Наши запреты - Лина Мур

Зажимаю уши руками, сотрясаясь всем телом от страха. На моих ногах появляются синяки, бурые, синие, жёлтые. Моментально. Вот так за одну секунду. Он убьёт меня… теперь он убьёт меня за то, что я раскусила его. За то, что я сбежала. Он убьёт меня. Убьёт… я не хочу умирать. Я хочу жить. Я так сильно хочу жить.

Глава 9

Доминик

Боль — это многослойная история. Сняв одну плиту, ты всегда найдёшь под ней кучу трупов. И это всего лишь одна плита, а под ней ещё целое здание. Самые верхние плиты снимать более безопасно, там свежие тела, пока не особо разложившиеся. Опасно снимать нижние, вонью можно отравиться. Поэтому, когда мне что-то нужно, то я снимаю верхние плиты. Даю то, что, в принципе, все и так знают, только меняю слова, нахожу другие эпитеты, эмоциональную окраску, и никто не может уличить меня в том, что я соврал. Я просто перефразировал, и это честно. Я не нарушил правил. Просто подстроил всё под себя. Этот метод я использую в любом аспекте своей жизни. Если женщине нужна драма, у меня её полно, и я расскажу именно ту, которая откроет для меня все двери. Самые важные для меня двери. Если женщина хочет пожалеть меня, я буду только рад предоставить ей огромное непаханое поле. Лейк не первая, кто пыталась забраться под мои плиты, и уж точно не последняя. Действительно, женщины очень любят лечить нас мужчин, только вот нам это не нужно. Нам это не интересно. Мы живём дальше, похоронив прошлое. И именно из-за женщин наш нормальный уклад жизни разрушается. Так что женщины — зло, которое нельзя пропускать дальше первой плиты. Иначе они похоронят тебя под ними.

— Лейк, — снова ударяю кулаком в дверь.

Конечно, я расстроен. Я ожидал, что Лейк пожалеет меня, точнее, мой член, и я похороню его внутри неё минут на пятнадцать, чтобы снять напряжение. Но Лейк обосрала все мои планы. Она, блять, сбежала в страхе от меня, когда я упомянул своё разрешение, чтобы она меня объездила. Что с этой женщиной не так? Что? Она же не дура. Она, и правда, не дура, но абсолютно ни хрена не понимает, что я и есть для неё тот самый шанс, который поможет ей не только выжить, но и заработать до хрена денег. Я не жмот и умею говорить «спасибо». И это «спасибо» всегда имеет несколько нулей в чеке или яркий блеск бриллиантов, или же прекрасное место для жизни. Но, блять, я так разочарован.

— Я… сейчас выйду, ладно? Мне нужно пару минут, Доминик, — отвечает Лейк.

— Ты в порядке? Что я снова сделал не так? — рявкаю я.

Я буду скрывать от себя то, что меня взволновала реакция Лейк. Буду обманывать себя в том, что мне абсолютно насрать на внезапно появившуюся паническую атаку. И я точно никогда не признаюсь себе в том, что испугался своего бессилия перед закрытой дверью, за которой человек может навредить себе, как делала это Раэлия. Блять. Это просто мой чёртов ад. Почему из всех женщин, которые могли со мной находиться здесь, должна быть та, у которой ненавистное и пугающее меня дерьмо вроде панических атак? Блять. Это нечестно.

Вернувшись в кровать, достаю мобильный и вижу сообщение от мудака, который преследует Лейк.

«Думаешь, что я идиот? Ты уже связалась со следователем, да? Тебе меня не заманить. Я приду тогда, когда ты меня не будешь ждать, и заберу то, что принадлежит мне. Ты меня очень обидела, детка. Очень».

Закатываю глаза и качаю головой. Сколько ему лет? Этим дерьмом ещё занимаются? Ну кто так делает? Это же просто тупо. Хочешь напугать, так пугай физически, изводи физически, а не болтай. Идиот.

