Как появился наш съедобный мир: Захватывающая история еды от картошки до шампанского - Полина Трояновская
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Слово в скобках — большая редкость для заголовка книги. Правда, оно даже бросается в глаза в названии «Советское шампанское. Технология производства шампанских (игристых) вин»? Казалось бы, ну уж в заголовке-то надо выбрать одно правильное слово и написать его.
Но мир сделал рывок, не было ни правильного слова, ни подходящего напитка. Вдруг вы помните кусочек из фильма Питера Джексона «Хоббит» — в самом конце Воронья Высота рушится, и Леголас эффектно взбегает на стену по летящим в воздухе камням? Что он чувствовал — восторг или ужас? Вот примерно это же сделал и Фролов-Багреев. И слово в скобках — как летящие камни.
О нем самом известно немногое: «знал французский, немецкий и итальянский языки, писал стихи, занимался живописью». Вот его стихотворение:
Церковь, дряхлая старушка…
Дребежжит беззубый звон…
И облезлая макушка
След таит былых времен.
Сколько раз ласкали зори
Запрестольное окно…
Сколько в радости и горе
Здесь молитв вознесено:
Здесь крестили и венчали,
Здесь же в путь последний шли…
И торжественно звучали
В небо гимны от земли.
Но теперь здесь тихо, пусто,
Дребежжит беззубо звон…
Откровенье Златоуста —
Лишь далекий детский сон.
Церковь — сказка доброй няни,
Восприемница сердец,
Материнской ласки длани,
Старый, любящий отец…
О, прости нас — отошли мы…
Ищем новых мы высот.
Жаждой истины томимый
В нас живет Искариот…
VIII. 1929 [74]
Такая жизнь — готовый сюжет для фильма.
Как говорить с людьми о еде, вкусе и здоровье
Приятно видеть, как появляются на свет наши любимцы — томатный сок, сыр, кофе со сливками. Но удивительная вещь: когда-то многие продукты впервые становились доступными всем, были по большому счету незнакомыми.
Микоян говорил и об этом: «У нас есть переизбыток томатов. И есть миллионы людей, которые никогда их не пробовали» или «Еще не все понимают вкус сыра, надо будить вкус к нему» (и тут он рассказывал байку о том, как однажды до революции фабрикант дал мальчику бутерброд с сыром; тот съел хлеб и, изучив сыр, решил, что мыло испорчено, и выкинул его).
Из автобиографии известна похожая байка про самого Микояна. В 1921 году, задолго до начала работы наркомом пищевой промышленности, он был в гостях у Цюрупы. Тот накрыл невероятно богатый по тем временам стол — кофе, сахар, молоко, лимон.
«Тут вот и произошел маленький конфуз. Кофе я тогда вообще не пил. Помню, как-то один раз попробовал черный кофе в гостях, но он мне не понравился. А тут вдруг — кофе, молоко и еще неизвестно каким чудом — лимон! Пить кофе мне не хотелось, но отказаться было как-то неудобно. Я добавил в кофе молока и опустил в чашку ломтик лимона. Молоко сразу свернулось. Я понял, что сделал что-то не то, но, как говорится, вида не подал.
Однако Цюрупа заметил мою неловкость и очень мягко спросил у меня, какой я люблю кофе — с молоком или с лимоном. Немножко подчеркнутое им “или” и дало мне понять, в чем я ошибся. Я смутился и ответил, что мне сейчас кофе вообще пить не хочется — “ни так, ни эдак”. А чтобы поскорее замять эту неловкость, предложил Цюрупе продолжить наш разговор» [75].
«НУЖНА РЕКЛАМА ПРАВДИВАЯ, ШИРОКАЯ, ОПИРАЮЩАЯСЯ НА РЕАЛЬНОЕ НАЛИЧИЕ ПРОДУКТА»
Из таких неловкостей рождался подход к рекламе пищевых продуктов. Также двигали рекламу и неловкости другого типа, возникавшие из-за несогласованной работы разных отраслей, — например, из известной истории 1920-х годов: врачи призывали «Мойте руки с мылом», а мыла в продаже не было.
Пищевая реклама 1930-х гг.
Реклама 1930-х годов — отдельное направление в пищевой промышленности. Кстати, в знаменитой командировке 1936 года принимал участие сотрудник Ленинградской литографии. Он поехал, чтобы познакомиться с тем, как рассказывают о продуктах. В итоге сложился тот самый узнаваемый стиль рекламных плакатов. Они рассказывали об изобилии, о доступности, о практической применимости и, конечно, о пользе продуктов.
И фраза «Всем попробовать пора бы, как вкусны и нежны крабы» — это не ирония, не шутка, не пустое обещание. Это скромное свидетельство успехов рыбозаготовительной и консервной отраслей — в 1938 году, когда был выпущен этот плакат, возник избыток крабовых консервов, и хотелось побудить людей их покупать и пробовать.
КНИГА, КОТОРАЯ ЕСТЬ В КАЖДОМ ДОМЕ
Пищевая промышленность хотела найти новые решения и продукты, чтобы быстро кормить граждан. А значит, нужно было придумывать новые форматы и учить пользоваться такими решениями.
Первыми разработками системы правильного и здорового питания стали работы Института физиологии питания под руководством Мануила Певзнера — тут в 1930-х годах изучали вопросы питательности пищи, пользы различных продуктов, описывали диетические столы и системы питания для людей с разным состоянием здоровья и сформировали формулу идеального обеда — «первое, второе и компот».
В 1939 году стало возможным еще одно эпохальное событие — выпуск первого издания «Книги о вкусной и здоровой пище». Она вышла в «Пищепромиздате».
Это целое издательство книг о еде, выпускавшее, например, вот такие восхитительные книги:
• 1939 год. «Книга о вкусной и здоровой пище», 1-е издание, тираж 100 000 экземпляров.
• 1940 год. В. А. Ременников «Женщины Московского мясокомбината».
• 1948 год. А. М. Фролов-Багреев «Советское шампанское. Технология производства шампанских (игристых) вин».
• 1950 год. Н. С. Дроздов «Практическое руководство по биохимии мяса».
• 1952 год. «Книга о вкусной и здоровой пище», тираж 500 000 экземпляров.
• 1954 год. И. А. Хочолава «Технология чая».
• 1955 год. Н. Н. Простосердов «Основы дегустации вина», тираж 3000 экземпляров.
• 1956 год. Р. Б. Давидов, Л. Е. Гулько, М. А. Ермакова «Основные витамины в молоке и молочной продукции».
• 1957 год. «Каталог ликеро-водочных изделий».
Первые издания «Книги о вкусной и здоровой пище» — это не сборники рецептов, хотя на первый взгляд может показаться именно так. Это книги-музеи, рассказывающие о разных продуктах, об их сочетаниях, о промышленности, добыче, упаковке, посуде, а также об изобилии и росте промышленности.
Каждая страница разделена на две
