью, а Тибор всматривался вдаль, лишь изредка бросая косые взгляды по сторонам.

Через полчаса давление на моих плечах чуть отступило, и я понял, что находился в одном шаге от повышения ранга.

— Отец, — тихо произнёс Эрек, остановившись.

Проследив за его взглядом, я заметил перед приближающимися плетями колючего кустарника зверя ростом мне по плечо.

Тело твари покрывала грязно-красная шкура, местами свалявшаяся, а вытянутая морда была с широкими челюстями и свисающим языком, с которого тянулась струйка слюны.

Зверь поднял мутно-жёлтые глаза и, несколько раз вдохнув, уставился на нас. Его верхняя губа медленно поползла вверх, обнажая двойной ряд слегка загнутых внутрь зубов.

[Существо: Пепельный трупоед]

[Класс: B]

[Ранг: 2]

[Состояние: Голод. Крайняя агрессия]

Очередной голодный зверь за день. Они здесь вообще что ль не едят?

— В стороны, — бросил Тибор.

Я успел сделать полшага назад, как трупоед сорвался с места. Для такой туши он оказался чудовищно быстрым: буквально через несколько секунд тварь взмыла в воздух, но Северг среагировал молниеносно, перехватив его на середине прыжка. Массивные тела столкнулись с глухим хрустом и, сцепившись, покатились по сухой земле. От этого удара почва под ногами вздрогнула.

Шип обошёл дерущийся клубок по дуге и с разбегу вцепился трупоеду в бок, прошив клыками кожу под свалявшейся шерстью. Трупоед взревел и дёрнулся, пытаясь достать противника челюстями, но Северг, поднявшись на лапы, с размаху всадил хрустальный рог в основание его шеи.

Всё заняло около пары десятков секунд. Северг отступил на шаг, тряхнул головой и повёл лопатками. Шип облизнул клыки и как ни в чём не бывало посмотрел на хозяина.

— Отец, глянь, у него… — начал Эрек, но договорить не успел.

Со стороны покинутого нами синего леса покатился низкий вой. Он тянулся секунд пять, затем оборвался и тут же раздался вновь.

Люмин прижал уши и вжался в мой сапог, а по моей спине пробежал холодок.

— Уходим, — Тибор резко двинулся к деревьям. — Живо.

Северг помчался, Иннар приподнял крыло сиринели, и мы почти бегом двинулись вперёд.

Вскоре вой повторился, только теперь он донёсся откуда-то сбоку.

Мы обогнули изогнутое дерево и перескочили промоину с чёрной стоячей водой. Кости под сапогами хрустели всё чаще, будто в этой части биома трупоед был далеко не единственным жителем.

Вскоре впереди появился просвет.

— Там другой биом, — произнёс Иннар.

— Тише, — Тибор резко вскинул ладонь.

Мы мгновенно застыли, тяжело дыша. Я вытер рукавом заливающий глаза пот и уставился в спину старика, который медленно поворачивал голову, всматриваясь куда-то левее от тропы.

— Что там? — спросил Эрек, но отец не ответил.

Старик сделал несколько мягких шагов в сторону и указал вперёд. Проследив за его жестом, я увидел в шагах в пятнадцати от нас, чуть левее, ещё одно дерево, однако оно оказалось в разы массивнее предыдущих. Его широченный узловатый ствол покрывала чёрная кора, местами подёрнутая подпалинами, а между двумя мощными выпирающими корнями из-под земли виднелся неровный зев глубокой норы.

Северг бесшумно скользнул к дереву, обнюхал вход, обошёл корни и сунул морду в темноту. Прошла минута, другая… Наконец зверь выпрямился и фыркнул, глядя на Тибора.

Старик махнул ладонью.

— Живо под корни!

Подбежав к дереву, Эрек пригнулся и нырнул первым. Иннар пропустил вперёд сиринель — та, плотно сложив крылья и втянув длинную шею, проскользнула в небольшое отверстие с удивительным изяществом, какого я от раненной птицы никак не ожидал. Приручитель протиснулся следом, а за его спиной бесшумно просочился Шип.

Я пригнулся и шагнул в темноту, а за мной скользнул Тибор с Севергом. Внутри оказалось неожиданно просторно: полость под корнями уходила в стороны шагов на семь, а высоты хватало настолько, чтобы Иннар мог стоять, лишь слегка пригнув голову. Земля была утоптанной, без костей или следов активности хищников. Пахло сухой почвой и смолой, видимо, от корней.

— Чья-то нора, — тихо произнёс Иннар, проведя ладонью по земляной стене. — Но заброшенная.

— Это радует, — отозвался Эрек. — Меньше всего мне хотелось бы объяснять хозяину, что мы тут делаем.

Тибор молча указал на землю, и мы тут же опустились вдоль стен. Северг растянулся у ног старика, уставившись в проём. Сиринель устроилась подальше от нас, аккуратно приподняв хвост, а Шип свернулся у бедра Эрека.

Крох лёг между моих колен. Люмин же выдохнул, потряс ушами и, прижавшись к моему боку, отправил через нить образ: ушастый восседает в неприступной крепости за тремя рвами и подъёмным мостом.

Я улыбнулся и почесал его за ухом.

Через несколько минут тишины Эрек поднялся, отряхнул колени и произнёс:

— Пойду за хворостом.

— Там опасно, — обронил Тибор, не поднимая глаз от земли.

— Буду ползать вокруг ствола на пузе, чтобы ни одна тварь не заметила, — приручитель фыркнул и выскользнул наружу.

Спустя непродолжительное время мужчина вернулся с охапкой сухих веток, зажатых под мышкой.

— Тут кругом столько сушняка, будто специально навалили, — он опустился у проёма. — Разожгу здесь.

Тибор молча кивнул. Эрек сложил ветки шалашиком, подсыпал под основание сухой трухи и вытащил кресало. После пары ударов появилась искра, и внутри крохотного костра затеплился рыжий язычок пламени.

Пока