Ректор моей мечты. Книга 2 - Диана Билык

– Всё. Вывели заразу, – тихо подытожил оборотень и, убрав ладонь от моего лба и обернувшись через плечо, посмотрел на дочь, а потом довольно добродушно обратился ко мне: – Как звать?

– Нариэн ли-тэ…

– Ректор элитной академии? – Восторженно всплеснув руками, девушка чуть ли не подпрыгнула. Жадно втянув воздух, расширила ноздри, сверкнула глазищами и засмеялась. – Папа, я тебе говорила, что это…

– Ала, помолчи, – оборвал оборотень и хмуро перевёл на неё взгляд. – Выйди. Приготовь горячий бульон для больного.

– Конечно.

Девушка присела и, захватив миску с гадостью, что выходила из меня, быстро сбежала из-под брезента палатки. Лучи лотта резанули по глазам, пришлось отвернуться, пока полы выхода не сошлись снова.

– Вы понимаете, где находитесь, ли-тэ? – Мужчина встал чуть поодаль, окинул меня напряжённым взглядом.

– В лагере оборотней. – Я смело посмотрел ему в глаза. Обычно перевёртыши убирают свидетелей, не разбираясь, потому что один такой спасённый вроде меня может загубить весь род или клан, ведь наши власти не щадят ни женщин, ни детей. И эта жестокая война внутри народа идёт сотни лет, многие уже привыкли прятаться и никому не доверять.

– Вы спасли нас, рискуя всем, – добавил лекарь. – Я, как альфа Заречного клана, Ивон ли-тэйс Донелли, обязан вам жизнью. Просите что угодно, мы выполним.

– Пустяки. Бо́льшую защиту я вам предложить не могу, к сожалению. Сейчас хотелось бы вернуться в столицу.

– Ала проведёт вас до ближайшего города. – Его глаза говорили многое, я понимал – меня отпускают только с условием, что о них никто никогда не узнает.

– Спасибо. Я унесу вашу тайну с собой. Жаль, что не могу помочь чем-то ещё… – Не стоит откровенничать, что в столице я беру под свою защиту таких, как они, не время и не место, потому просто замолчал.

Мужчина сложил руки за спиной, отчего крупные мышцы натянули ткань мундира, заклёпки замерцали в полумраке, как звёзды.

– Вы можете помочь. И сделаете это, но не сегодня.

Я ждал, что оборотень объяснит смысл сказанного, но незнакомец долго молчал и разглядывал меня с прищуром, пристально изучая.

– Вы пользуетесь чужой силой, ректор, – вдруг обронил он. – Силой одного из нас. Или одной.

– Как вы узнали? – Я машинально перехватил кулон в виде ключа, что всё ещё висел на шее, сжал до боли кулак. Не глотнул ли я слишком много, когда дрался с Райли?

– Я вижу на вашей эссахе пятна, необычные. Напоминают обет, но отличаются. Словно не вы давали обещание.

– Не я, – прошептал, чувствуя прилив жара по всему телу. Магия моей девочки всё ещё прибывала, будто пыталась поднять меня из могилы, наполняла, лечила и восстанавливала. Нэйша, останови её, ведь отдаст больше, чем нужно.

– И не кулон передаёт вам силу, – лекарь кивнул на мою руку, что стискивала украшение, – а добровольная воля вашего напарника. Чья-то жизнь тесно привязана к вашей, но… – мужчина вдруг опустил голову, будто сокрушаясь, – вы умрёте быстрее, чем думаете, потащив за собой второго оборотня.

– Не понимаю. – Я подтянулся, спрятал ключ под одеждой, дёрнул завязки рубашки. – Какого второго оборотня? Кто первый? Почему умру? Вы пророк?

– Нет. Для того чтобы понять очевидное, не нужно предсказывать.

Силы стремительно возвращались, получилось даже скинуть ноги с кушетки и потрогать больное плечо. Стянув хлопковую рубашку с одной стороны, я удивлённо всмотрелся в чистую кожу – раны не было и следа. Ни один из простых лекарей не сможет заживить так быстро, всё равно нужно время для восстановления. Либо это должен быть архимаг, либо что-то другое. – Сколько я пролежал здесь?

– Несколько часов, – хмыкнул оборотень и, протянув мне кувшин с водой, кивнул на рукомойник у стены. – Мы не лечили ваши раны, если речь об этом, вы сами себя заживили, ли-тэ.

– Быть не может. – Я встал.

– Если вы оборотень, очень даже может. Называется регенерация.

Я тут же сел, ошарашенно уставившись на альфу.

– Что вы сказали?

– Мы выгнали отраву из вашего тела с помощью трав, теперь память вернётся.

– Глупости какие… не терял я память. – Вновь поднялся и, набрав в ладони побольше воды, щедро вымыл лицо, сполоснул рот. Только после этого выпрямился и посмотрел на своё отражение в небольшое зеркало, что висело над умывальником. От увиденного едва не попятился. Волосы потемнели, набрали густой рдяной краски. Я будто вернулся в свои двадцать пять. С правой стороны всё же осталась белоснежная прядь, напоминающая о жестоких боях с нечистью.

– Это невозможно…

– Зелье забвения иногда очищает не только память, – высказался оборотень, глядя на меня в зеркало. – Что-то изменилось, ваша сущность пытается связаться с телом, хотя это не так просто.

Каждый день, прибираясь в комнате, потому что я никому, кроме мачехи, не доверял свои покои, воду в графине меняла Дейра. Вот что она подливала – зелье памяти. Она пыталась скрыть от меня правду и унесла её во тьму. Но прятать мою сущность… Зачем? Чтобы спасти от инквизиторов? И как давно это случилось?

– Почему тогда я раньше не регенерировал?

– На вас было мощное заклятие разделения, для любого инквизитора вы были обычным рядовым магом-лекарем. Такие мощные вещи умеют создавать только архимаги-некроманты, которых в нашем мире нет, насколько я знаю. Вам лучше знать, кто мог сделать с вами такое. Недавно часть заклятия по какой-то причине разрушилась, и советую быть осторожнее с проверками. Любое подозрение, и вы окажетесь на площади с клинком в груди.

– И что теперь? – спросил я отражение. – Какой я оборотень? Ничего не помню. – Потёр подбородок.

– Вам придётся найти себя, – спокойно рассуждал Ивон, – потому что вашу звериную сущность кто-то отрезал от тела и хорошенько спрятал.

– Получается… – Я подался ближе к зеркалу, провёл влажными пальцами по тёмно-медовым волосам и судорожно выдохнул: – Я могу быть её парой…

– О чём вы?

Но я не смог ответить. Жар ударил по груди, заставляя согнуться, задышать, будто в панике. Мэй может быть моей…

Стало дурно от того, насколько близко мы с ней были к разгадке. Я уверен, что она моя. Уверен. И даже страх перед казнью не затмевал мои чувства, а желание вернуться в академию, обнять свою маленькую волчицу, признаться, как скучал и как хочу сделать её своей женой, усиливалось с каждым вдохом. Пусть нам придётся всю жизнь прятаться. Мы справимся.

Отряхнувшись, я поблагодарил оборотня за воду, туго завязал рубашку, пряча шею и грудь под колючей тканью, и потянулся к сложенной на табурете форме.

Долго думал, как правильно ответить. Они ведь помогли мне, но можно ли доверять личное? Ведь это безопасность Мэй, а