Сын помещика 7 - Никита Васильевич Семин

барабанщика найти, который может и хуже вас играть будет, зато все мои указания выполнит. Вы же служили в армии и понимаете, что такое единоначалие? Так тут та же история! Руководить коллективом должен один человек, а остальные подчиняются. И раз так случилось, что я автор музыки и лучше понимаю, что должно выйти в итоге, то и руководить мне! Не хотите подчиняться? Спорите? Тогда прошу меня простить, но мы не сработаемся.

Старик отложил барабан и встал. Я уже готовился к тому, что он вежливо пошлет меня, но Завадский удивил.

— Прошу прощения, Роман Сергеевич. Вы абсолютно правы. Я давно оставил службу и успел позабыть, что такое — подчиняться командиру, не обращая внимания на мундир. Больше этого не повторится.

И правда. Дальше работа пошла без придирок со стороны Ульяна Игоревича. И мы даже сумели сыграть «черновой вариант» — с использованием всех трех инструментов. Завадский задавал ритм, я «расставлял» акценты гитарным боем, а Федот с помощью аккордеона создавал фон. Звучание кардинально отличалось от того, которое знал я, но все же было на голову лучше, чем при исполнении одним инструментом.

— Прошу вас найти дополнительные барабаны и музыкальные тарелки, — сказал я старику на прощание. — Негоже представлять песню с этим… — махнул я рукой на дно от ведра.

Тот лишь понимающе кивнул. На том мы и расстались, и я с Федотом поехал обратно. Мужику пришлось выдать десять рублей — оплата за потраченное время. Но об этом мы с ним сразу договаривались. Следующая наша репетиция состоится не раньше, чем я вернусь из дома. То есть — недели через две. Если они до этого момента найдут гитариста — я не против. Но итоговый вариант все равно без меня представлять обществу не будут. На этом я настоял твердо. А мне уже давно домой пора.

* * *

Квартира Скородубовых

— Ты серьезно? — не поверила Анна тому, что только что услышала от сестры.

— Абсолютно, — убежденно кивнула та. — Я попрошу Романа взять себя с собой в их поместье.

— Ты понимаешь, как это будет выглядеть со стороны? Какая слава о тебе пойдет?

— Не переживай, я все продумала. Я еду не к Роману, а к его маме. Мне же нужно научиться вести хозяйство поместья. Как я это сделаю без практики? И наладить отношения с будущей свекровью — хорошая причина для визита. Нормально к этому отнесутся.

— Почему тогда с Романом, а не с Сергеем Александровичем? Или лучше — на дилижансе? Да и Клару Васильевну ты не берешь с собой. А ведь нужно — как тебе без сопровождения? Особенно зная, как ты срываешься, когда с Романом наедине остаешься.

— Во-первых, про мои «срывы» знаем только мы, — хитро улыбнулась девушка. — Во-вторых, тебе одной оставаться тоже нельзя. Кто уже за твоей девичьей честью присмотрит? А в доме Винокуровых за этим обязана будет следить Ольга Алексеевна. Ну и наконец — зачем тратить деньги на дилижанс, когда я могу с женихом добраться? У него в тарантасе найдется место, в отличие от брички Сергея Александровича.

— Вдвоем с мужчиной… — протянул Анна.

— С женихом, и там будут его слуги, — отрезала Настя. — К тому же высовываться из тарантаса в городе я не буду, а уж как я добралась до Винокуровых — только мое дело.

Настя была настроена решительно. Все, что было возможно, по обязанностям жены главы рода она узнала. В теории. А вот практики ей взять неоткуда. Понятно, что как только она станет женой Романа, то ей предоставят это. И Ольга Алексеевна никуда не денется, будет помогать. Да и сама Анастасия далеко не сразу станет хозяйкой в новом доме. Но как причина пожить под одной крышей с любимым — вполне сойдет.

— Главное, чтобы Роман не согласился, — пробурчала себе под нос Анна, тоже начав собираться.

— Сплюнь, — нахмурилась Настя и тут же удивилась. — А ты куда?

— Ну не пойдешь же ты в гости к нему без сопровождения? Ты еще ни о чем с ним не договорилась, — фыркнула девушка. — К тому же ты забыла? Он просил предупреждать о нашем визите.

— А я уже отправила мальчишку с запиской, — показала язык сестре Настя. — Сейчас его дома нет, но его слуга сказал, что тот обещался к трем часам вернуться. Мы как раз к этому времени и подъедем.

— Ох, сестренка, как бы тебе снова с ним не поссориться, что как снег на голову свалишься, — покачала головой Аня.

— Формально я нашу договоренность не нарушила, — пожала та плечами. — И к тому же, мы можем просто на соседней улице в кондитерской посидеть. Дам копейку местным мальчишкам, они и скажут нам, когда он вернется. И ему сообщат о моем желании встретиться. Я все предусмотрела! — гордо вскинула девушка нос.

Анна лишь хмыкнула, но больше спорить не стала. Давно она не видела такой решительный настрой у сестры.

К дому Романа они отправились пешком. Спешить было некуда, погода весьма хорошая — почему бы не пройтись? Когда они почти дошли до дома, Настя действовала по своему плану. Подозвав слоняющегося мальчишку, за десять копеек она договорилась с ним обо всем, после чего девушки двинулись к кондитерской.

— Умм, — с наслаждением протянула Анастасия, откусив нежный эклер.

— Сладкоежка, — хмыкнула Аня, но и сама от сестры не отставала.

Народу в кондитерской было много и самого разного толка. Тут и местные мещане частенько заходили, чтобы побаловать своих детей и жен, и слуги для своих господ покупали угощение. Да и сами дворяне, как те же сестры, не брезговали зайти. Из-за чего иногда образовывалась очередь. Неудивительно, что коротая в ней время, люди общались, приветствовали знакомых и делились новостями. Вот и до слуха Насти доносился этот «фоновый шум».

— … напали! Так одного из окна благородный выкинул, так что тот богу душу отдал, а второй испужався и сам от него убег!

— Так уж и испугался?

— Вот те крест! Мне о том Виталий Степанович сказал, а он попусту языком не мелет.

— И чего же разбойнички у того благородного забыли?

— Да хто их знает? Токмо не в первый раз они к нему заходят. В прошлый раз им повезло — господина дома не было, вот они его слугу и подрезали, — на этих словах Настя насторожилась и стала более внимательно прислушиваться к разговору. — А в этот не повезло им. Зря они на него руку посмели поднять.

— Так мож, они и не собирались? Мож, у него что ценное было, вот и думали себе забрать?

— Мож и так. Вот