Следователь по особо важным… телам. 18+ - Игорь Некрасов

Сделав пару шагов, я остановился у разбитого столика и оглядел комнату ещё раз.

Медленно. Внимательно.

Кабинет психолога. Книги за спиной. Камера. Диван для консультаций. И… следы борьбы.

— Евгений, — сказал я, не оборачиваясь. — А почему вы нам сразу не показали это место?

Он молчал.

Я обернулся и посмотрел на него. Он стоял всё там же, у двери. Лицо спокойное, руки вдоль тела. Но в глазах — что-то дрогнуло.

— Я хотел вам сразу показать, — сказал он тихо. — Но вы начали задавать вопросы, и я решил… что покажу после…

Я выдохнул и снова обвёл взглядом комнату. Осколки стекла на ковре. Опрокинутый ноутбук. Сдёрнутые провода. Рамка с треснувшим стеклом.

Всё это складывалось в картину, которая мне категорически не нравилась.

— Так-так, это всё меняет, — сказал я вслух, и голос прозвучал жёстче, чем хотелось.

Давно жду…

Я снова прокрутил в голове его первую фразу там, у ворот. Не «здравствуйте», не «помогите». А «давно жду». И вот теперь — разбитый столик, опрокинутый ноутбук, рамка с треснувшим стеклом. Ждал. Знал, что показывать. Или знал, что мы найдём. Что-то в этом уравнении не сходилось.

Я покосился на Евгения и спросил:

— Этого всего же не было, когда вы вчера вернулись?

Евгений пожал плечами, и это его движение вышло каким-то беззащитным, почти детским.

— Нет. Я же говорил — пришёл, поел, умылся и лёг спать. Сюда не заходил.

Я переглянулся с Кирой. Она стояла, скрестив руки на груди, и смотрела на разгром с тем самым выражением, которое я хорошо знал. Хищным. Цепким. Охотничьим.

— Ну, надо вызывать криминалистов, — сказал я, глядя прямо на неё. — Тут явно вспышка криминальной активности. Возможно, похищение.

Кира кивнула коротко, по-деловому, без лишних слов, затем перевела взгляд на Евгения и спросила:

— Вы точно ничего здесь не трогали?

— Нн-ет, — ответил он, и голос прозвучал ровно, но в нём появилась новая нотка. Тревога. Только сейчас, кажется, до него начало доходить. — А это… это всё серьёзно, да?

Я посмотрел на него и твердо произнес:

— Конечно, серьёзно, у вас в доме следы борьбы, и жена пропала. Это уже не шутки, Евгений.

Он молча кивнул и отступил на шаг назад, прислонившись плечом к дверному косяку. Руки сами собой скрестились на груди — защитный жест. Теперь он выглядел иначе. Растерянным. Как будто только сейчас осознал, что произошло.

Я достал телефон, перевел взгляд на напарницу и произнес:

— Кира, оцепляем дом. Никто не входит, никто не выходит. А вы, Евгений, остаётесь здесь, в коридоре. В комнату больше не заходите.

Я нашёл в контактах номер дежурного следователя по району и нажал вызов. Гудок. Второй. Третий. И вот на четвертый гудок я услышал:

— Дежурный, капитан Гришин.

— Гришин, это Лапин. У нас происшествие по адресу Солнечная, четырнадцать. Заявляли как пропажу человека, но при осмотре обнаружены следы возможной борьбы. Похоже на похищение. Нужна оперативная группа. Полный комплект: криминалист, эксперт, кинолог, участковый.

— Понял, Илья Николаевич. Группу поднимаю. Ориентировочное время прибытия — двадцать минут.

— Отлично, — произнес я, сбросил вызов и убрал телефон в карман. После обернулся к Евгению. Он всё так же стоял у двери кабинета, не двигаясь. Лицо было бледное, но спокойное. Даже слишком спокойное. — Евгений, — позвал я.

Глава 4

Евгений поднял глаза.

— Пока ждём группу, расскажите мне вот что. Кто ещё бывает в этом доме? Друзья, знакомые, коллеги, клиенты? Кто-то, кого вы или ваша жена приглашали?

Евгений задумался, затем отвёл взгляд куда-то в угол, потёр подбородок и снова посмотрел на меня.

— Нет… ничего такого, да и друзей у неё нет, как я и говорил. Да и у меня их нет, если честно. — он замолчал на секунду, и я уже собирался кивнуть и перейти к следующему вопросу, как он вдруг оживился и добавил: — А, ну очень редко, правда, бывает, моя сестрёнка приезжает в гости. Но это редко. Очень.

Я не придал этому значения.

Сестра приезжает редко? Ну, бывает, мало ли у кого какие родственники.

— Понятно. — я кивнул. — В таком случае, созвонитесь с её родителями. Спросите у них — может, они что-то знают.

Евгений кивнул и, достав телефон из кармана, развернулся и пошёл в сторону коридора.

Телефон был у него в руке. Он мог позвонить прямо здесь, при нас. Но вместо этого он двинулся прочь, вглубь дома, словно хотел уединиться.

Я проводил его взглядом и едва заметно качнул головой в его сторону, глядя на Киру.

Она поняла без слов, коротко кивнула и бесшумно двинулась следом за ним. Её шаги были мягкими, почти неслышными. Она умела ходить так, что человек впереди не оборачивался. Профессиональная привычка. Или, может быть, врождённый талант.

Я остался в дверях кабинета, скрестил руки на груди и прислушался. Из коридора доносился удаляющийся голос Евгения — он уже разговаривал.

Кира остановилась в нескольких метрах позади него, у стены, и замерла. Я видел её профиль — спокойный, сосредоточенный. Она слушала. Каждое слово. Каждую интонацию.

Я отвернулся и снова посмотрел на разгромленную комнату. Стеклянный столик. Осколки. Опрокинутый ноутбук.

Я не мог туда войти до прибытия группы. Но я уже знал, что мы там найдём. Что-то важное. Что-то, что Евгений, возможно, сам не знал.

Из коридора снова донёсся его голос — приглушённый, но различимый:

— Элеонора Сергеевна, здравствуйте. Это Евгений. Скажите, Ника у вас?.. Нет?.. А вы с ней вчера не созванивались?.. Понятно… Нет, ничего… просто… Ладно, я вам потом перезвоню, спасибо.

Евгений сбросил звонок и несколько секунд стоял неподвижно, опустив телефон. Плечи чуть опустились, голова наклонена вперёд — он смотрел в пол. Я видел его со спины, но даже так было заметно: он собирался с духом. Словно следующий звонок давался ему труднее первого.

Потом он выпрямился, провёл пальцем по экрану и снова поднёс телефон к уху. Кира стояла в паре метров позади, прислонившись плечом к стене, и делала вид, что разглядывает картину на стене — всё ту же абстракцию в тонкой рамке.

Донесся гудок. Затем второй. Третий. В тишине коридора я слышал их даже с порога кабинета.

На том конце сняли трубку. Евгений заговорил, и его голос стал чуть тише, собраннее, будто он разговаривал с начальником:

— Александр Тимурович, здравствуйте. Простите, что беспокою…

Он замолчал, слушая ответ. Я не слышал, что говорил собеседник, но по тому, как напряглась спина Евгения, понял: разговор не из приятных.

— Да, я понимаю. Я просто хотел спросить… Ника у