Открыв ноутбук, нахожу айпи-адрес, откуда было отправлено сообщение. И это Миннесота. Он там. Блокировать этот номер глупо, потому что тогда он купит новый, и всё начнётся заново. Но Лейк не стоит знать о том, что в нужной программе я ставлю один из своих номеров телефона для переадресации сообщений и звонков с этого номера. Я точно ей об этом не расскажу.

Лейк долгое время сидит в ванной комнате. Я хочу пойти и проверить её, но ведь это не моё дело. Хочет сдохнуть, пусть сдыхает. Мне же лучше.

Блять.

Не моё дело. У меня полно своих дел, и мне нужно возвращаться. Сегодня. Я вернусь сегодня. Я в порядке. И мне стоит появиться на своих же похоронах, вот это будет классно. Они просто охренеют от моего внезапного появления. Так и сделаю. Я уже устал находиться здесь. Хочу движения. Хочу найти ублюдков, которые пытались меня убить. Хочу подставить Джеймса и дать ему уйму вариантов напасть на мою семью, чтобы собрать доказательства против него и убить его. Так просто. Мне скучно.

Дверь в ванную комнату открывается, и у меня есть два варианта: продлить нахождение рядом с Лейк и пропустить офигенный выстрел, или поехать домой и попрощаться с Лейк, так как ничего такого страшного на неё я не нашёл, и пропустить возможность её трахнуть, чтобы отпустило. Хм, выбор небольшой и невесёлый. Я хочу всё сразу.

— Мы уезжаем, — говорю, открыв глаза, когда Лейк входит в комнату.

— Что? — удивлённо моргает она припухшими глазами.

Она ревела. Ненавижу, когда женщины ревут. Я, вообще, ненавижу всё, что с ними связано, кроме их вагин и задниц.

— Сегодня ночью мы вернёмся, — как для идиотки повторяю я.

— Но… ты же… слаб, — хмурится она.

— Я уже в порядке. Поэтому собирай вещи, я пока посплю. И вот, — достаю телефон и протягиваю его ей.

Она напряжённо забирает его у меня.

— Я останусь жива? — шепчет она.

— Да, но лучше тебе больше не попадаться мне на глаза.

— Но мой домик… я сняла его на месяц. Я буду там, а он твой. И я…

— Боже, оставайся там до конца срока аренды, мне по хуй, Лейк, — фыркнув, сажусь на кровати и убираю в сумку ноутбук.

— Ладно. А поцелуй…

— Я же сказал, мне по хуй на тебя, Лейк. Пошла на хер отсюда. В два часа я ухожу. Можешь уйти со мной и вернуться в город, а можешь побегать по лесу. Мне насрать. Так тебе более понятно? — спрашиваю, злобно глядя на неё, и она кивает.

— Тебе не нужно быть таким, Доминик. Это унижает лишь тебя, но никак не влияет на меня, — фыркнув, она выходит из спальни, хлопнув дверью.

— Истеричка грёбаная, — рявкаю я.

Лейк не отвечает. Она не оскорбляет меня в ответ. Ничего. И это бесит. Просто бесит. Я готов к женским истерикам и часто слушал их. Но я не готов к игнорированию меня. Не готов к тому, что женщина не скандалит со мной. Что с Лейк не так? Она, вообще, женщина или кто?

Достав из шкафа одежду, я переодеваюсь и ложусь снова в кровать, чтобы подремать, пока не придёт время. Лейк словно специально начинает греметь посудой на кухне, отчего я злюсь.

— Блять, дай мне поспать, сука ты тупая! — ору я.

Давай ответь мне. Давай, и я тебя разнесу.

Но Лейк не отвечает. Ничего. Бесит. Как же меня это бесит. Я рычу и накрываю лицо подушкой. Пытаюсь снова уснуть, ведь стало тихо. И это тоже меня бесит. У меня яйца ноют, тело ломит, и я уже точно в полном порядке, потому что энергии у меня до хрена. Просто до хрена, и мне нужно её куда-то сбросить. Обычно я сбрасываю в шлюх. Адреналин может убить, поэтому такой вариант самый безопасный. Встаю с кровати и хожу кругами. Меня убивает бездействие. Ненавижу это состояние, до которого я себя обычно не довожу. Мне нельзя позволять этой безумной стороне психа брать