Стародум. Книга 2 - Алексей Дроздовский

Неждан заснул очень быстро, Веда тоже: уткнулась лицом мне в плечо и мирно засопела. Я же лежу на одеяле и даже глаза закрыть не могу.

Это же настоящее чудо!

Кто ещё может похвастаться тем, что ночевал в доме у самого настоящего старого бога? Никто! Я не слышал ни об одном таком человеке. Более того… я даже не знал, что у старых богов бывают дома. Им ведь не нужно прятаться от ветра и хищников, им не надо хранить пищу зимой. Для Сварога эта деревянная хижина — просто способ чуть больше походить на людей.

С приходом эпохи безумия в мире появилось множество всевозможных существ, многие из которых легко раздавят человека одним своим взглядом. Но никто из них даже близко не сравнится с Перуном, Сварогом, Семарглом, Даждьбогом, Хорсом и другими. Старые боги — величайшая сила, сравниться с которой может только новый, триединый бог.

Но нового бога никто не видел.

А старых — очень даже. Если и не каждый человек на своём жизненном пути встречает кого-то из них, то уж наверняка знает того, кто видел. Я же не просто повстречал двух, а ещё и в гостях побывал…

Аж мурашки по коже!

— Не надо, — бормочет во сне Неждан. — Только не в яму. Ненавижу ямы.

Поспать так и не удалось: я не настолько хорошо контролирую своё тело, как мой брат, чтобы засыпать по щелчку пальца. К тому же я не настолько спокойный человек, который может убрать из головы все мысли до последней.

Наутро же, несмотря на бессонную ночь, я чувствую себя вполне бодрым и здоровым.

— Как спалось, детишки? — спрашивает Сварог.

Он встаёт с кровати с первым лучом солнца, в лёгких портках и с голой, широкой грудью. Мышцы на его теле не выделяются как на руках у Перуна, но всё равно представляют собой восхитительное и ужасающее зрелище. Не хотелось бы мне когда-нибудь оказаться его врагом.

— Хорошо, батюшка, — отвечает Веда. — Спасибо за добродушие.

— Прежде, чем вы продолжите свой путь, — произносит бог, одеваясь. — У меня есть для вас подарки, чтобы не отпускать вас с пустыми руками.

— Что вы, батюшка, вы уже сделали больше, чем мы смели ожидать.

— Следуйте за мной.

Как можно быстрее одевшись, мы следуем за стариком. Сварог достаёт из сундука в углу несколько маленьких вещичек.

— Это тебе.

Протягивает брату железное кольцо, выполненное в виде крохотной птичьей лапки: три когтя с одной стороны и один коготь с обратной. Выглядит очень красиво, но на этом всё. Оно не духовное, в нём не скрыты заклинания, оно не приносит удачу. Просто красивое железное кольцо.

— Оно очень прочное, я сам выковал. Его не расплавить, не сломать. Ты сможешь всегда носить его с собой, в какой бы передряге ни оказался.

— Спасибо, — отвечает брат, задумчивый.

— А это тебе.

Мне Сварог тоже протягивает железное кольцо, но выполненное в виде переплетённых древесных ветвей. Это не просто украшение, а украшение, сделанное самим богом-кузнецом! Невероятная честь носить такое на пальце.

— Спасибо, батюшка, — говорю. — Я буду носить его на пальце всегда. Никогда не сниму из уважения к вам.

— А тебе, моя милая птичка, благословение старика. Иди же и всем покажи, чего стоишь.

— Спасибо, батюшка Сварог.

Веду старик аккуратно целует в лоб.

Это не те подарки, которые дарят старые боги, когда человек что-то делает очень хорошо. Кузнец Ерёма Лоб на Перепутье заслужил своей работой молот Сварога — невероятно ценную вещь. Сегодня же нам подарили обыкновенные напутственные безделушки, чтобы не отпускать с пустыми руками. Кольцо, кольцо, благословение.

Самое главное — это усиление, которое вчера получила Веда от бога-кузнеца. Раньше она могла принимать две формы: краснокожая летающая девушка-дух и оружие. Как только Веда становилась клинком, копьём или кинжалом, она больше не могла летать сама по себе, её обязательно нужно было держать в руках. В образе оружия она попросту падала на землю и лежала на ней, пока её не поднимут.

Сейчас же она может порхать и в виде клинка, что позволяет ей самостоятельно участвовать в сражении. Сварог немного ближе переместил её к миру людей и чуть дальше от мира духов. Выглядит это как летающий в воздухе меч, способный разрубить кого угодно, и ей больше не нужен человек, чтобы это делать.

Она сможет защищать меня, даже если я потеряю сознание.

Буду лежать на земле без движения, а надо мной будет вращаться меч, разрубая приближающихся врагов.

Сама по себе она не умеет так хорошо сражаться, как я, двигается медленнее, так что её всё равно лучше держать в руке во время битвы, но это всё равно невероятно ценный дар, полученный от Сварога.

— Прощайте, детишки, — произносит Сварог в дверях собственного дома. — Нужно идти — работа не ждёт.

Мы ожидаем, что он выйдет из дома и начнёт ковать всю эту груду железа, лежащую на улице, однако Сварог поворачивается и просто-напросто исчезает, оставив нас в доме одних. Испарился, словно состоял из дыма, а не из твёрдой плоти.

Хотя чего это я…

Он же творец мироздания, он куёт целые горные массивы. Зачем ему какое-то железо?

— Пойдём, — говорю. — Сварог и так оказался слишком добрым, что приютил нас на ночь. А ведь мог бы и с горы сбросить.

— Пойдём, — соглашается Неждан.

— Хотя было бы забавно посмотреть на его лицо, когда он вернётся вечером, а мы всё ещё здесь. Как те самые через чур навязчивые гости. Из тех, что не понимают намёков, когда нужно уходить.

— Ну уж нет! — возражает Веда. — Не будем мы наглыми гостями!

Спускаемся с горы и аккуратно бредём на запад. Твари, заметившие наше перемещение вчера вечером, успели разбрестись, так что передвигаться снова безопасно. Идём, слегка пригнувшись к земле.

— Чёрт, — произносит брат. — Мы так десять лет идти будем! От Стародума от Большого камня — две тысячи вёрст.

— Что ты предлагаешь?

— Прорываться, ясный хер. Бегом сквозь лес.

— С ума сошёл? Это ты у нас непробиваемый, а я — очень даже. Чудища с радостью полакомятся моей плотью. Их тут — как головастиков в пруде в начале мая.

— Я всё понимаю, — отвечает Неждан. — Но выбора особо нет.

— Мы