Арам и Лиза - Диана Рымарь

Пишу: «Сегодня была разовая акция, больше никаких встреч с тобой наедине у нас не будет!»

«Я имел в виду с тобой и Лешей, конечно же», — тут же поправляется он.

А-а… Вот оно что, про сына вспомнил.

Но все равно завтра не вариант.

У меня фотосессия на выезде, у Лешки английский, школа. Опять же, маме надо время уделить, и вообще по плану на вечер у нас котлеты, без которых сын жить не может.

Арам настаивает: «Я хочу увидеть сына, ты не должна препятствовать нашим встречам».

Что еще я ему не должна или, наоборот, должна? У Арама наверняка длинный список.

Так и хочется ему написать: «Фиг тебе, а не Лешку! Сначала поменяй отношение к людям!» Особенно ко мне.

Но если так напишу, ведь взбеленится.

Волей-неволей приходится искать пути ладить с этим неандертальцем.

Насколько же мне проще жилось, пока правда про Лешку не всплыла наружу.

Сидел бы Арам в своем Краснодаре, женился на ком хотел, а я и одна как-нибудь… Неожиданно от этих мыслей в груди неприятно скребет. К чему бы это? Еще недавно меня совершенно не волновало, на ком этот гад женится и что вообще делает. Ну… почти не волновало, если быть честной хотя бы с самой собой.

Как же хочется просто немного выдохнуть.

Собираюсь с духом, пишу ему: «Арам, я думаю, нам всем нужно взять паузу. И тебе, и мне, и Леше. Он тоже распереживался из-за всего, ему надо привыкнуть».

Отправляю, все же надеюсь на его благоразумие.

Но Арам практически дублирует свой вопрос: «Когда я смогу его увидеть?»

Тихо сатанея от злости, отвечаю: «Давай на каникулах, а? На весенних можно, или на летних. Спокойно езжай в свой Краснодар, делай дела, у тебя же их много, наверное. А на каникулах уж и увидитесь, у нас будет больше свободного времени. А пока ну никак. Школа, работа, кружки, нервотрепка… Пожалуйста, отнесись с пониманием».

Последнее добавляю даже не знаю зачем. Ведь Арам и понимание существуют на разных планетах. Но должен же он хоть когда-то начать принимать в расчет мнение других людей, их желания, нужды.

На удивление он долго молчит.

Что происходит у него в голове? Что он там себе надумывает? Или уже навострил лыжи ехать к нам? Чтобы в очередной раз рассказать мне, как я неправа. Это вполне в его духе.

Пока жду ответа, успеваю слопать половину пачки строжайше запрещенных круассанов с ванильным кремом. Вкусные, заразы, практически залетают сами в рот.

Наконец от Арама приходит:

«Ясно».

И все.

Больше ни словечка, ни полсловечка и никаких пояснений.

Что ему там ясно? Хоть бы поделился…

Ведь отчебучит же опять что-нибудь!

Глава 24. Советчик

Арам

Я сижу на кровати в номере, прожигаю взглядом телефон.

Пялюсь на фото Лизы, которое она мне прислала. Точнее, на снимке не вся Лиза, а конкретно ее задница. Смачная такая, пусть и отмеченная синяками от моей лапищи. Охренительная задница, тискать ее и тискать. Вот только кто же даст теперь.

Провожу пальцем по экрану, увеличиваю снимок. Да, натворил дел с этими синяками, тут спору нет.

Наверное, больно ей сделал, когда хватал, хотя в моменте она мне этого не показала. Стонала под ухом так сладко, что мозги отключились напрочь. Вообще я обычно не ставлю синяков девушкам в процессе контакта, это, можно сказать, единичный случай. Просто очень сильно ее хотел.

Как дикарь, себя повел…

Уж конечно, Лиза не преминула ввинтить мне это в вину. Она будто получает искреннее удовольствие, когда находит повод меня уесть.

Мстит за прошлые обиды? Очень на то похоже.

Еще и противозачаточные эти… Аж скулы свело от злости, когда она про них написала. Вот на кой Лизе нужно их принимать? У нее мать вообще-то гинеколог, могла и объяснить дочке, насколько это вредно. Угробит здоровье, дурочка! Как потом мне детей рожать будет, об этом она подумала?

А с последствиями в виде беременности уж как-то разобрались бы. Я ей вообще-то замуж предложил, так что не какой-то там проходимец с улицы, чтобы мою сперму из себя тут же вытравливать.

Оно понятно, что рано ей еще беременеть от меня во второй раз, но бог нас не спрашивает, когда наградить детьми.

Снова перечитываю нашу переписку, и каждое ее сообщение будто сочится издевкой.

В очередной раз убеждаюсь — Лиза меня сливает. По полной программе.

Все, чего хочет, так это, чтобы я отвалил.

На каникулах приезжай, ага… Может, еще к Лехиному восемнадцатилетию? Или пока Лиза замуж за другого не выскочит и детей ему не начнет рожать?

Лучше бы прямо так и написала: «Арам, иди нахрен со своими предложениями». Было бы честнее.

Ежу понятно, она обиделась.

На что именно, уже не суть важно — что в койку уложил с наскока, что синяков наставил или бросил семь лет назад. Тут поводов может быть много, а еще они могут друг друга заменять, усиливать.

Женщины… Как же они любят все усложнять, простое дело в многоходовку превращать.

Но все-таки тот факт, что Лиза решила из-за простых обид отрезать меня от Лешки, попросту недопустим. Неужели она не понимает, насколько сын для меня важен?

Как мне налаживать с ним контакт, если мать ставит палки в колеса? Как мне с ним начинать дружить? Участвовать в его воспитании… Да я даже не знаю, на какие кружки он ходит, с кем дружит, что любит есть на завтрак. Это ненормально, так быть не должно.

Хоть в суд иди, честное слово.

Лиза не понимает, на что меня толкает и какие могут быть последствия. Думает, я буду бесконечно упрашивать? Вот только я вообще не из тех, кто просит хотя бы дважды.

Однако если я в этот суд схожу, она ж за меня замуж потом ни за что не пойдет. Опять разобидится на годы вперед, и вообще перестанет общаться. А мне нужна не война, мне семья нужна.

Надо как-то деликатно, с чувством, с толком, с расстановкой убедить Лизу, что я для нее идеальный кандидат в мужья. Это все решит — и с переездом, и с Лешей, и с моей сексуальной жизнью. И с ее тоже, кстати.

Встаю с кровати, хожу по номеру туда-сюда, как заведенный. Настроение ни к черту, хоть об стенку головой бейся.

Четко понимаю, что если мы с Лизой продолжим в том же духе, то