Стародум. Книга 2 - Алексей Дроздовский

— Всё Годогост, ты своё отработал, — заявляет Безсон перед мальчиком лет четырнадцати. — Завтра сюда не приходи.

— Фух, — произносит тот. — Заставил же ты меня попотеть!

— Что есть, то есть!

Чем бы ни провинился Годогост перед остальными, свою вину он исправил полностью. Стражники Никодима и Светозары, ещё днём смотревшие на него как на ничтожество, теперь улыбаются ему и машут рукой, чтобы он присоединялся к их компании. Пацан же, весь день смотревший себе под ноги, теперь глядит на остальных работников с брезгливостью, будто это не он только что рубил деревья наравне с остальными.

— Эй, — обращается Светозара к женщине поблизости. — За что тебя отправили сюда?

— Огород плохо прополола, — с сомнением отвечает та.

Видно, что она не очень хочет общаться с братьями по несчастью, но ответить на вопрос о вине обязана.

— И всё? — спрашивает Светозара. — Всего лишь за какой-то плохо прополотый огород?

— Тише! Или дней накинут.

— За то, что разговариваем?

— Нет, за возмущение. Сомнение — главный из грехов пророка.

Последнее — явно один из догматов, которые выучили наизусть в Тишае. Что бы ни говорил им Стихарь, нужно воспринимать это на веру, не сомневаться, или отправишься на самую тяжёлую работу, а все остальные будут относиться к тебе как к ничтожеству.

— Всё, хорош! — кричит Безсон. — Идите по домам. Утром всех жду здесь!

Жители деревни молча направляются к себе, Никодима и Светозару ведут назад под присмотром четверых сопровождающих. Стемнело достаточно сильно, чтобы попытаться сбежать. Как бы невзначай Никодим подходит к девушке и аккуратно толкает её плечом.

— Ну что? Бежим? Лучшего шанса не представится.

— Давай, — отвечает Светозара.

— Если во время бегства потеряемся, то встретимся в Чернигове на закате. Завтра, или послезавтра. Как получится.

— Договорились…

— Тогда на счёт три.

Дождавшись, пока стражники снова заведут долгую беседу о всякой ерунде, Никодим даёт отсчёт, после чего срывается с места и мчит в лес. Светозара делает то же самое рядом с ним. Девушка неловко держит в руках подол платья, чтобы оно не мешало ногам. Бегать у них и правда получается так себе, на ровном поле сопровождающие догнали бы их в одно мгновение. Но сейчас сумерки, и чем больше заходит Солнце, тем темнее становится вокруг.

— Стоять! — неожиданно писклявым голосом орёт одноглазый.

— Убью! — добавляет другой.

Никодим Несётся всё дальше, отчаянно стараясь не споткнуться и не пропахать лицом землю. Он никогда не умел быстро бегать: в детстве Стихарь сломал ему ногу, кость зажила неправильно, с тех пор он всегда ходил своей особой походкой. Без хромоты, но и без резвости здорового человека.

Папаня Тимофея мог бы вылечить его травму — для Федота это пустяк. Никодим всегда отказывался от этого. Ему нужно было напоминание, через что он прошёл, каким человеком стал. Пусть нога у него не самая ровная, но это знак силы его духа.

Это шрам, который он всегда носил с гордостью.

Однако сейчас это играет плохую роль. Не смотря на все прилагаемые усилия, стражники его догоняют. Никодим слышит их разъярённые голоса сквозь бешено стучащее сердце.

— Скорее! — кричит Светозара.

Девушка пытается ему помочь, но она лишь замедляется без какого-либо результата.

Они бегут вдвоём, проваливаясь в ямы, отбиваясь от низко висящих веток. Кто-то хватает Никодима за плечо, но тут же теряет хватку. Чтобы хоть как-то получить преимущество перед догоняющими, они принимаются петлять между деревьями.

«Беги, беги, беги», — без конца повторяет Никодим в голове.

Духи скорости в виде полупрозрачных прутиков проносятся мимо.

В последний раз ему было так страшно, когда он только пробил голову Стихарю, и бежал прочь из Новгорода. Ему тогда казалось, что Стихарь неведомым образом выживет и отправится в погоню. И выжил же, сукин сын!

Его хватают за одежду, не успевает он и сотни саженей преодолеть. Кто-то бьёт его по ногам, и Никодим падает на землю, слушая как рвутся швы его дорогого наряда. Пытается отбиваться, но ничего не получается — его осыпают ударами со всех сторон. Чья-то нога попадает по голове, из-за чего мир вокруг приходит в непрерывное падение.

— Хватай суку! — орёт кто-то над ухом.

— Я в неё попал! — радуется одноглазый. — Промеж лопаток мрази этой!

«Уроды!» — шепчет Никодим сквозь сжатые зубы.

Двое человек остаются держать Никодима, ещё двое убегают в лес за Светозарой. Если верить словам одноглазого, то девушка смогла продолжить движение даже со стрелой в спине. Должно быть, она не задела ничего жизненно важного. Это хорошо. Его-то самого отлупили так, что близкие люди не узнают: всё лицо и руки в крови из-за разбитой брови и скулы.

Хотя бы одному из них удалось сбежать. Если Светозара продержится ещё немного, наступит ночь, и её уже не смогут найти. Она обязательно вернётся, чтобы ему помочь. Или найдёт тех, кто поможет. Только бы убежала, только бы её не словили эти двое…

— Хорошая попытка, тупица, — заявляет мужчина со сплюснутым носом. — Ноги только коротковаты.

— Нормальная, — отвечает Никодим. — Подругу мою вы никогда не догоните.

— Догоним.

— Нет.

— Никуда она денется. Ещё ни одна баба от нас не убегала.

— Не нужно её недооценивать. Светозара отлично ориентируется в лесу, она умеет разговаривать с духами и делать яды из ядовитых растений. К тому же она из волхвов… сами знаете, как эти почитатели старых богов любят объединяться, чтобы дать по носу христианам. Если где-то поблизости есть деревня с волхвами, то она найдёт там друзей, так что завтра ждите толпу язычников, у которых в подчинении огонь и вода. Вы даже представить не можете, кого вы только что упустили.

* * *

Светозара, тем временем, окончательно заблудилась.

Она смогла оторваться от преследователей, но в наступившей ночи не видно совсем ничего. Тонкий полумесяц Луны даёт света не больше, чем тонкая лучина вдали. Она просто стоит посреди мглы и боится сделать хотя бы шаг в сторону.

Тем не менее это победа.

Она убежала, она спаслась. Никодим остался позади, в лапах этих одичавших мерзавцев из Тишая, но это пока. Она его вытащит из плена. Ублюдки ещё пожалеют, что связались с ними.

— Так-с, успокойся, — шепчет она сама себе. — Решаем проблемы