Стародум. Книга 2 - Алексей Дроздовский

Досадная неосторожность с его стороны. Можно даже сказать наиглупейшая. Всё-таки он уже больше двадцати лет живёт в эпоху безумия и должен понимать, что сейчас одного только численного преимущества недостаточно. Никто не подарит ему победу только за то, что у него армия больше, чем у врага.

Есть ещё такая вещь как сила. Её тоже нужно учитывать.

Сейчас Яробуд на своей шкуре познает, что бывает с неосторожными людьми.

Армия из тысячи человек появляется на дороге. Они идут походным строем, вытянувшись в длинную линию. Если и есть у людей чувство, предупреждающее об опасности, то сейчас у всех врагов должна сильно зачесаться задница, засвербеть между лопаток, защемить сердце. Если это и случилось, то никто вида не подал: продолжают идти как ни в чём не бывало.

Эти недотёпы даже не отправили вперёд разведчиков, считая дорогу полностью безопасной.

До нашего участка дороги доходит передняя часть воинов, но мы не нападаем. Чуть позже перед нами оказывается центр вражеской армии. Сейчас — идеальный момент, чтобы напасть, если бы мы хотели убить как можно больше человек, но это не наша задача. К чему рубить на куски простой люд, если можно лишить головы всю армию?

Их князь — вот наша цель.

«Готовьсь!» – указывает Волибор поднятой вверх рукой.

Чувствую, как всё внутри напрягается подобно тетиве, натянутой до самого предела. Рядом со мной небольшая группа бывших черномасочников в духовных доспехах, но сам я без брони — она может помешать использовать силу. Вместо духовных доспехов — кольчуга и стальной шлем.

Как только бо́льшая часть войска проходит мимо, Волибор орёт во всю мощь своей могучей груди:

— В бой!

Его голос разносится, кажется, на десятки вёрст. Враги как по команде поворачивают головы в разные стороны, пытаясь понять, что это такое. Но осознать происходящее не успевают: с двух сторон дороги поднимаются из высокой травы сотня воинов, сидевших в засаде. Все в чёрном, со шлемами, полностью закрывающими лица, с длинными двуручными мечами наготове. Будто тени, появляющиеся вопреки сияющему в небе солнцу.

Мгновение, и весь этот ужасающий отряд уже мчится к удивлённым солдатам Яробуда. Сам же Яробуд только и успел, что выкрикнуть что-то нечленораздельное.

— Копья к бою! — командует один из сотников.

Люди перед нами бросают на землю мешки с вещами, пытаются построиться, но времени слишком мало. Они даже не понимают, какую сторону им защищать. Длинный ряд воинов, чья голова успела уйти по дороге далеко вперёд, направляют копья к нам, но оставляют открытыми спины для второй половины нашей группы.

Это провал, полнейшее разрушение боевого строя.

Никто из них не был готов драться сегодня. Они планировали начать боевые действия в ближайшую неделю и уж точно не ожидали, что на них нападут первыми. Но до победы пока далеко: в этом сражении всё будет зависеть от того, какие силы окажутся у командиров.

Вполне может быть, что всю нашу братию похоронит под землёй какой-нибудь сукин сын, умеющий превращать твёрдую породу под ногами в кашу. Нужно вывести таких из строя, пока они не повлияли на ход битвы.

— Э-ге-ге! — орёт Неждан и подпрыгивает высоко в воздух, чтобы отвлечь на себя как можно больше внимания.

Брат собирается приземлиться прямо в центр вражеских командиров, как мы и планировали, но его сбивает в сторону неожиданно появившаяся на пути паутина. Целая сеть белых канатов вырастает по всему полю боя, за неё цепляются и наши бойцы, и враги. Армии ещё не успели схлестнуться, а уже приходится выбираться из захвата цепких верёвок.

Вот и выяснили одну из сил противника.

Воитель Яробуда обладает чем-то похожим на способности паука: выстраивает паутину, чтобы ловить в неё тех, кто ему не нравится. Однако в пылу сражения он слишком сильно растерялся, поэтому разбросал её повсюду без разбора. Если бы он так не поступил, то Неждан уже разорвал бы его на две части.

Сейчас брат барахтается в воздухе, отрывает от себя толстые белые нити, но те цепляются ещё больше.

— Вот же сука! — недовольно кричит Неждан. — Сражайся как мужчина.

Если сражаться как мужчина означает моментально умереть, то наш враг решил действовать не так глупо. Полностью одобряю его выбор.

Заимствую его силу и добавляю на поле ещё больше паутины, чтобы Яробуд точно не смог скрыться. Теперь вся дорога между двумя участками леса перегорожена сетями со всех сторон. А самое приятное, что я сам не могу в ней застрять: для меня она гладкая и не липкая.

С другой стороны от Яробуда находится парнишка лет пятнадцати, он выставляет в мою сторону обе руки. Из раскрытых ладоней вырываются несколько змей, причём не обычных ужей, а здоровенных, длинных, в несколько саженей.

— Осторожно! — кричит Неждан.

— Вижу, — бурчу себе под нос.

Позаимствовав силу этого парня, я приказываю змеям обвиться вокруг лошадей наших врагов. Ползучие твари тут же разворачиваются, чтобы выполнить мой приказ. Парень, в свою очередь, велит им двигаться к нам, так что змеи на некоторое время замирают, не в силах понять, кому же стоит подчиняться.

В конце концов, змеи решили подчиняться не мне: моя синяя ступень оказалась на одну меньше, чем у этого парнишки.

Неожиданно проворно змеи двигаются в мою сторону. Пытаюсь понять, чью именно мне силу взять, чтобы избежать атаки. Неждана, наверное: прыгать они явно не умеют. Но силу я не беру, вместо этого я призываю Веду в форме длинного красного меча, и разрубаю им тварей как только те подползают достаточно близко.

«Ненавижу змей», — произносит голос Веды в моей голове.

Я не отвечаю. Сосредоточен на происходящем столкновении.

Наши отряды вгрызаются в ряды врагов подобно челюстям в сочный, кровавый кусок мяса. Враги падают на землю, разрубленные на две части. Кто-то из противников пытается сражаться, кто-то кричит, но большинство отступает, понимая, что позиция для битвы совсем неудобная.

Поле боя всё больше застилает паутина. Паникующий воитель Яробуда раскидывает её во все стороны, стараясь защититься от Неждана, который с каждым мгновением подбирается ближе. Всё больше змей появляется из ладоней парнишки.

Яробуд же сидит на своей лошади, сосредоточенно смотря куда-то на поле боя.

Проследив за его взглядом, я замечаю нескольких наших воинов в духовных допехах. Те катаются по земле, будто их раздирает изнутри. Как я и думал, духовные доспехи защищают от простого оружия, но никак не реагируют на силу врагов, поэтому люди внутри не являются полностью неуязвимыми