Тайна одной ноги - Александра Зайцева

со мной — Соня, а меня зовут Лиза. Я не была отличницей, не занималась спортом и бальными танцами, не сдала ЕГЭ на сто баллов, не спасла ни одного кита и вообще не принесла видимой пользы. Но зато я не струсила в самый трудный момент. Не бросила старичков из санатория «Чистый исток» в опасной ситуации. Не оставила подругу. Нет. Я взяла ее за руку, и мы вместе шагнули в адское логово. То есть в третью комнату заброшки.

Тонкие лучи фонариков вонзились во тьму. Выхватили кучу ящиков или коробок у стены, наваленные друг на друга трубы, несколько матрасов и тележку из супермаркета. Санитарка Гуля возит стопки постельного белья в похожей тележке. В другой стороне — большое и длинное, завернутое в плотную полиэтиленовую пленку. Под потолком несколько коконов. В углу — рога. Валяются себе на полу. И рядом — он! Мохнатая сутулая гора на двух ногах, темная до полной непроглядности, уже без рогов.

— Он их сбросил! — заверещала я. Почему-то сейчас это казалось самым важным. — Сбросил! Он!

С низким глухим рыком гора начала поворачиваться к нам. Схватит! Уничтожит! Сожрет!

— Отче наш! — завопила я, припоминая все, что знаю про экзорцизм. — Отче! Наш! Что дальше?!

— Не знаю! Помогите! — в Сонином крике было столько звенящего отчаяния, что у меня зачесалось в зубах под пломбами.

Монстр повернулся наполовину. Он был медленным, но при этом непредсказуемым. Сейчас как бросится! Я швырнула в него камень с руной. Попала! Сработало! Монстр дернулся в сторону и взвыл. Я бросила второй. Но их мало, надолго не хватит.

— Отче наш! — снова заголосила я, но дальше не продвинулась. — Соня, вспоминай! Ты знаешь! Это все знают!

— Нет, я не учила! — Соня почти рыдала.

— Учила! Давай, что учила!

Полетела еще одна руна. И еще. Монстр отступил ближе к стене и дальше от нас. Соня что-то подхватила с пола, тоже метнула в зверя и выкрикнула:

— Я вас! Любил! Любовь! Еще! Быть может!

Я бросила камень, последний.

— В моей! Душе! Угасла! Не! Совсем! — орала Соня, наступая на монстра. А монстр отступал! Значит, Пушкин тоже годится. Или вообще неважно, что именно кричать, главное — напор. А Соня напирала мощно, просто хлестала монстра великими строчками. Запомнила их все-таки. Я почувствовала гордость за подругу, но тут она запнулась. Потеряла ритм. Сделала паузу.

Монстр резко расправил плечи и заревел, как мог бы реветь раненый бегемот.

— А-а-а-а-а! — закричала я.

— А-а-а-а-а! — подхватила Соня.

И мы ломанулись прочь, туда, откуда пришли. Не разбирая дороги, толкаясь и подвывая, мы бежали и бежали. Падали, поднимались, выплевывали снег, снова падали, на колени, на локти, лицом по льду. Ползком, кувырком, на четвереньках! Не больно! Главное — бежать. Как можно дальше и быстрее!

Санаторий спал. Удивительно, мы пережили настоящий блокбастер, а тут, в нескольких шагах буквально, никто не заметил. Это подло и несправедливо: совершаешь для них подвиг, жизнью рискуешь, а они… Но, с другой стороны, хорошо, что спят. Мы настолько устали, что не смогли бы сейчас объяснять, где были и что делали.

Невыносимо устали.

И только на минутку прилегли. Сбросили у двери куртки и ботинки и, как были во всем остальном, рухнули на свои кровати. Грязные, потные, мокрые от снега. Ну и что?

Видео отлично записалось. Отправили его тут же, кому смогли. А то вдруг что-то аномальное опять случится и отрежет нас от реальности, нельзя медлить. Потом стали ждать рассвет и подъем. Устали очень. На минутку только глаза закрыли…

А когда проснулись, солнце светило вовсю. Часы показывали почти полдень. И никто — никто! — не пришел нас будить.

— Соня, — сказала я, — кажется, мы влипли. Это неправильно. Слишком неправильно.

И Соня сразу со мной согласилась.

Стало тревожно и жутко. Соня лихорадочно натягивала куртку, все еще сырую после утренне-ночного похода на нечисть. У меня в голове пронеслась страшная картина: мы сбили коконы паразитов, те вышли из зимней спячки и поползли по санаторию. Вселились в несчастных, беспомощных старушек, может даже в Павла Зигмунтовича, и заставили их растерзать остальных. Мы выйдем — а за дверью никого. Все мертвы. По нашей… по моей вине! Паразиты захватят город, потом страну и, наконец, планету. Что делать? Как их уничтожить? Нужен огнемет. Я откуда-то знала, что тварей лучше выжигать огнем.

— Где свечка? — спросила я.

Соня молча показала маятник. Черт, как я могла забыть? Свечки нет. Но есть зажигалка. Она нашлась в тумбочке и все еще давала устойчивое пламя.

Мы встали у двери, не в силах шагнуть в коридор и встретиться с ужасной реальностью. Спящее зло нельзя ворошить. Чуть тронешь — и оно выплеснется наружу, затопит собой окружающее пространство. Поднимет рогатую голову и завоет. И действительно, за дверью как будто что-то выло. Сдавленно, отдаленно. Сирена! Я слышала сирену! К санаторию стягиваются пожарные. Или полиция. Службы особые, у которых есть надежное оружие против радиации, инопланетян и нежити. Нас спасут!

Я резко потянула дверь на себя. По коридору бежала женщина в пальто.

— Стойте! — крикнула я, но она будто не услышала.

Больше никого не было. Вообще, время обеденное, и, если представить, что рогатый олень и заброшка нам приснились, мы бы сейчас с Соней преспокойно ели борщ и бефстроганов с пюре. У меня вырвался сдавленный смешок. Чисто от нервов. Соня с каменным лицом пошла по коридору. На всякий случай она дернула одну из дверей в палату. Закрыто. Тогда я дернула еще одну. Тоже закрыто. Что было нормальным раньше, сейчас пугало до истерики. Где люди?

У выхода я заметила огнетушитель. Он был крепко примотан к стене проволокой, а снизу висел скрученный в рулон шланг. Огнетушитель тоже подойдет для борьбы с угрозой. Направленной струей можно отгонять паразитов. Сдерживать их натиск. А в одном фильме на огнетушителе даже летали, правда, это было в открытом космосе.

— Давай возьмем! — предложила я Соне.

— Не поможет, — обреченно сказала она. В кармане у нее запиликало. Соня машинально достала телефон, и ее брови медленно поползли вверх, пока не скрылись под шапкой.

— Двести тридцать сообщений! — сказала Соня. — От кого? Что происходит? Ой, и от бабушки есть. Много…

И тут входная дверь распахнулась, вбежала растрепанная медсестра.

— Девочки, вот вы где! — воскликнула она, утирая пот со лба. — Оставайтесь здесь. Никуда не ходите. Слышите? Поняли меня?

Мы с Соней кивнули. Просто на всякий случай. Еще неизвестно, кто перед нами, нормальный человек или зараженный. Медсестра поискала глазами что-то, махнула рукой, развернулась и убежала. Снаружи раздался шум — множество голосов, болтающих одновременно. Так бывает на большом концерте или